Социософт.ТВ

⤵️
А картинка под названием «на нашу бедную Францию напали» в этом случае точно играть не будет. Поэтому да, это настоящий политический кризис. Это кризис марксовского типа, но, к сожалению, отсутствуют какие бы то ни было конструктивные политические движения, которые могли бы этим кризисом воспользоваться. Вывод чрезвычайно простой. Поскольку политические движения, которые более или менее есть, носят правый характер, на этих кризисах должны прийти к власти правые. Вроде бы ничего другого я не просматриваю. Ошибиться здесь, безусловно, можно, но классический анализ приводит к этому результату. Можно выразиться и резче. Если в этих условиях не победят крайне правые, это, скорее всего, будет означать прямую фальсификацию выборов со стороны ТНК, причём такую прямую, махровую уголовную фальсификацию. То есть я бы даже выразился так: после фальсификации такого уровня не то что выборы в России, но и выборы в Мьянме будут казаться просто образцом чистейшей политики с абсолютно честным участием государства в выборах. Время этих волнений - не самое лучшее время для Европы, чтобы начать большую войну с Россией. Я не думаю, что Европа сейчас в этих условиях её может начать, но нужно учитывать уровень политических деятелей Европы - извините, Мерц, имеющий 8% поддержки населения, таких цифр не бывает, тем не менее говорит: мы будем продолжать нашу политику, мы абсолютно правы, ничего другого быть не может. Так вот, начать эту войну они смогут. Результаты мне представляются для них страшными. Ещё раз подчёркиваю: поляков или прибалтов ещё можно будет убедить, что Россия на них напала. Но уже немцев вряд ли, а французов - совсем сложно. И когда Макрон заявляет, что он видит русских у ворот Парижа, при условии, что в стране финансовая проблема и беспорядки, которые он сам же и вызвал, - в общем, я думаю, это вызывает вполне понятную реакцию населения, и очень маловероятно, что это население всерьёз пойдёт воевать. Тем более если определённый процент населения, для которого Франция не родная, и я думаю, они захотят найти себе лучшее занятие. К тому же дя тех из них, кто хочет повоевать, есть иностранный легион, у которого масса дел в Африке.
▶️https://youtu.be/k6x83y3NOtc
▶️https://rutube.ru/video/private/b3142e47b4752b99364c2bb424cd8e0e/?p=MzDT1gSHxxoB5xSo8V_vrQ
▶️https://vkvideo.ru/video-9685658_456241176

⤵️
При этом они очень быстро проходят путь от конструктивной оппозиции к тому, что необходимо где-то разбить стёкла, где-то что-то поджечь, выпустить животных, на которых ставятся эксперименты фармакологами или не ставятся, ограбить мясокомбинат (в смысле оттуда тоже выпустить животных), кого-нибудь избить за то, что они неправильно себя ведут. Их поведение становится предельно деструктивным. И это разная деструктивность. Каждая группа размером от буквально единиц людей, но до первых десятков максимум. У каждого из них своя деструктивность, но на деструктивности сходятся все. Грань между политическим перформансом и криминальными действиями очень тонка, да практически исчезла. При этом, как только они попадают в зону влияния и внимания полиции, немедленно находятся левые адвокаты, левые журналисты, левые культурологи, которые начинают выступать с позиции, что эти группы были абсолютно правы. Да, конечно, бить стёкла не стоило, но вы же должны понять, насколько они были возмущены таким ужасным поведением по отношению, не знаю, к избитой собаке или зарезанной курице. В итоге возникло ещё и поколение полной безнаказанности, причём безнаказанности неконструктивной. У них нет собственных идей, у них есть желание как-то выделиться. И вот вам основная почва французских беспорядков. В Бельгии это получилось даже жёстче. Бельгийцы попытались вернуть классическое образование. Да, нужно иметь в виду, что школьное образование всегда было основой, ключом к любому другому образованию. Левые либералы и транснационалы захватили европейские университеты. Их не хватило на то, чтобы захватить школы, но хватило на то, чтобы убрать из школ классическое старое образование как неправильное гендерно, то есть описывающее свинский мужской шовинизм, как неправильное по отношению к угнетённым меньшинствам, как неправильное по отношению к сохранению Земли и так далее. То есть опять же не смогли создать ничего позитивного, но с негативным у них получилось очень неплохо. Нужно немножко задуматься нашему отечественному образованию, откуда они черпают примеры в своей текущей деятельности. Ситуация в Бельгии оказалась самой смешной из всех, потому что бельгийцы попытались через реформу вернуть какое-никакое, но нормальное образование. Имею в виду китайские, ирландские, немножко российские корни - то есть что учить надо физику и математику, что нужно задавать картину мира. Но тут выяснилось, что недоволен преподаватель, которому придётся рассказывать не о том, как человек загрязняет окружающую среду, а, например, о том, как работает математический маятник. Это работать надо, потому что это думать надо. И детям тоже придётся писать не эссе о том, как они будут бороться за освобождение угнетённых зверей, а о том, что такое этот самый маятник, как на него задачки решать. В итоге начались события уже в Бельгии. Они распространяются на Италию.
📍В целом ситуация в Европе выглядит следующим образом: начинается безусловная и обязательная борьба правой и левой молодёжи. И это приведёт к очень серьёзным проблемам. Но главная неприятность в том, что ни правая молодёжь не является на самом деле правой и не понимает правых идей, ни левая молодёжь не является левой. Фактически это тот редкий случай, когда нельзя прямо сказать, в чьих интересах происходящие события, потому что они не в интересах национальных государств, не в интересах правых сил, но и не в интересах транснационалов. Я бы сказал так: как ни странно, мы действительно наблюдаем выход молодёжи, причём не обученной, не подготовленной, в какой-то мере дикой молодёжи, на политическую арену. И, судя по всему, это та реальность, к которой привели 30 лет экологической и бюрократической политики Евросоюза. И вот вам основная ситуация.
📍Да, выводы вполне понятны. Ни один из кризисов, о которых я говорил, быстро разрешён быть не может. Медленно, впрочем, тоже. В результате у европейских стран фактически не осталось выбора. Я, кстати, даже не уверен, что начало большой войны здесь можно рассматривать как выбор. Реакция на это начало может быть совершенно не позитивной.
⤵️

⤵️
И это никого особенно не радует. С учётом того, сколько времени в Европе говорили, что да, когда-то вся Европа была континентом войны, но мы, слава Богу, это переросли, пережили, и теперь у нас всё по-другому. А второй момент: пока оружие только производится и не начинает применяться, даже если оно поставляется кому-то за формальные кредиты, ничем не обеспеченные (не будем говорить конкретно об Украине, хотя я её имею в виду), изготовление оружия обязано приводить к повышению уровня инфляции по тривиальной схеме. А производство оружия нужно оплачивать - и материалы, и рабочую силу. При этом само по себе оно не может быть использовано как товар. Соответственно, возникает диспропорция между выплатами и возможностями их употребить. В этом тоже нет ничего страшного. Например, в России тоже сейчас делается масса оружия. И мы наблюдаем, как растёт инфляция. Мы видим её на себе, видим по ценам в магазинах. Инфляция регулярно растёт. И это нормальная ситуация: оружие в обмен на инфляцию. Что делает Европа? Она производит оружие, но при этом у неё остаётся очень высокий уровень цены валюты, евро. И евро не инфлирует, скорее дефлирует. Возникает противоречие между экономической, производственной и финансовой политикой. И это даёт третий момент неустойчивости.
📍И со всеми этими неустойчивостями Европа как-то бы разобралась, если бы не ещё два очень важных фактора.
▪️Первое: после ковида, когда была закрыта граница, после бунтов в Испании, в испанском Марокко, свободное перемещение по Европейскому Союзу становится весьма ограниченным. Но тогда встаёт вопрос: какие плюсы получает население от Евросоюза, при том что минусы все великолепно видят? Это первый очень неприятный фактор. Ещё раз говорю: Европа должна была в условиях ковида продолжать вести открытую политику, иметь открытые границы, и тогда у неё были бы вполне реальные шансы на выживание дальше. Но это уже очень неприятный факт, потому что базовая проблема Евросоюза в том, что ему некуда сейчас развиваться. Предыдущий такт развития им отыгран. Нового такта развития нет даже в идее. Я много смотрю на то, какие делаются прогнозы в Европе, какие форсайты они делают. Они не анализируют будущее ЕС. Такое впечатление, что ЕС уже считается концом истории, дальше ничего не будет. Но это крайне опасный ход.
▪️И, наконец, последнее, самое серьёзное и самое важное. После 1968 года в Европе очень сильно сдвинулось равновесие между правыми и левыми. Левые тогда не смогли получить власть, но они изменили политику через всё большее присутствие в университетах и структурах власти, и главное - в окологосударственных образованиях. Ну, адвокатура, например. Соответственно, начался сдвиг от центра влево. И этот сдвиг продолжается вот уже более 60 лет. При этом наиболее ярко это выражено как раз во Франции и Германии, то есть в наиболее развитых странах ЕС. И всё было бы нормально, если бы не одно но: по сути дела, никакого левого проекта во Франции и Германии нет. Правые проекты есть. Проект Ле Пен, проект «Альтернатива для Германии» - правые. Левых проектов нет. Левый проект сейчас исключительно апофатичен. Это не марксизм, это не маоизм. Это не либерализм. На самом деле, по всей вероятности, все несогласные с существующей системой имеют право называть себя левыми, даже если всё несогласие связано, ну, я не знаю, с собственными хулиганскими поступками, попаданием по этому поводу в кутузку на 15 суток условно. Соответственно, левого проекта нет, но левых очень много. При этом само собой разумеется, что поскольку нет единого проекта, они начинают разбиваться на кучу маленьких групп, у каждой из которых свои представления о том, чего она хочет, либо даже скорее, чего она не хочет. В большей степени именно такие. Это гендерные, феминистские группы, экологические движения, культурные движения.
⤵️

⤵️
Но проблема даже не в том, что они отстали, а в том, что классический марксовский кризис - устарелые производственные отношения и быстрорастущие производительные силы - в условиях создания миров-технологий становится совершенно неразрешимым и очень жёстким. На этом я хочу поставить многоточие, потому что вопрос о том, в чём проблема экономики, можно решать долго, а главное - совершенно бессмысленно.
📍Второе, что мы получаем сразу как следствие первого: ещё не было случая, чтобы проблемы с экономикой, производством и переоценённой валютой не приводили к финансовому кризису. И эта ситуация самым жёстким образом отражается на Франции. Базовая проблема Франции: очень много социальных выплат, одновременно попытка вести активную внешнюю политику, например на Украине, и при этом крайняя неэффективность управленческой модели. Неэффективность чисто финансовая: это дорогая модель, и она дешёвой стать не может. В результате Франция уже который год сталкивается с непреходящим финансовым кризисом. Я на всякий случай хочу напомнить, что конец французской монархии был связан ровно с тем же самым. Монархия была перегружена, с одной стороны, военными, а с другой - социальными обязательствами. Возник жёсткий финансовый кризис, в результате чего Людовик был вынужден созвать Генеральные штаты. Как вы помните, Генеральные штаты потом превратились в Конвент, который ему же отрубил по этому поводу голову. Это совершенно естественная ситуация, а главное, невозможно решить финансовые проблемы, не решая экономические, а Франция не может решить экономические проблемы, как и ЕС в целом.
📍Второй фокус совершенно отдельно от первого. Второй фокус - это мигранты. Мигранты - это увеличение финансовой и экономической нагрузки, но это ещё и столкновение культурных кодов и демографических моделей. Этим столкновением, по идее, можно было управлять, и да, существует модель мультикультурализма, которая позволяет управлять противоречиями между местными жителями и мигрантами. Но это невероятно сложная модель, требующая абсолютно другого качества управления. Это качество управления когда-то было в Российской империи. Я говорю про эпоху империи, про начало XX столетия. Это качество управления похуже, но было в Советском Союзе. Это качество управления было в Соединённых Штатах Америки, ну, практически до последней четверти XX столетия. Я бы сказал, что Америка - это недосягаемая высота как раз в управлении мультикультурными противоречиями и мультикультурализмом в целом. Но как раз Европа ничего такого никогда не умела. И непонятно, у кого она может этому научиться достаточно быстро и как. При этом имеется жёсткая позиция, согласно которой мигранты всегда правы, а местные жители всегда неправы. Наиболее ярко это выражено, конечно, в Великобритании, но во Франции и Германии это тоже выражено ясно. Это создаёт вполне понятное недовольство. Причём, как обычно, недовольны обе стороны. Мигранты считают, что их недостаточно защищают и вообще им ещё не заплатили за столетия жуткого угнетения. А местные жители абсолютно серьёзно полагают, что правительство их предало и сейчас фактически защищает чужие интересы, интересы пришлых людей, которых они почему-то называют европейцами, французами, немцами, датчанами и так далее. Это вторая причина конфликтов, которые здесь возникают.
📍Третья причина конфликта - о ней не принято говорить, но она ничуть не менее сильная. Пытаясь выйти из тяжелейшей экономической ситуации, а ещё раз подчёркиваю: она неразрешима в рамках существующих структур ЕС, Европа взяла курс на войну. Первоначально была просто идея быстренько развалить Россию санкциями и получить следующий такт развития. Сейчас они считают, что единственный выход для Европы - это уже не маленькая, а большая война, и к этой войне нужно готовиться, до предела развивая военное производство. И вот тут Европа сталкивается сразу с двумя проблемами. Проблема первая: интуитивное понимание населения, что воевать будут они, а вовсе не те, кто принимает эти решения. И умирать тоже будут они.
⤵️

▶️▶️▶️Сергей Переслегин. ЗАКАТ ЕВРОПЫ. ПОЧЕМУ БУНТЫ И КРИЗИС ЗАТЯНУТСЯ НАДОЛГО.
📍Раз мы так много говорили про Европу и её отношение к конфликту на Украине, не поговорить ли нам о ситуации внутри самой Европы - о расширяющихся протестах и о том, что происходит как минимум в Париже. Кадры оттуда идут весьма будоражащие воображение. На самом деле ситуацию, которая сложилась в Европе, можно рассматривать с очень разных позиций. Но это как раз тот случай, который я люблю комментировать известной фразой, извините, о том, что рваться могут самые разные канаты, но падать всё время будет один и тот же Пятачок. С одной стороны - и это, может быть, самое важное, - Европа после тяжелейших войн XX столетия к концу века смогла создать достаточно необычную структуру, которую все называют Европейским Союзом. Необычность этой структуры в том, что это не государство, не союз государств, не империя и даже не мозаичная империя типа Австро-Венгрии. Это новый формат мультистейта, базовая задача которого - обеспечить несколько единств. Мы об этом говорили: возможность перемещать через границы европейских стран людей, в том числе рабочую силу (то есть ты можешь не просто уехать, но и уехать работать), товары, услуги, технологии, информацию, финансы. Структура получилась достаточно удачной, но с самого начала у Евросоюза было несколько очень существенных внутренних проблем.
📍Первое - очевидная переоценённость валюты. Евро - очень дорогая валюта, что приводит, с одной стороны, к тому, что в ЕС очень дорогие товары и услуги, а с другой - к тому, что они довольно слабо конкурентоспособны на внешних рынках и уж по меньшей мере на рынках стран полуторного мира, я имею в виду Китай, второй и третий мир. Это делает ЕС достаточно странной с экономической точки зрения организацией: у неё хорошие исторические традиции, огромное количество развитых структур, которые могут заниматься производством, торговлей и так далее, но при этом невероятное количество обременений - экологических, бюрократических, причём даже трудно сказать, каких больше. Наверное, бюрократических даже больше. Очень высокая стоимость валюты. В результате экономика ЕС развиваться практически не может. На первом этапе ЕС существовал за счёт возможности эксплуатации развалившегося Советского Союза, откуда можно было получать дешёвое сырьё, прежде всего энергетическое, а главное - кому можно было поставлять европейские продукты, ибо в какие-то моменты их брали фактически за любые деньги. Но эта стадия закончилась, и найти новую страну, которую таким же образом можно было развалить, Европейскому Союзу не удаётся. Попытки сделать ставку на распад России, по крайней мере за прошедшие 5 лет, тоже больших результатов не дали. В итоге Европейский Союз не мог не столкнуться с экономическими проблемами. Эти проблемы были увеличены и усилены тем, о чём мы уже говорили: экологические, в том числе зелёные, ограничения и колоссальная, совершенно гротескная бюрократия ЕС, потеря связи с Россией по дешёвым углеводородам, а также миграционные вопросы. Потому что когда у тебя становится больше иждивенцев (мы пока не трогаем конфликты, которые могут на этой почве произрастать), это тоже, наверное, должно внести свою лепту. Я вообще хотел рассмотреть миграцию как второй фокус, но можно включить её и здесь. Это не только миграция с иждивенцами, но и старение населения, опять-таки с иждивенцами. В результате первой причиной кризиса Европы, как и всегда, впрочем, - что называется, Маркс, Энгельс и Ленин довольно улыбаются, - являются экономические причины. То есть Европейский Союз столкнулся прежде всего с экономическим кризисом. Этот кризис усугубляется ситуацией с созданием мира-технологии Искусственного интеллекта. И мало того, что европейцы опоздали с работами в этой области, они отстают и от США, и от Китая, да, пожалуй, сейчас и от России, по крайней мере если исходить из публикуемой статистики.
⤵️

⤵️
И что-то такое, я думаю, мы через некоторое время и услышим. В любом случае ситуация становится чрезвычайно нервной. У Украины сейчас остаётся не очень большой шанс уползти из войны, как из неё в 1917 году уползла Россия, через внутренний переворот, смену власти, мир на любых условиях в надежде на то, что в последующем конфликте - а конфликт России с Европой ни в коем случае не остановится выводом Украины из войны - Украина сможет что-то получить или что-то вернуть. Во всяком случае, это будет возможностью каким-то образом справиться с угрозой чрезвычайно тяжёлой зимы. Но это, конечно, крайне небольшой шанс.
📍Другой вопрос, что этот небольшой шанс есть. И вот тут нужно ещё раз посмотреть на то, как будет реагировать Европа. Многие ведь из украинцев говорят о том, что в новых условиях европейцы делают даже не то, что хорошую мину при плохой игре, а просто ведут себя как положено джентльменам, которые понимают своё поражение, некоторое время ещё делают невозмутимое лицо и не кидают карты на стол со скандалом, а, например, ждут телефонного звонка, после которого скажут: «К сожалению, я должен ехать туда-то и туда-то, сколько с меня?».Ну вот примерно этого они сейчас и ждут. Европе тоже выгодна пауза в военных действиях для того, чтобы подготовиться. Об этом я и говорю, но сразу после высказывания Трампа заявить: «Да, мы тоже всегда так думали» - это уже совсем потерять лицо. Есть точка зрения, что в новых условиях Европа будет искать возможности выйти из этого конфликта за счёт Украины. Эта возможность не стопроцентная, но она есть. В общем и целом сейчас возникает вопрос, как смогут Трамп и его посланники эту невероятно интересную и сложную политическую ситуацию разыграть. Как ни странно, положение такое, что очень многое зависит от мастерства разыгрывающего. Это не тот случай, с которым мы сталкиваемся обычно, когда исход предопределён. Здесь, да, много зависит от того, как эта ситуация будет сыграна, но до выборов в США все будут тянуть. Кроме Трампа, который, безусловно, был бы очень рад заключению реального соглашения до выборов, но на это шансы очень малы, практически близки к нулю. На самом деле, самое грустное во всей этой истории заключается не в том, что украинский президент и украинские военные говорят, что им глубоко наплевать на страдания населения, в общем, почти по-гитлеровски: «если немецкий народ не может выиграть войну, пусть весь и погибнет». Это очень неприятно, но, по крайней мере, ожидаемо. Но когда примерно то же самое начинает говорить Макрон, вот это становится уже достаточно грустно. Мы с вами говорили о том, что разум может возобладать. Это правда, но мы должны всё время исходить из того, что разум может не возобладать. А в ситуации, где политические деятели вообще не оборачиваются на позицию народа, избирателей, на их интересы, на их чаяния, нет мысли о том, что что-то их остановит от развития войны до её предельной версии, до предельной стадии. В общем, я не вижу, что их в этой ситуации ещё может останавливать. Тем не менее, пока ещё у нас идёт не война, пока у нас идёт большая политическая игра. В известной мере это не совсем так. И я понимаю, что на фронте это совсем не так, но в масштабах государств война сейчас поставлена на паузу до выборов США. Я понимаю, что этой паузы нет на фронте, но эта пауза есть в тылу, поэтому не будет расширения ни с той, ни с другой стороны. Поэтому не будет резкой смены направления ударов с воздуха. Сейчас все немножко выжидают, и разыгрывается политическая партия.
▶️https://youtu.be/okqM92wEcoc
▶️https://rutube.ru/video/private/03f988037bb7cc5bd41adef8926a05f7/?p=IgQO2o0D4YvP6hPjFhQjbg
▶️https://vkvideo.ru/video-9685658_456241175

⤵️
Да, украинцы могут сколько угодно говорить, что их совершенно не беспокоит уничтожение отдельных районов, страдания населения, прекращение работы метро и теплостанций. Но это всё до поры до времени, во-первых. Во-вторых, разрушение коммуникаций приведёт рано или поздно к тому, что и западная помощь здесь окажется достаточно бесполезной и бессмысленной, не будет доходить до нужных точек. Украина, безусловно, может радоваться и хвастаться тем, что за год России не удалось достичь никаких стратегических целей. Но я бы сказал так: цена этого оказалась очень велика. Цена этого оказалась велика и по количеству мобилизованных. Ещё раз: сколько бы Украина ни говорила, что они теряют меньше, чем русские, приходится иметь в виду, что Россия всё ещё ведёт борьбу без всеобщей мобилизации, а Украина давно ведёт борьбу в условиях тотальной мобилизации. Из того факта, что при этом на фронте всё равно наблюдается недокомплект живой силы, можно сделать вывод, что потери украинской стороны значительно больше. Даже не просто больше. И конкретно в этом году непрерывные украинские контрнаступления, особенно усилившиеся перед августом, в общем, имеют вполне понятное содержание. По некоторым данным, не вполне официальным, но очень похожим на реальную ситуацию, при наступлении российских войск они несут потери в 1,4-1,5 раза меньше, чем украинские. Подчёркиваю: меньше, а не больше. А вот при контрнаступлениях украинцев потери, которые они несут, в 3-5 раз больше, чем российские. Поэтому, да, Украина удержала линию фронта в большей или меньшей степени, но очень дорогой ценой и, безусловно, ценой холодной - я не скажу голодной, но холодной и бессветной - зимы. И если мы будем вспоминать всё-таки Первую мировую войну, это начинает постепенно напоминать Германию 1917 года. Если вы помните, в 1917 году Германия достигла колоссальной стратегической победы, выведя Россию из войны. Удержала Западный фронт, несмотря ни на что, чуть не вывела в конце года из войны ещё и Италию, но понесла потери, которые уже никоим образом не могла восполнить. И резко ухудшилась ситуация в тылу. Брюквенная зима тоже была голодной и холодной. Вот это та ситуация, которая ждёт Украину в начале зимы. Новая зима 1917 года.
📍Будем смотреть, что из этого получится дальше. Но позитивных выводов для Украины я здесь не вижу. Да, 70% украинцев, особенно тех, кто находится далеко от линии боевых действий, готовы воевать до конца. Да, это так. Да, линия фронта почти не сдвигается. Украина, конечно, говорит, что Доброполье они оспаривают, однако, судя по всем данным, которые оттуда приходят, вопрос о том, насколько Россия укрепится в Доброполье, - вопрос не очень большого времени. В общем, это на самом деле довольно неприятный для украинцев факт. В целом я бы сказал, что Доброполье является хорошим плацдармом как для продвижения границы Донецкой области прямо и непосредственно, так и для обходных операций против агломерации Славянск-Краматорск. Во всяком случае, к сожалению, теперь можно сказать с уверенностью, что исход войны будет зависеть от борьбы за Славянск-Краматорск. Но при этом надо иметь в виду, что возможности есть самые различные. Но все эти различные возможности есть только у российской стороны. Российская сторона может развивать наступление в районе Харькова. Российская сторона может перенести центр усилий на южный фронт. Российская сторона может думать об обходе позиций противника через территорию Беларуси. Но, судя по всему, одним из условий переговоров, которые мы сейчас ведём через Америку, является то, что мы, по крайней мере, не будем сами расширять пространство войны. Но у этого есть вторая сторона дела. В подобной ситуации США должны очень резко намекнуть своим партнёрам по НАТО, что удары по Санкт-Петербургу через территории Финляндии, Эстонии, Латвии и Литвы являются формальным нарушением нейтралитета, вплоть до фразы, что если Россия на это отреагирует, то Соединённые Штаты отнесутся к этому с полным пониманием.
⤵️