Интересные попутчики — залог хорошей дороги, а заинтересованные зрители — залог хорошего спектакля!
Поэтому ждём вас на спектаклях БДТ этой недели 🙌
Фото – Стас Левшин
#доброеутровбдт
#утреннийпредшественниквбдт
Официальный канал БДТ им. Г. А. Товстоногова
Наш сайт: https://bdt.spb.ru
The section failed to load.
21 October — 27 October 2026
Loading…
+24subscribers in the period
+11 biggest gain · 21 Oct 2026
75/ 100Good
Tip: verify the channel via the datool.ru bot — this is part of Trust.
5 349views in the period 51.9 %
Average post reach — 1 011 views (posts older than two days).
1.59 %ER = reactions ÷ views 0.2 pp
3.9citation index
Place among similar channels — higher than 90 %. This is the top level of the group.
#3 775 in MAX · More — the “Mentions” tab
Higher means more views, bigger means more reactions. Click a dot to open the post.
Click a metric to see it across the period below
By views for the period
Pale bars are days, the line is the 7-day average: you can see whether the channel is speeding up or slowing down
Data updated at 01:41 Moscow time. Views are the current counts of posts published on those days; average reach counts posts older than two days. How the quality index is calculated
Loading…
Наличие в драматических произведениях Чехова элементов абсурда, ярко представленных в репликах персонажей, лишенных смысла, – факт небезызвестный. И потому произведения писателя-классика, с точки зрения абсурдности, самостоятельны и не требуют, чтобы их дополнительно «фаршировали» антидрамами. Режиссер «Mother Father…» для исследования проблем сестер Прозоровых, столь сложных для понимания современного зрителя, прибегает к приему деконструкции, то есть анализу посредством разрушения. Текст «Трёх сестёр» намеренно обрамляется и достраивается абсурдистской драмой Э. Ионеско, благодаря чему чеховские нелепицы, как масло в воде, всплывают на поверхность для столкновения их со зрителем «лоб в лоб». Алогизм в «Mother Father…» возводится в двойную степень с целью наглядно показать «стоячую воду» в истории Прозоровых, которой нет, так как нет действий. Оттого текст «Трёх сестёр» позволяет перестраивать его, перекраивать, дополнять текстами иного рода, в том числе и стихотворными – без ущерба истории трех сестер.
Мы с Витей Княжевым по образованию актёры-кукольники. Кукольный театр — синтетический, ты не только со своим нутром работаешь, но и с предметами, с деталями. Это сложная техника, поэтому что-то утрачивается с годами, если ты не работаешь с куклой. На тренингах, которые Яна Марковна проводила, мы пробовали сначала просто с фактурой работать, а потом появились поролоновые зачатки старика, который уже участвует в спектакле «Ау».
У взаимодействия с куклой свои законы, но ты всегда знаешь, что за куклой стоит живой партнёр. Каждый из ребят пробовал работать, взаимодействовать со Стариком Птицеловом. У меня с ним небольшая связка: в начале спектакля я его немного веду, мы как будто танцуем вместе, он мне на ухо что-то говорит, укладывается на плечо. Есть момент, когда Света берёт его и говорит: «Старый человек, пойдём, я сама тебя отнесу». Безумно трогательный момент — ты действительно уже начинаешь воспринимать куклу как живого беспомощного человека, которому помогает другой, уже реальный человек, и при этом они единое целое. Мне кажется, через это, через репетиции и через куклу, у нас у всех живой контакт появился.
Образ птицы — решение режиссёра. Изначально мы всё вместе придумывали в ходе репетиций: Яна Марковна задавала тему, на которую ребята, поскольку они очень вербально подкованы, импровизировали, а потом уже компилировала из импровизаций тексты. Тема надежды, мечты, тема свободы — всё исходило от них. Яна Марковна сказала, что у меня будет другая задача — я буду неким проводником, женщиной-птицей. Мне было интересно попробовать себя в этих зонгах, откидывающих в зонги Брехта, текстах, которые приносила Яна Марковна, танцах, пластических этюдах. Для меня в образе есть что-то от героев Миядзаки.
Хотелось, чтобы Чудо-птица изначально такая красивая выходила, а потом, пройдя путь спектакля, была выжатая, прожившая, через себя пропустившая, истощённая — непричёсанная, условно говоря. Первая маска, изначальная, должна разрушиться. В итоге у нас получается такой образ птицы-феникса, птицы-надежды, которая помогает ребятам, проводит их по пути этого спектакля или их внутренних переживаний. Боль, которая может превратиться в любовь или что-то высокое. Хотелось, чтобы Чудо-птица изначально такая красивая выходила, а потом, пройдя путь спектакля, была выжатая, прожившая, через себя пропустившая, истощённая — непричёсанная, условно говоря. Первая маска, изначальная, должна разрушиться. В итоге у нас получается такой образ птицы-феникса, птицы-надежды, которая помогает ребятам, проводит их по пути этого спектакля или их внутренних переживаний. Боль, которая может превратиться в любовь или что-то высокое.
Loading…
Loading…
Loading…
Loading…
Loading…
Loading…
Loading…
Loading…