FEELLINI

Сегодня мы побывали на церемонии в честь долголетия Далай-ламы. Я была там и в прошлом году, поэтому приехала не просто с надеждой, а с планом. Знала, откуда он выйдет, куда пойдёт и где надо сесть, чтобы оказаться поближе. В общем, ещё немного — и мне бы выдали рацию и попросили координировать мероприятие 😁

И вот вижу свободное место прямо у дверей в зал. Прекрасное. Правда, рядом табличка: «Только для TIPA members» — участников Тибетского института исполнительских искусств. Я посмотрела на табличку, потом на место и решила: ну, у меня-то точно связь с искусством имеется).

Подхожу.

— Можно тут сесть?
— Нет.

Отхожу на полшага, но место совершенно свободное, и на него никто не претендует.

— А может всё-таки можно?

Одна женщина кивает. Возможно, она не расслышала вопрос, возможно не поняла, но я быстренько нырнула и села.

Тут подбегает охранник:

— Иностранцам сюда нельзя. Это места для TIPA.

— Конечно, — говорю я. — Как только они придут, я сразу уступлю.

И улыбаюсь с видом человека, который не занял чужое место, а временно исполняет обязанности.

— Please 🙏

В этот момент я поняла: пора медитировать. Ну, кто же выгонит медитирующего человека? А потом они ко мне привыкли, начали угощать чаем. Так я и просидела всю церемонию. Далай-лама был всего в тридцати метрах. Целых три часа!

Я поплакала, посмеялась и пару раз спросила себя, как я вообще сюда попала. Потом решила не выяснять: вдруг ответ потребует отдельного разговора с охраной.

Ещё десять лет назад я и представить не могла, что окажусь в Гималаях рядом с Далай-ламой — и буду одновременно переживать за встречу с ним и за то, что меня попросят пересесть.

Но вот я тут. И не одна ❤️

P.S. Небольшой кусочек видео с церемонии, где видна моя голова 😂

Я почти перестала писать. Последний месяц столько всего происходит, что я никак не могу выбрать, с чего начать.

Ну, начну с главного.
Сегодня я была на благословении у Далай-ламы. И мне удалось организовать эту встречу для всей нашей группы ❤️

Я так радовалась за девочек! Когда они записывались на ретрит, они даже не знали, что это их ждет. Это был для них первый сюрприз.

Мы приехали в Гималаи на ретрит, и вдруг у каждой из них появилась возможность встретиться с Далай-ламой. Сколько людей в мире практикуют буддизм, мечтают об этой встрече, но так никогда к нему и не попадают.
А сегодня мы все были рядом с ним.

В буддизме есть прекрасное понятие мудита — сорадование, радость от счастья другого человека. И вот сегодня у меня было её столько 😍

Само благословение длится буквально минуту. Подходишь к Далай-ламе, он берёт тебя за руки и смотрит в глаза. Рядом монахи, сопровождающие, фотографы, всё происходит довольно быстро, потому что за тобой ждут другие люди.

Я подошла, сложила ладони. Он взял мои руки в свои, и какое-то мгновение я смотрела на его лицо совсем близко. На улыбку, на глаза за очками.

Потом поклонилась и уже собиралась отходить, как вдруг он схватил меня за руку и потянул обратно. Я подняла голову, мы снова встретились глазами, и Далай-лама положил ладонь мне на щёку.

Не знаю, сколько это длилось. Наверное, секунду. Но я до сих пор чувствую это прикосновение. Его тёплую ладонь на щеке, лицо совсем рядом. И помню, как меня вдруг накрыло совершенно детским счастьем. Словно во мне разом распахнулись все окна.

Мне хотелось смеяться, обнимать девочек, улыбаться всем подряд. В прошлом году, когда я была у Далай-ламы, я плакала. Слёзы просто текли по лицу, и я ничего не могла с ними сделать. Помню, как тихо и нежно было тогда внутри.

А сегодня меня просто распирало от радости. И знаете, что удивительно? Когда я смотрю на фотографии, мне особенно дорога та, где я уже отхожу от него. Посмотрите на моё лицо)))

Мне кажется, так я улыбалась в детстве, когда случалось что-нибудь невероятно хорошее.

Я понятия не имею, почему он вдруг потянул меня обратно. Что значил для него этот жест, тоже не знаю. И не хочу ничего придумывать. Просто всё время вспоминаю эту секунду. И его ладонь на моей щеке.
Уже вечер, а я всё ещё хожу и улыбаюсь.

И снова открываю фотографии, чтобы посмотреть на наши счастливые лица ☺️

В Катманду сейчас атмосфера как в фильме Вонга Карвая ❤️

У бесцельных прогулок по городу есть красивое название — фланёрство.

И вот в Бухаре я вдруг подумала, что для меня оно немного похоже на медитацию.

Я могу выйти утром из гостиницы и вообще не знать, куда пойду. Карта в телефоне есть, конечно, все достопримечательности отмечены, но в какой-то момент я просто перестаю в неё смотреть.

В Бухаре я сворачивала на улицу, потому что там красиво лёг свет, шла на запах лепёшек, заглядывала во двор, увидев открытую дверь. А однажды остановилась посреди дороги и довольно долго смотрела, как солнце садится между домами.

И тут я поймала себя на мысли: с медитацией у меня ведь примерно так же.

Когда я сажусь практиковать, то тоже не знаю, что сегодня произойдёт. Можно выбрать объект, устроиться поудобнее, поставить таймер, а дальше начинается жизнь. Где-то заболело, стало жарко, за окном хлопнула дверь, в голове внезапно появился человек, о котором я три года не вспоминала.

Всё это не было запланировано, но именно с этим теперь и происходит практика.

Наверное, в этом для меня и встречаются медитация и фланёрство: я не знаю, что будет следующим, и просто отдаю внимание тому, что уже появляется.

Так со мной случилась Бухара.

Я не пыталась собрать её целиком и почти не следила за маршрутом. Просто ходила и смотрела, что она мне покажет.

Сегодня мне написал знакомый:
— А куда ты уезжаешь?

И если честно, я не знаю, что ответить. Потому что на самом деле, в никуда.

Хотя формально всё довольно определённо. Сегодня я прилетела в Узбекистан, потом будут Непал, Индия, ретриты, учёба, Керала. У меня куплены билеты, забронированы отели, стоят даты в календаре. Я знаю, где буду через неделю, через месяц и даже примерно через три.

Но куда я уезжаю — не знаю.

Потому что обычно в путешествии есть точка возвращения. Можно уехать хоть на полгода, но где-то существует обычная жизнь, поставленная на паузу. Дом, в который ты вернёшься, вещи в шкафу, привычный маршрут до магазина, люди, которым можно сказать: «Увидимся, когда приеду». А у меня впервые такой точки нет.

Я сдала квартиру, собрала чемодан и сегодня закрыла за собой дверь. Где буду жить весной, пока понятия не имею. Странное ощущение.

Ещё несколько лет назад я бы, скорее всего, немедленно начала эту проблему решать. Я вообще прекрасно умею превращать неизвестность в таблицу.

С практикой долго было примерно так же. Учителя, книги, техники, следующая ступень — где-то впереди обязательно должна была существовать точка, к которой я иду.

На последнем ретрите Ли сказал:
There is just unfolding.
Всё просто разворачивается.

Мы тогда говорили о медитации. Ты сидишь и не знаешь, что возникнет в следующую секунду. Только что было ощущение в теле, следом появилась мысль, за ней что-то ещё. Одно становится условием для другого, и ты просто присутствуешь в этом всем. Последние несколько лет я много училась этому на подушке.

Похоже, размер подушки несколько увеличился))) И теперь я правда хочу посмотреть, как все будет разворачиваться. Без усилий и цепляния.

Это вовсе не значит, что я собираюсь сидеть под пальмой и ждать, куда меня вынесет. Я буду работать, вести ретриты, учиться, путешествовать, принимать решения и наверняка ошибаться. Просто какое-то время я хочу не решать, где мой дом, и посмотреть, что будет происходить с работой, отношениями и со мной самой.

Как-то так.
282 дня до 50

Дорогие, всем привет!

У меня совершенно внезапно появилось одно место на наш гималайский ретрит 12–24 октября в Индии ❤️

Группа собралась ещё весной, и я уже давно считала её закрытой. Но сейчас появилась возможность присоединиться ещё одному человеку.

Это будет большое путешествие, в центре которого — полноценная пятидневная випассана в Гималаях.
А после тишины мы будем постепенно знакомиться с местом, в котором оказались, — не только с горами, но и с живой традицией тибетского буддизма.

У нас уже согласована дата встречи с Его Святейшеством Далай-ламой. Мы побываем в Норбулинке, познакомимся с жизнью тибетской общины, съездим в настоящую тибетскую деревню, будем много гулять по горам. А если погода позволит — поднимемся на Триунд, откуда открываются совершенно невероятные виды на хребет Дхауладхар.

Мне очень нравится, что в этом путешествии будет и несколько дней полной тишины, и Гималаи, и возможность прикоснуться к тибетской культуре не через рассказ о ней, а оказавшись внутри пространства, где она продолжает жить. Конечно же, будет чай, замедление и созерцание ❤️

Принимать решение нужно быстро, т.к. ретрит буквально через месяц.

12–24 октября

И важный момент: свободное место сейчас только для девушки.

Если вдруг вы давно хотели поехать со мной в Гималаи и сейчас что-то внутри отозвалось — напишите мне лично.
Вся подробная программа здесь: https://www.feellini.ru/vipassana-gimalai/

На прошлом ретрите ко мне подошла девушка и сказала:

— Марита, ты говорила, что твоя мечта стать режиссёром не исполнилась.

Я кивнула.

— А я весь этот ретрит чувствовала режиссуру. Как будто все было точно срежиссировано. В хорошем смысле.

Я засмеялась, а потом почему-то весь вечер об этом думала. И я подумала: господи, а ведь правда.

Я до сих пор всё вижу кадрами. Просто кино у меня теперь другое.

Когда я придумываю ретрит, мне недостаточно открыть карту и найти красивое место. Мне обязательно нужно сначала приехать туда самой, желательно без группы, походить без особой цели, иногда свернуть не туда. Посидеть там, где почему-то хорошо сидится. Поговорить с людьми, узнать местные истории, посмотреть, как здесь начинается утро и где вечером становится тихо. Вернуться второй раз в монастырь, из которого вчера почему-то не хотелось уходить. И обязательно влюбиться ❤️ Иначе я не умею.

После этого в голове постепенно начинает монтироваться кино. Сейчас у меня монтируется Керала. Декабрь.

Некоторые сцены я вижу совершенно отчётливо.
Мы выходим из дома на острове Манро ещё затемно и идём к маленькой пристани. Все немного сонные, под ногами влажная дорожка, над головой пальмы. Забираемся в лодку, она качается под нашим весом, весло входит в тёмную воду, и мы плывём по узкому каналу.

Берег совсем близко. Можно разглядывать дома у воды, висит бельё, лодки, привязанные к деревьям. Где-то уже готовят завтрак, кто-то вышел во двор. Над водой ещё держится дымка, в ней отражаются пальмы, иногда с ветки срывается птица.

Вот здесь я точно знаю, что ничего не буду рассказывать. Пусть будет только плеск весла, вода и эта чужая утренняя жизнь вокруг.

За следующим поворотом канал становится шире, зелень расступается, лодка выходит на открытую воду — и там встаёт солнце. Казалось бы, вот он, идеальный общий план: огромное небо, вода, первые золотые блики.

Но именно здесь мне хочется перевести камеру. На вас. Потому что этот восход я уже видела. А вот лицо человека, который впервые видит его отсюда, — нет.

Кто-то улыбается, кто-то ещё секунду назад фотографировал и вдруг опускает телефон. Иногда просто меняется выражение лица. Мне ужасно нравится эта короткая секунда, когда человек перестаёт комментировать происходящее у себя в голове и просто смотрит.

Наверное, поэтому мне давно стало мало приезжать в красивые места одной.

Я могу ходить там совершенно счастливая, разглядывать всё вокруг, влюбляться, а потом в голове обязательно появляется: Божечки, как я хочу, чтобы это увидели.

Будда много говорил про возвышенные состояния ума. Одно из них — сорадование, радость чужой радости. И я поняла, что именно это меня вдохновляет создавать ретриты. Вот тут во мне и просыпается режиссёр.

Мне мало просто привезти человека в красивое место и сказать: «Ну вот, смотрите. Красиво». Я начинаю думать, как мы туда придём, что будет накануне, нужно ли что-то рассказать или лучше помолчать. Где задержаться, а мимо чего пройти, ничего пока не объясняя. И что обязательно оставить за поворотом.

Правда, у меня есть одна проблема. Ужасно непослушные актёры)))

Я могу поднять всех затемно, рассчитать дорогу, найти лодку и посадить туда именно в ту минуту, чтобы на открытую воду мы вышли вместе с солнцем. В моей голове уже музыка, общий план, золотые блики, кульминация. Я мысленно перевожу камеру на человека... А он смотрит на цаплю. И всё))) Мой великий режиссёрский замысел проиграл цапле.

Причём вполне возможно, что через пять лет этот человек забудет восход, лодку и даже то, что я там вообще была, а цаплю будет помнить. И, если честно, это так по-человечески. И именно в этом месте заканчивается режиссура. Дальше — не мое. Можно сколько угодно готовить сцену, но саму встречу всё равно за человека не проживешь.

Так что может быть все-таки я немношк стала режиссером) Просто мне понадобилось почти 50 лет, чтобы узнать свой почерк ☺️

Как-то так. 289 дней до 50.

В декабре я лечу в Индию😍

И не просто в Индию, а вести випассану вместе с Маритой💔

Мой официально самый любимый теперь вид путешествий, где сочетается все:

🇮🇳🥻🥘Исследование новой культуры
🌅🌴Красивейшие места
🫂Классная компания людей (в такие трипы кто попало не ездит)
🧘🏻‍♀️И самое главное — несколько дней тишины и медитаций в середине поездки

Я давно не ездила в групповые туры, потому что они всегда с супер-насыщенной программой, я после нескольких дней этого галопа и общения всегда устаю и никуда больше не хочу ехать

А тут путешествие - потом рррраз, випассана, и потом снова путешествие — с абсолютно иным мировосприятием

И-ДЕ-АЛЬ-НО

Зову вас с собой!

Тем более при бронировании до 15 сентября — скидка 25 000!

Для двух недель такого кайфа цена очень доступная, вообще не понимаю, как Марита это делает:

https://www.feellini.ru/vipassana_kerala

Бронируйте, и до встрреееечиии!

Уже второй день мне присылают Кайлас — как будто это не гора и не маршрут, а живое существо, которое только и делает, что щелкает по нервам.

— Марита, смотри, эта группа вернулась.
— А вот люди полетели в Лхасу.
— Пишут, что могут открыть другой переход.
— Говорят, что это может повториться. Хорошо, что вы не идете.
— Гора сказала нет
— Гора проверяет намерение...

Пишут даже те, кого нет в моей группе. И я знаю: это не любопытство. Это забота, переодетая в новости. Это такое человеческое желание найти щёлочку в закрытой двери. Как будто если очень-очень постучать, дверь устанет и откроется. Мне тоже хотелось, даже слишком хотелось.

Последние дни я искала лазейку почти без остановки. Я говорила с гидами, организаторами, агентствами, людьми на месте. Один уверял, что дорога закрыта. Через пару часов другой писал: «возможно, скоро откроют». Третий звучал так, будто он лично договорился с судьбой.

И я начинала заново: писать, звонить, уточнять. Мне всё время казалось, что где-то есть ещё один человек, с которым я пока не поговорила. И уж он-то точно знает, что будет через три недели: откроют ли дорогу, выдадут ли пермиты, можно ли будет пройти кору. Нужно только найти этого человека — того единственного, кто умеет заглядывать в календарь будущего. Того, кто скажет железобетонное «Да».

Вчера вечером у нас была ежемесячная встреча с Ли. Обычно мы говорим о практике, ретритах, о том, что во мне происходит. А вчера я сказала:

— Мне очень нужно рассказать про Кайлас.

И высыпала на стол всё, что накопилось: стихийное бедствие, разрушенную дорогу, закрытый переход и другой, который «возможно», пермиты, людей, которые сейчас там, группы, которые возвращаются, голоса гидов, прогноз геологов.

Ли слушал долго. А потом сказал очень просто:

— Но никто из них не несёт ту ответственность, которую несёшь ты.

И тут до меня дошло: я уже несколько дней ищу не информацию. Информации было предостаточно. Я искала человека, которому можно отдать решение.

Гид знает, открыта ли дорога сегодня. Агентство умеет оценить шансы на выдачу пермитов. Человек на месте расскажет, что происходит прямо сейчас. Кто-то вернётся и скажет:

— Мы прошли. Всё нормально.

Но через три недели мне придётся смотреть в глаза тем, кто мне доверился, и сказать:

— Я считаю, что мы можем идти.

И вот это — то, что никто не может сделать вместо меня.

Я не знаю, что будет на Кайласе через три недели. Вполне возможно, дорогу откроют, пермиты начнут выдавать, и другие группы спокойно пройдут кору. Но сегодня у меня недостаточно оснований, чтобы взять на себя ответственность за других людей и сказать:

— Идём.

Возможно, мы прошли бы и вернулись счастливыми, загоревшими и с новым ощущением — что мы можем больше, чем думали.

Я этого не узнаю.

И будущее никогда не придёт ко мне однажды и не поставит печать: «Да, Марита, тогда ты поступила правильно». Мне бы ужасно хотелось, чтобы существовал правильный ответ. Чтобы можно было оглянуться назад и сказать: ну вот же, всё понятно, решение было верным.

Но после разговора с Ли я впервые увидела это иначе. Мне нужно принимать решение не из того, что я узнаю через месяц. Я могу опираться только на то, что знаю сегодня. И вопрос становится простым, очень прямым в своей ясности: могу ли я сейчас, со всей информацией, которая у меня есть, сказать людям: «Да. Я готова вести вас туда»?

Нет. Поэтому я отозвала группу.

Ещё в июне я придумала себе игру — «300 дней до 50». Что-то типа дневника. Я даже представляла красивые цифры. 300 дней. 250, 222 конечно же)

А потом жизнь, как водится, взяла эту мою красивую арифметику и кое куда спустила. Столько всего случилось, что я вообще забыла про этот проект. Сегодня я открыла блокнот. И на первой странице увидела дату.

26 августа. 300 дней до 22 июня.
И я замерла.

Потому что именно 26 августа у меня разрушился Кайлас. Маршрут, который я собирала с такой нежностью, будто это не тропа по горам, а чьё-то сердце. Путешествие, к которому я так готовилась.

Сегодня до пятидесяти осталось 297 дней. Некрасивая цифра, ну и пусть. Пожалуй, хватит начинать с идеального.

Через две недели я улетаю. И впервые в жизни не знаю, когда вернусь. И даже — куда вернусь.

В прошлом году я поехала в Индию с прекрасным планом: побыть в одиночестве. Мне хотелось вспомнить, как это — жить самой. Но жизнь, конечно, посмеялась над моим планом. В одиночестве я провела ровно один день.

В этом году планов у меня было ещё больше. И вот они тоже начинают смеяться — уже не добродушно, а с тем самым смешком, от которого внутри холодеет.

Так что я больше не буду планировать, буду просто смотреть, как оно всё разворачивается.

Я несколько раз начинала собирать чемодан.

Беру в руки свои поющие чаши. Я их люблю — они звучали рядом со мной столько раз, как будто учили меня дышать. Они ездили со мной на ретриты, стояли на полу у моей кровати, у каждой свой голос, свой характер. Но взять их не могу. Отпускаю.

Моя прекрасная чабань ручной работы, чайнички из исинской глины. Маленькие пиалы — те, что я выбирала и привозила из разных мест, и те, что дарили мне. Чёрная нефритовая от Яны, бежевая с процарапанными цветами от Анже, синяя с рыбкой из Токио от Карины, голубая в виде цветка от Анечки, cовсем кривенькие четыре пиалки, которые я вылепила сама у Арины. Их легко держать в ладони — и невозможно унести с собой. Отпускаю.

Книги, блокноты, карандаши, фломастеры, карты, эфирные масла: любимый сандал, розовый перец, ваниль, пало санто, ветивер… Их больше ста пятидесяти — будто я пыталась собрать в бутылочках все запахи, которые когда-то спасали, но сейчас и их отпускаю.

Любимые платья, платочки и шарфики, цветные носки, которые я люблю носить непарно, но там они мне ни к чему. Отпускаю.

И так постепенно выясняется: моя жизнь весит гораздо больше разрешённых килограммов багажа. И дело не в перевесе — дело в том, что всё это, оказывается, держит меня сильнее, чем мне казалось.

Я хожу по квартире и смотрю на вещи. Скоро здесь будет жить другой человек. Он будет ставить свою чашку на мой стол. Открывать утром мои окна. Возможно, переставит мебель. Наверняка будет жить здесь совсем другую жизнь...

А ведь сколько всего было в этой моей маленькой квартирке. Я возвращалась сюда счастливой, разбитой, влюблённой, уставшей. Здесь были разговоры до утра, бессонные ночи, слёзы, смех. Тут мы собирались и медитировали, пели под гитару, пили чай, смотрели на закаты.

Теперь я хожу по ней и понемногу прощаюсь. Кажется — не только с квартирой, а с какой-то своей жизнью тоже. И странным образом мне не страшно. Ну ладно. Иногда страшно.

Я не знаю, где буду жить через несколько месяцев. Не знаю, куда приведёт меня этот год. Не знаю, что из моих сегодняшних планов вообще останется.

И впервые мне не хочется срочно придумывать ответы. Я несколько раз начинала это предложение и каждый раз стирала. Потому что на самом деле хочется, очень хочется — а ответов нет.

Есть билет. Чемодан. И две недели до отъезда.

Сегодня 297 дней до моих пятидесяти.
Я когда-то придумала прожить эти 300 дней, каждый день немного выбирая себя. Пока получается своеобразно.

Я готова оставить чаши, чайники, книги, квартиру. Не знать, где буду жить. Уехать — и посмотреть, что из этого получится. В общем, почти всё.

Только свои пятьдесят я очень хочу встретить рядом с человеком, который возьмёт меня за руку и скажет:
— Останься со мной.