ЮЭСКОМ, юридическая компания

Деньги вернули. А дом вернуть не получилось

Основано не реальных событиях.

Вместо залога — продажа дома. Именно такой способ обеспечения возврата займа придумали участники одной истории. И в результате создали себе довольно юридическую проблему.

Всё началось с обычного займа. Один человек дал другому деньги в долг. Чтобы гарантировать возврат денег, можно было использовать залог недвижимости или другой предусмотренный законом способ обеспечения обязательств.

Но стороны решили пойти своим путём. Упростить.

Заёмщик заключил договор купли-продажи своего жилого дома и земельного участка с родственником заимодавца. Договор подписали, переход права собственности зарегистрировали в Росреестре.

Между собой договорились: как только заёмщик вернёт деньги, договор купли-продажи расторгнут и недвижимость вернут.

На первый взгляд всё просто, особенно когда стороны доверяют друг другу.

При залоге недвижимости заёмщик остаётся её собственником, а имущество служит обеспечением возврата долга. Когда долг погашен, залог прекращается.

Участники оформили обычную куплю-продажу. В результате право собственности на дом и земельный участок действительно перешло другому человеку.

И возврат займа сам по себе этого перехода права собственности не прекращает. Впрочем, до определённого момента стороны это не предвидели.

Прошло время. Заёмщик полностью вернул деньги. Обязательства выполнены. Осталось, как и договаривались, вернуть недвижимость.

Стороны подписали соглашение о расторжении договора купли-продажи и подали документы в Росреестр на регистрацию обратного перехода права собственности.

И возникла проблема.

Росреестр приостановил регистрацию. Основание: договор купли-продажи полностью исполнен. Деньги переданы, недвижимость продана, право собственности зарегистрировано.

Просто соглашения о расторжении оказалось недостаточно, чтобы зарегистрировать дом и участок обратно на прежнего собственника. Сторонам предложили оформить новую куплю-продажу, теперь уже в обратном направлении.

Казалось бы, что сложного? Продать дом обратно — и вопрос закрыт.

Но новая сделка порождает налог с продажи, дополнительные расходы.

И что важно, между сторонами вообще нет конфликта. Заёмщик вернул деньги, все согласны вернуть недвижимость прежнему собственнику, никто ни к кому претензий не имеет. А дом и земельный участок юридически принадлежат другому человеку.

Вот с такой задачей клиент и обратился.

Что теперь делать? Оформлять обратную продажу? Оспаривать приостановление регистрации? Обращаться в суд? Или можно найти другой способ?

Причём каждый вариант сопряжен с рисками, сроками, расходами.

Изучили документы, обстоятельства сделки, нормативное регулирование и судебную практику. Предложили несколько вариантов решения. Клиент пока выбирает, как действовать.

Когда оформляли сделку, думали, как гарантировать возврат денег. Теперь надо решить, как вернуть дом.

Кредитор подал на банкротство ООО: что делать в первую очередь

Компания получила уведомление из суда о принятии заявления о банкротстве, а один из крупнейших поставщиков требует погасить задолженность. Директор понимает, что денег на расчетах не хватает, текущие обязательства продолжают накапливаться, а под угрозой оказываются контракты, имущество и дальнейшая работа бизнеса.

В такой ситуации важно не ждать судебного заседания, а оперативно установить, на какой стадии находится дело и какие возможности остаются у компании.

Если кредитор подал заявление о банкротстве, это еще не означает, что организация уже признана банкротом и обязана немедленно прекратить деятельность.

Суду предстоит проверить обоснованность требований заявителя, а должник вправе представить свои возражения и документы, подтверждающие обстоятельства задолженности.

Однако необходимо подготовиться.

Первоочередная задача руководителя — выяснить, действительно ли заявление принято к производству, какая дата назначена для проверки его обоснованности, какую сумму требует кредитор и на каких основаниях возник долг.

Одновременно необходимо оценить финансовое состояние компании, проверить наличие исполнительных производств и определить, сможет ли бизнес продолжать расчеты с работниками, поставщиками и бюджетом.

Что проверить сразу после получения документов из суда
Первичная проверка должна дать ясное представление о требованиях кредитора, состоянии дела и финансовых возможностях компании. Для этого необходимо сопоставить судебные документы с бухгалтерскими данными, договорной документацией и фактическими расчетами с контрагентом.

В первую очередь следует проверить:

• Статус дела в арбитражном суде. Нужно установить, поступило ли заявление, принято ли оно к производству, назначено ли заседание и какие судебные акты уже вынесены.
• Основания и размер задолженности. Следует проверить договор, акты, накладные, счета, платежные поручения, судебные акты и расчеты кредитора, чтобы установить, соответствует ли заявленная сумма фактическим обязательствам.
• Соблюдение требований к обращению с заявлением. Важно проверить наличие необходимых оснований для банкротства и соблюдение установленных законом требований, включая публикацию уведомления о намерении обратиться в суд, когда она обязательна.
• Финансовое состояние компании. Необходимо оценить остатки на счетах, дебиторскую и кредиторскую задолженность, обязательные платежи, предстоящие выплаты работникам и реальную возможность исполнять текущие обязательства.
• Ограничения по счетам и исполнительные производства. Следует выяснить, какие постановления и судебные акты стали основанием ограничений, какие суммы затронуты и какие операции допускаются.
• Состояние документов и имущества. Нужно проверить наличие бухгалтерской отчетности, первичных документов, сведений об основных средствах, дебиторской задолженности и сделках, которые могут иметь значение для будущей процедуры.

По результатам анализа становится понятнее, идет ли речь преимущественно о споре с конкретным кредитором или о системном финансовом кризисе.

Это различие принципиально: в первом случае при наличии оснований можно сосредоточиться на проверке требований заявителя, а во втором потребуется оценить положение компании в целом и обязанности руководства в связи с неплатежеспособностью.

Как я всю ночь летел на судебное заседание, но никуда не улетел

История из нашей юридической практики. О том, как можно провести всю ночь в самолёте, вернуться туда, откуда вылетел, и всё-таки успеть на судебное заседание в другом городе.

Мне надо было участвовать в заседании суда апелляционной инстанции в Ханты-Мансийске. Заседание — во вторник в 10 утра.
Первоначально мы планировали участвовать дистанционно, по ВКС из Кировского районного суда Екатеринбурга. Ходатайство было удовлетворено. Но позднее совместно с клиентом решили, что лучше всё-таки приехать лично.

Клиент должен был добраться до Ханты-Мансийска из Югорска, а я — прилететь из Екатеринбурга.

Вылет был ночной. По расписанию самолёт приземлялся за несколько часов до заседания. Времени хватало спокойно доехать из аэропорта, позавтракать и подготовиться к процессу.

Сначала всё было чётко. Но у погоды были другие планы.

Самолёт вылетел с небольшой задержкой. Мы летели, время шло, а посадку всё не объявляли. Наконец командир сообщил: в Ханты-Мансийске сильный туман, аэропорт не принимает, поэтому самолёт направляется на запасной аэродром.

Куда именно — не уточнили.

Я уже понимал, что важное судебное заседание, ради которого всё и затевалось, пройдёт без меня. А сообщить что-либо клиенту или коллегам из самолёта я не мог.

Спустя некоторое время объявили о подготовке к посадке. И наконец сообщили, где именно мы приземляемся.

Екатеринбург.

То есть мы вылетели из Екатеринбурга, долетели до Ханты-Мансийска, покружили и вернулись обратно.
Получилась довольно своеобразная командировка.

Но тут я посмотрел на часы: самолёт должен приземлиться примерно в восемь утра. Заседание — в десять.

И я вспомнил про нашу первоначальную договорённость о ВКС.
Если быстро выйти из самолёта, доехать до Кировского районного суда и убедиться, что видеоконференцсвязь ещё доступна, шанс успеть оставался.

Правда, сначала надо было выбраться из самолёта.

Мы приземлились в Кольцово, и практически сразу бортпроводник объявил: туман в Ханты-Мансийске рассеялся, самолёт сейчас подготовят и мы продолжим полёт. Пассажирам предложили оставаться на местах.

Но мне-то в Ханты-Мансийск уже не нужно.

Пока самолёт снова взлетит и долетит, заседание закончится.
Поэтому я позвал бортпроводника и сказал, что хочу выйти.
— Как выйти? У вас же билет до Ханты-Мансийска!
— Мне уже не надо в Ханты-Мансийск.
— Как не надо?

Пришлось объяснять, что моя цель — не посещение Ханты-Мансийска как такового, а участие в судебном заседании. На самолёте я туда уже не успею. А в Екатеринбурге — ещё могу.
Кажется, сначала решили, что у меня началась паника. Соседние пассажиры тоже начали шептаться: человек посреди рейса настойчиво требует выпустить его из самолёта в порту вылета.

В конце концов всё согласовали. К самолёту подали трап и машину до терминала.
Как только появилась связь, я попросил помощника связаться с обоими судами и подтвердить возможность участия через ранее согласованную ВКС. Позвонил клиенту: он уже был в Ханты-Мансийске. Объяснил, что шанс успеть остаётся.

Пока я выбирался из аэропорта и ехал в такси, помощник решал организационные вопросы с судами.
Мне ещё повезло, что летел без багажа.

В 9:55 я стоял у кабинета, в котором должна была проводиться видеоконференцсвязь.
За пять минут до начала заседания.

И всё получилось: клиент находился в зале суда в Ханты-Мансийске, а я участвовал в том же заседании по ВКС из Екатеринбурга.

В итоге за одну ночь я пролетел из Екатеринбурга в Ханты-Мансийск и обратно, ни разу не выйдя из самолёта в пункте назначения.
Сел в самолёт в Екатеринбурге и вышел из самолёта в Екатеринбурге.
И на судебное заседание успел.

Вот такая получилась «экскурсия».

32 парковочных места и почти никаких документов

Еще одно дело из нашей практики. Оно хорошо запомнилось тем, что к моменту обращения в суд привычного набора документов, которыми обычно подтверждают право на недвижимость, у клиента уже практически не осталось.
История началась в 2011 году. Клиент заключил с застройщиком договоры долевого участия на 32 парковочных места в подземном паркинге. Свои обязательства по договорам он исполнил полностью.

В 2013 году застройщик направил ему акты приема-передачи. Но клиент тогда их не получил, а право собственности не зарегистрировал.
Прошло несколько лет.

В 2016 году с клиента в судебном порядке взыскали коммунальные платежи за пользование этими парковочными местами.
Любопытная ситуация: за содержание паркинга платить нужно, человек им пользуется, а зарегистрированного права собственности на места нет.

Клиент решил наконец оформить свои права на имущество. И начались проблемы.
К этому моменту застройщик уже обанкротился и прекратил деятельность. Провести обычную регистрацию вместе с ним было невозможно.

А поскольку с момента заключения договоров прошло много лет, часть оригиналов документов у клиента просто не сохранилась. В том числе не было платежных поручений и квитанций, которыми можно было бы напрямую подтвердить оплату всех 32 парковочных мест.
Пришлось обращаться в суд.

Изучая материалы банкротного дела застройщика, мы обнаружили : эти 32 парковочных места не были учтены как имущество застройщика и не вошли в конкурсную массу. Не было и требований застройщика к нашему клиенту о наличии задолженности по этим договорам.
Сохранились уведомления самого застройщика о том, что парковочные места построены и клиент может их получить. Это тоже имело значение.

Если покупатель не рассчитался по договорам, довольно странно приглашать его принять 32 готовых объекта.
Кроме того, никто другой прав на эти парковочные места не заявлял. А представители Росреестра в ходе разбирательства сами указывали, что другого реального способа разрешить сложившуюся ситуацию фактически нет.

Но суд в иске отказал.

Обоснование было формальным: нет прямых доказательств оплаты — платежных документов, значит, нет оснований удовлетворять требования.
Мы обжаловали решение.
Вышестоящий суд отменил решение первой инстанции и обязал Росреестр зарегистрировать за нашим клиентом права на все 32 парковочных места.

Здесь не было платежек, застройщика уже не существовало, первая инстанция отказала. Но совокупность других доказательств позволила восстановить картину произошедшего и в итоге зарегистрировать права на все 32 места.

Юридическая компания «ЮЭСКОМ»
Сайт: https://uscom66.com
Тел.: +7 (343) 346-87-67
E-mail: mail@uscom66.com

Телевизор за 1,5 млн рублей повредили при перевозке. Перевозчик выплатил 5 800

Клиент занимается созданием домашних кинотеатров: проектирует их, закупает оборудование, монтирует и настраивает всю систему. Для одного из заказчиков он приобрел новый телевизор стоимостью около 1,5 млн рублей — основной элемент будущего кинотеатра.

Телевизор отправили из Москвы в Екатеринбург известной транспортной компанией.

При получении обнаружили небольшую вмятину на металлической рамке вокруг экрана.
Сам телевизор при этом работал: включался и показывал изображение.

В этом и была ключевая проблема. Получается, лучше бы разбили телевизор полностью.

Транспортная компания рассуждала довольно просто: повреждена рамка — значит, возместить нужно стоимость рамки. Клиенту выплатили 5 800 рублей и, по сути, посчитали вопрос закрытым.

Но для нашего клиента эти 5 800 рублей ничего не решали.
Его заказчик покупал новый домашний кинотеатр и новый телевизор стоимостью 1,5 млн рублей. Телевизор после разборки и ремонта он принимать не собирался. И в этом его сложно упрекнуть: он заплатил именно за новое оборудование.

В результате клиенту пришлось за свой счет, в том числе с использованием кредитных средств, покупать другой новый телевизор.

Когда дело дошло до Арбитражного суда Москвы, основной вопрос звучал примерно так: что именно было повреждено — металлическая рамка стоимостью 5 800 рублей или фактически новый телевизор стоимостью 1,5 млн?

Телевизор физически существовал и технически продолжал работать. И первоначально суд смотрел на ситуацию именно так.

Но нам нужно было доказать две вещи.
Во-первых, замена поврежденной рамки не возвращала телевизор в первоначальное состояние. После разборки и ремонта это уже не новый телевизор из коробки, приобретенный для нового домашнего кинотеатра.
Во-вторых, просто заменить рамку было невозможно. Конструкция телевизора требовала вмешательства в экранный модуль. Модель к тому времени сняли с производства, а необходимые комплектующие получить было невозможно.

Перевозчик представлял свои доказательства того, что телевизор можно отремонтировать обычной заменой рамки.

Мы собрали технические документы, получили информацию от производителя, подтвердили особенности конструкции телевизора, невозможность обычной замены поврежденного элемента и стоимость оборудования.
Таким образом, спор шел уже не о цене металлической детали, а о реальном размере ущерба от повреждения груза.

Суд в итоге с нашей позицией согласился и взыскал с транспортной компании полную стоимость телевизора — около 1,5 млн рублей.
Перевозчик обжаловал решение, но апелляционная инстанция оставила его в силе.

Для перевозчика была повреждена рамка стоимостью 5 800 рублей.
Для нашего клиента был поврежден основной элемент нового домашнего кинотеатра, который заказчик после ремонта принимать не обязан был. В результате клиенту пришлось покупать новый телевизор и нести реальные расходы.

А еще груз был застрахован в страховой компании с довольно "романтичным" названием — «Якорь».
Правда, в суде страховщик отстаивал позицию перевозчика. Хотя страховую премию за страхование именно этого груза по требованию перевозчика оплатил наш же клиент.

Юридическая компания «ЮЭСКОМ»
ИНН 6671448497 ·
Сайт: https://uscom66.com
Тел.: +7 (343) 346-87-67
E-mail: mail@uscom66.com

Сколько весят 16 миллионов рублей?
Иногда в судебном деле приходится искать довольно неожиданные доказательства.

Много лет назад мы представляли собственника нежилого помещения в Екатеринбурге. Помещение было сдано в аренду, арендатор накопил серьезную задолженность, и мы обратились в суд с требованиями о взыскании долга и расторжении договора аренды.

Казалось бы, все стандартно. Но в суде ответчик достал расписку.
Согласно ей наша клиентка якобы получила от арендатора наличными 16 миллионов рублей — в счет арендной платы далеко вперед. Если расписка настоящая, никакого долга нет вообще.

Мы показали документ клиентке. Она сказала, что такой расписки никогда не составляла и 16 миллионов рублей не получала.
Но была одна проблема: подпись на документе действительно очень походила на ее собственную.

Начали разбираться, откуда она могла там появиться. Выяснилось, что когда-то клиентка передала своему мужу два чистых листа А4, на которых заранее поставила подпись и написала расшифровку — фамилию, имя и отчество.

Возникло предположение, что один из этих подписанных листов впоследствии мог быть использован для изготовления расписки: текст напечатали на компьютере уже над готовой подписью.
Само собой, одной версии для суда недостаточно. Нужно было разбираться, передавались ли вообще эти 16 миллионов рублей. Как и когда составлена сама расписка.

В судебном заседании мы подробно расспрашивали представителя ответчика, как именно происходила передача денег.

Где встречались? Кто присутствовал? Были ли свидетели? В каких купюрах были деньги? Во что они были сложены?

По его версии, свидетелей не было. Клиентка приехала одна. Все 16 миллионов рублей передавались наличными, купюрами по 1 000 рублей, сложенными в две сумки. После чего наша клиентка якобы просто взяла эти две сумки и унесла их с собой.

Клиентка — молодая хрупкая девушка небольшого роста.

И в какой-то момент мы подумали: а сколько вообще физически весят 16 миллионов рублей в тысячных купюрах? И какой объем занимает такое количество наличных? Могла ли девушка унести их одна? Стала бы она это делать в одиночестве?

Понятно, что расчеты сами по себе не доказывают, передавались деньги или нет. Но они могли помочь суду оценить, насколько правдоподобно выглядит описанная ответчиком картина.

Мы направили запрос в Уральское отделение Центрального банка России с просьбой рассчитать примерный вес и объем 16 миллионов рублей в банкнотах номиналом 1 000 рублей.

Честно говоря, особой надежды, что Центральный банк станет заниматься таким вопросом, у нас не было.

Но! Банк ответил. И за это ему огромная благодарность.

Специалисты действительно сделали расчеты и все расписали: сколько места заняла бы такая сумма и сколько бы весили 16 миллионов рублей в тысячных купюрах; расписали объем одной пачки, ее вес и пр. параметры.

Ответ Банка России мы приобщили к материалам дела и использовали вместе с другими доказательствами, ставя под сомнение версию о передаче денег.

Не скажу, что именно этот документ решил исход всего спора. В судебном деле почти никогда не работает одно «супер» доказательство.
Но само доказательство — любопытное.

Пожалуй, не каждый день юрист пишет в Центральный банк с вопросом: «Скажите, пожалуйста, сколько весят 16 миллионов рублей?»

И не каждый день Центральный банк действительно садится и считает.

P.S. К сожалению, ответ на запрос не сохранился, хотелось бы его показать.
Юридическая компания «ЮЭСКОМ» ·
ИНН 6671448497 ·
Сайт: https://uscom66.com
Тел.: +7 (343) 346-87-67
E-mail: mail@uscom66.com

Если вы недавно здесь — коротко о ЮЭСКОМ и этом канале

Мы — юридическая компания ЮЭСКОМ.
Работаем с 2014 года и ведём дела в разных регионах России.
Здесь разбираем реальные ситуации из юридической практики: банкротство, бизнес, недвижимость, страхование, автомобильные споры и перевозки, наследство, семейные и другие частные вопросы.

Рассказываем о судебных делах — в том числе о своих. Не только о результате, но и о том, какую проблему удалось решить, какие доказательства оказались важными, где возникли сложности и что из этого можно использовать на практике.

Иногда пишем об изменениях законодательства и судебной практики. Но только тогда, когда они действительно что-то меняют для бизнеса или обычного человека.

Иногда — о нашей работе: судах, командировках, клиентах и ситуациях, которые обычно остаются за пределами официальных юридических текстов. Иногда с юмором. Иногда - нет.

Без обещаний выиграть любой спор. О сложном — нормальным языком.

Если по теме публикации есть вопрос — пишите в комментариях. Часто именно из таких вопросов появляются новые посты.

Юридическая компания «ЮЭСКОМ»
Сайт: https://uscom66.com
Тел.: +7 (343) 346-87-67
E-mail: mail@uscom66.com

Передал своему адвокату около 1,5 млн рублей. Теперь через суд пытается вернуть деньги.

Мы представляем интересы клиента в этом споре. Сегодня дело снова не рассмотрели — заседание отложили ещё на месяц.

И эта история хорошо показывает реальность судебных процессов: они могут длиться долго.

Сначала наш иск принял другой суд. Затем выяснилось, что ответчик сменил регистрацию, — дело передали по подсудности. Свою позицию и доказательства вторая сторона представила только ко второму заседанию. Теперь их нужно изучить и суду, и нам.

На сроки рассмотрения дела влияет множество обстоятельств, в том числе поведение самих сторон и то, насколько своевременно они представляют доказательства.

И клиенту бывает сложно понять: почему опять отложились? Почему так долго? И почему я должен оплачивать участие юриста, если дело сегодня не рассмотрели?

Потому что юрист готовится не к отложению, а к рассмотрению дела.

Вчера я специально прилетела в Москву. Мы разобрали новые документы, сверили доказательства, обсудили позицию и подготовились к выступлению.

Мы не знали, отложит суд дело или начнёт его рассматривать. И позволить себе не готовиться в расчёте на первое мы не можем.

Поэтому оплачиваются не минуты, проведённые юристом в зале. Оплачивается работа, необходимая для качественного участия в процессе, — даже если заседание отложили.

Потому что если не оплачивать заседание, которое «не состоялось», логично было бы разрешить юристу к нему и не готовиться.

Но вряд ли клиент захочет проверять на своих 1,5 млн рублей, чем закончится такой подход.

Суд сам поднял вопрос о добросовестности должника. Чем закончилось дело

На этой неделе завершили очередную процедуру банкротства физического лица. Долги списаны, клиент освобожден от дальнейшего исполнения обязательств перед кредиторами.
На сегодня все отлично закончилось, как и планировалось. Но.

Сам по себе такой результат для нашей практики вполне обычный. Интересно другое — как проходило завершение данной процедуры.

Клиент попала в достаточно типичную для банкротства ситуацию: постепенно накапливались долги, в какой-то момент финансовая нагрузка стала неподъемной и исполнять обязательства дальше она уже не могла.

На старте дела мы изучили обстоятельства клиента, ее имущественную историю. Каких-либо действий, которые мы при подготовке дела оценивали бы как явно недобросовестные, не было.

Процедура шла к завершению. Банки, включенные в реестр требований кредиторов, против ее завершения и освобождения клиента от долгов не возражали.

Но суд по собственной инициативе поставил вопрос о добросовестности должника — причем как в ходе самого банкротства, так и до его начала. Суд предложил представить дополнительные пояснения и банковские выписки.
Все представили.

На заседание пришли защищать клиента, хотя судья, увидев нас, даже немного удивилась. Мы в ответ честно признались, что сами несколько удивились тому, что при завершении достаточно спокойной процедуры суд отдельно решил вернуться к вопросу добросовестности.

В итоге процедура завершена, клиент освобождена от долгов.
Для нее это, конечно, главное. Как выяснилось уже после заседания, накануне она не спала почти до трех часов ночи — переживала, чем все закончится. Теперь эта история для нее закончена.

А для нас здесь есть еще один профессиональный вывод.

Мы уже некоторое время наблюдаем за тем, как меняется практика по вопросам банкротства граждан и, в частности, оценки их добросовестности.

Верховный Суд в последние годы тоже уделяет этой теме заметное внимание: освобождение от долгов связано не только с самим фактом невозможности платить, но и с поведением должника при возникновении обязательств и во время процедуры.

Этот процесс еще раз показал: даже если кредиторы не возражают против списания долгов, нельзя исходить из того, что завершение процедуры будет исключительно формальным этапом.

Поэтому при подготовке банкротства нужно заранее смотреть не только на размер долгов, доходы и имущество. Имеет значение, как возникла задолженность, что происходило со счетами и имуществом перед банкротством, какие сделки совершал человек, какие сведения он представлял банкам, финансовому управляющему и суду.

Немаловажное наблюдение. Разные судьи арбитражных судов, в частности Арбитражного суда Свердловской области, по-разному подходят к этому вопросу. Есть судьи, которые самостоятельно, независимо от заявлений кредиторов, требуют от должника подтвердить добросовестность. А есть те, кто без заявлений участников процесса не делает этого.

Поэтому при подготовке к разбирательству необходимо изучить не только практику судов в целом и практику конкретного региона, но и подход судьи, который рассматривает дело. Чтобы своевременно видеть возможные проблемные места и быть готовым их отработать.

А сегодня просто хороший результат: еще одна процедура завершена и еще один клиент вышел из банкротства без долгов.

Демьян Самчук, старший партнер