Мир в диалогах | Светлана Первухина

Друзья, открытый онлайн семинар «Этика медиатора: вызов нейтральности» состоится 30 октября 2026.

Старт в 19.00 мск.
Продолжительность: 2 часа.
Стоимость участия: 2 000р.

Оставить заявку и свой вопрос для разбора можно здесь.

Ждем вас на семинаре ❤️

Как не утонуть в эмоциях сторон в медиации

Сын обратился в суд с иском к матери о выделе доли в наследстве в натуре. После смерти отца отношения между матерью и семьёй сына обострились. Жить вместе стало невозможно, разъехаться не получалось.

С общей встречи сын вышел, хлопнув дверью. Мать осталась. Сначала молчала, потом начала рассказывать — про то, как растила, любила, на что надеялась. Рассказ всё больше напоминал исповедь: «Где я ошиблась? Чем заслужила такое отношение?». Слёзы текли ручьём.

В такие моменты легко потерять профессиональную опору: хочется утешить, защитить, сказать, что всё наладится. Или, наоборот, поскорее вернуть разговор к делу.

Что может сделать медиатор в сессии, когда сторона ревет?

▫️Дать паузу.
Не торопиться останавливать слёзы. Предложить воду, салфетки и спокойно спросить: «Вам нужно немного времени? Хотите сделать перерыв?». Слёзы сами по себе ещё не означают, что встречу нужно прекращать. Стоит подождать.

▫️ Признать переживание, не подтверждая обвинений.
«Я слышу, как тяжело вам об этом говорить» — не то же самое, что «конечно …и это после всего, что вы для него сделали …он не может так поступать». Можно быть внимательным к боли человека без осуждения другого.

▫️Проверить готовность двигаться дальше. Не возвращаться к обсуждению только потому, что человек перестал плакать. Уточнить: «Вы готовы продолжить обсуждение или лучше перенести встречу?» Если сейчас слишком тяжело, пауза важнее соблюдения графика.

Медиатору не нужно становиться бесчувственным. Но и проживать историю вместо участника — не его задача. Быть рядом, слышать и сохранять рамку процедуры. Иногда это сложнее, чем задавать самые точные вопросы.

А что вы делаете, когда сторону на сессии захватили эмоции?

Информация для студентов, магистрантов и аспирантов

09 декабря 2026 в онлайн пространстве и стенах РГУП им. В.М. Лебедева состоится IV Всероссийский студенческий круглый стол с международным участием «Примирительные процедуры в цивилистическом процессе: проблемы теории и практики».

Формат участия: очно и онлайн
Время начала: 12.00 мск.

Заявки принимаются до 15 ноября 2026.
Планируется публикация сборника РИНЦ.

Более подробную информацию о требованиях к статье, примерные темы для выступлений будут размещены в канале и нашей группе Участников Круглого стола в ТГ.

Будем рады встрече 9 декабря на нашем Круглом столе по примирительным процедурам!

Оставить заявку

P.S. Дорогие преподаватели, передайте, пожалуйста, вашим студентам информацию о такой возможности. Очень ждем! ❤️

Как про нейтральность медиатора говорит закон — а как бывает в жизни

Ст. 3 закона о медиации закрепляет беспристрастность и независимость медиатора.

При наличии или возникновения в процессе проведения медиации обстоятельств, которые могут повлиять на независимость и беспристрастность медиатора, он обязан незамедлительно сообщить об этом сторонам (ч. 3 ст. 15 закона).

Запрещает проводить процедуру при личной — прямой или косвенной — заинтересованности в её результате, в том числе при родстве с одной из сторон (п. 3 ч. 6 ст. 15 закона).

Читаешь — вроде всё понятно. А потом начинается практика:

— Нет, ну мы с доверителем именно с вами хотим. Мы же с вами уже не первое дело работаем.

— Светлана Игоревна, я - ваша бывшая студентка. У меня сейчас в работе дело, хотим обратиться к вам как к медиатору…

— Я понял, что оплата пополам. Но если она откажется платить, я готов оплатить полностью. Так можно?

И моё любимое:
— Ты_ж_медиатор, поговори с ней… Или давай проведём эту твою… как её… медитацию. Медиацию! Родные ж люди.

И как быть? Брать в работу или отказываться? Готового ответа в законе нет.

Каждая ситуация уникальна. «Мы хотим только с вами» — приятно слышать. Но как это будет для другой стороны?

Эти и ваши вопросы предлагаем на семинаре «Этика медиатора: вызов нейтральности».

Мы определились с датами.

Дата: 22 октября 2026
Время: 10.00-12.00 мск
Стоимость участия: 2000 р.
Онлайн. Запись будет.
Оставить заявку и свой вопрос можно здесь.

А вы бы в таких ситуациях отказались бы от дела или взяли б в работу?

Мы в ТГ и ВКонтакте

Есть у нас добрая традиция — приходить на публичные защиты диссертаций дорогих коллег и друзей.

В этот раз защищалась наша Юлечка Руслановна. Держалась прекрасно! Юля, самые искренние поздравления!

Защита — венец большого труда. За выступлением перед диссертационным советом — годы поисков, сомнений и переписывания того, что ещё вчера казалось вполне убедительным.

Я знаю только один способ довести диссертацию до конца — «метод табуретки». Берёшь табуретку, садишься с ноутбуком и не встаёшь без надобности, пока не сделаешь план.

В своё время я ещё могла позволить себе выключить телефон и звонок в дверь… на пару месяцев. Тогда это казалось адом, сейчас - роскошью.

Как написать диссертацию? Писать. Ответ не особенно вдохновляющий, но другого у меня нет.

На защите восхищалась Юлей, вспоминала свою и представляла, как однажды увижу за этой трибуной своих аспирантов и соискателей.

Дорогие мои, я знаю, вы читаете…
Когда ж?

Вотум недоверия, или чего не стоит делать в медиации

В прошлом посте я делилась историей о том, как меня выбило из нейтральной позиции в семейной медиации. Внутри все ходило ходуном, но стороны этого не заметили.

А бывает наоборот: медиатор считает, что всё в полном порядке, «полет нормальный» и вдруг, слышит:

— Вы сейчас явно на её стороне! Вы же обещали быть нейтральной. И где?

Неприятный момент. Особенно если вы уверены, что никому не отдавали предпочтения. Хочется продолжить работу, поставить участника на место или немедленно объяснить, что он неправильно вас понял. Но именно эти реакции могут сделать ситуацию сложнее.

Что не стоит делать?

❌ Игнорировать
Не реагировать и продолжать процедуру. Мало ли что люди говорят в конфликте?

Возможно, расчёт на то, что участник не получит ожидаемой реакции и вернётся к обсуждению. Но молчание медиатора может быть прочитано совсем иначе: «Меня здесь не слышат. Все бесполезно».
А дальше - глухая оборона: человек формально остаётся в процедуре, но перестаёт обсуждать по существу, отказывается отвечать на вопросы. Медиатор слышит легкий сарказм. Встреча продолжается. Диалог — уже не очень.

❌ Нападать

— Я нейтрален. Если вы считаете иначе, можем закончить.

Возможность прекратить процедуру важна. Но в такой формулировке она звучит скорее как ультиматум: либо вы признаёте мою нейтральность, либо мы расходимся.
Кто-то действительно встанет и уйдёт. Кто-то притихнет. Только тишина после такой реплики не означает, что доверие восстановлено.

❌ Оправдываться

— Да я просто хотела спросить…
— Вы неправильно меня поняли…
— Я же всем одинаковые вопросы задавала!

Объяснить свои действия — нормально. Но объяснение легко превращается в оправдание, когда медиатору важнее доказать собственную правоту, чем понять, что произошло для участника.
И вот мы уже обсуждаем не спор сторон, а профессиональную состоятельность медиатора. Процедура превращается в ещё один конфликт, теперь уже участника с медиатором.

✅ Задача медиатора в этот момент — не выиграть спор о собственной нейтральности, а разобраться, что поставило её под сомнение и можно ли продолжать работу.

❗️Почему возникают такие ситуации и как на них реагировать — обсудим в следующих постах и на семинаре «Этика медиатора: вызов нейтральности».

Записаться и оставить свой вопрос или кейс для разбора можно здесь.

Мы на связи в Telegram, MAX и ВКонтакте. Выбирайте площадку, на которой вам удобнее продолжать разговор 💜

К нам в Проект регулярно приходят запросы из судов о проведении медиации. Чаще всего это семейные споры.

Хочу поделиться одним случаем — и тем вызовом нейтральности, с которым столкнулась сама.

Представьте: комната примирения суда, очная медиация, первая общая встреча.
Иск — об изменении порядка уплаты алиментов; встречный иск — об освобождении от их уплаты. Предлагаю сторонам рассказать, что произошло.

Первой начинает истица. Из её рассказа постепенно складывается история: брак расторгнут, живёт с детьми, своё право на алименты обосновывает не Семейным кодексом, а личной историей о большой любовью, общих ожиданиях и глубоком разочаровании.

Мне было слишком понятно, о чём она говорит. Настолько, что стало не по себе. Всего несколько лет назад то же самое происходило на моей собственной кухне. Почти слово в слово.

Предполагается, что медиатор слушает стороны внимательно, с полным присутствием и внутренней тишиной. Только так можно услышать смыслы за рассказанным событийным рядом.

Но в тот момент в моей голове лихорадочно звучал другой вопрос: «Как я сейчас буду слушать его историю, если уже вынесла вердикт: виновен по всем статьям?». Была даже мысль сразу выйти из процедуры.

Но как? Что сказать сторонам? Как это будет выглядеть? Что сказать суду? И как в такой ситуации поступить правильно?

Я продолжила ту медиацию. Разрешила себе думать всё, что угодно, — но не позволила своим оценкам управлять процедурой.

Получилось. Стороны договорились о размере выплат и порядке участия родителей в жизни детей.

А вопросы «Что это было?», «Как правильно поступить?» и, главное, «Как сделать так, чтобы подобное не повторялось?» обдумывала ещё долго.

Нейтральность медиатора — это не отсутствие личного опыта, чувств и реакций. Медиатор не перестаёт быть человеком. Но он отвечает за то, чтобы его личная история не стала третьей стороной в процедуре.

Нейтральность - залог спокойствия и уверенности медиатора, его эффективности и успеха в процедуре.

За время работы с медиаторами в Проекте накопилось много кейсов, которые требуют отдельного внимания. Для этого готовим специальный семинар «Этика медиатора: вызов нейтральности». Разберём неоднозначные ситуации, с которыми сталкивались мы и наши коллеги, попробуем выработать практический алгоритм действий:
— как заметить, что личный опыт начинает влиять на процедуру;
— когда достаточно внутренней работы, а когда нужно завершить работу;
— что делать, если доверие к медиатору оказалось под вопросом.

Мы хотим сделать семинар максимально прикладным. Поэтому открыли предварительную запись: в форме можно оставить свой кейс или вопрос, который вы хотели бы разобрать.

Будем обсуждать предметно — без абстрактных размышлений на тему.

Заполнить форму

— Вы кто?
— Медиаторы.
— Какие?
— Корпоративные.

И мне пишут: «Светлана Игоревна, а как это вообще? Разве так бывает?»

Бывает. В российских компаниях постепенно появляются внутренние службы примирения и медиации. Среди заметных примеров — опыт «Газпромнефть Экспертные решения» и Сбера.

P.S. Кстати, фото с Правового саммита 2025, где мы с представителями компаний обсуждаем опыт внутренней медиации.

Обычно такие службы работают с конфликтами внутри группы компаний, между подразделениями, сотрудниками, руководителями и партнёрами. Они могут создаваться внутри HR-функции, юридического департамента или как самостоятельное направление.

В международном бизнесе практика внутренних систем управления конфликтами появилась значительно раньше. В исследовании PwC 2011 года инхаус медиаторы рассматриваются как элементы корпоративной системы конфликт-менеджмента — наряду с процедурами диагностики, маршрутизации и разрешения/урегулирования споров.

Вместе с развитием корпоративной медиации возникает множество вопросов.

Недостаточно просто назвать специалиста штатным медиатором. Важно определить:
— как и в какой момент он начинает работать с конфликтом, по чьей инициативе;
— кому он подчиняется организационно;
— как обеспечивается добровольность участия в процедуре;
— кто имеет доступ к информации о медиации и в каком объеме.

Но ключевым является вопрос: насколько стороны могут доверять внутреннему медиатору, особенно, если одним из участников конфликта является сама организация?

Нейтральность — это фундаментальное начало медиации, на котором строится доверие участников процессу. В корпоративной среде это не только вопрос архитектуры службы: её положения, регламентов и механизмов. Это профессиональные качества медиатора, его позиция и действия.

***
Мы готовим серию семинаров по этике профессионального медиатора. Будем разбирать сложные вопросы на примерах из практики.

Первый семинар планируем посвятить нейтральности: в чем она проявляется, где проходят её границы, с какими сложностями сталкиваются медиаторы.

Интересно? Нам тоже.

А с какими вызовами нейтральности вы сталкивались в медиации?

Делюсь своей статьёй «О современной концепции развития института медиации». 

Статья написана на основе материалов, подготовленных для Министерства юстиции Российской Федерации в ходе обсуждения концепции реформирования законодательства о медиации.

Текст довольно долго ждал публикации в редакции университетского журнала. За это время я уже начала шутить, что «современная концепция» рискует стать исторической.

Но медиация развивается неторопливо. Поэтому многое из того, о чём мы говорили тогда, сохраняет актуальность и сегодня.

В статье — о некоторых направлениях развития института медиации, проблемах ее организации и вопросах, которые по-прежнему требуют профессионального обсуждения.

Буду рада вашим мыслям и комментариям.