Russia
У коллеги оказался ребенок от директора фирмы-контрагента. Кадровик рассказала об этом начальству — и ее уволили. Но она отсудила 500 тысяч
Героиня этой истории на себе смогла ощущить сразу две известные поговорки: «инициатива имеет инициатора» и «не делай добра — не получишь зла». Она обнаружила конфликт интересов на работе и, как добросовестный сотрудник, сообщила об этом руководству. Проверка подтвердила нарушение, но вместо благодарности ее саму уволили. Вот только закончилось для нее дело не так уж и плохо.
Что случилось?
Гражданка Б. больше 12 лет работала начальником отдела кадров в неком региональном госучреждении. Кроме кадровой работы, она отвечала за профилактику коррупционных нарушений.
Однажды Б. выяснила, что начальница юридического отдела учреждения родила ребенка от директора частной организации, которая регулярно обращается в учреждение за проведением экспертизы.
Причем начальница юротдела сама регулярно участвовала в рассмотрении документации компании, которую возглавлял отец ее ребенка.
По внутренним правилам учреждения о подобных обстоятельствах необходимо было сообщать руководству. Но начальница отдела несколько лет скрывала это.
Б. направила докладное письмо в региональное Министерство строительства, которому подчинялось учреждение. В нем она рассказала о возможном конфликте интересов и попросила принять меры.
После обращения провели проверку. Выяснилось, что начальница отдела действительно не сообщала о возможном конфликте интересов в течение многих лет, хотя продолжала работать с документами организации, связанной с отцом ее ребенка.
Но за нарушение ей объявили всего лишь одно замечание.
А потом проверку начали в отношении самой Б. Руководство учреждения посчитало, что, рассказав о семейных обстоятельствах коллеги без ее согласия, Б. незаконно раскрыла персональные данные.
В итоге Б. уволили за однократное грубое нарушение трудовых обязанностей — разглашение охраняемой законом тайны.
Б. с этим не согласилась и обратилась в суд, потребовав восстановления на работе, оплаты вынужденного прогула и компенсации морального вреда.
Что решили суды?
Суд первой инстанции указал: работника действительно могут уволить за разглашение персональных данных.
Но в данном случае Б. направила информацию не посторонним людям, а в министерство, которое контролировало деятельность учреждения и занималось профилактикой коррупции.
Более того, она сама была назначена ответственной за такую работу. А установить возможный конфликт интересов без упоминания общего ребенка было невозможно.
Суд обратил внимание и на результат обращения: нарушение подтвердилось.
При этом в приказе об увольнении Б. работодатель даже не указал конкретные положения закона, трудового договора или внутренних правил, которые она нарушила.
Поэтому увольнение признали незаконным. Б. восстановили в должности, взыскали почти 500 тысяч рублей среднего заработка за вынужденный прогул и еще 15 тысяч рублей компенсации морального вреда.
Учреждение (от лица которого в суде выступала та самая начальница юротдела) попыталось оспорить решение, настаивая, что кадровик не имела права передавать сведения о личной жизни коллеги без ее согласия.
Но апелляция и кассация с этим не согласились: Б. действовала в рамках своих обязанностей, а передача сведений в этих обстоятельствах не давала оснований для увольнения (Определение Восьмого КСОЮ по делу N 88-13243/2026).
Героиня этой истории на себе смогла ощущить сразу две известные поговорки: «инициатива имеет инициатора» и «не делай добра — не получишь зла». Она обнаружила конфликт интересов на работе и, как добросовестный сотрудник, сообщила об этом руководству. Проверка подтвердила нарушение, но вместо благодарности ее саму уволили. Вот только закончилось для нее дело не так уж и плохо.
Что случилось?
Гражданка Б. больше 12 лет работала начальником отдела кадров в неком региональном госучреждении. Кроме кадровой работы, она отвечала за профилактику коррупционных нарушений.
Однажды Б. выяснила, что начальница юридического отдела учреждения родила ребенка от директора частной организации, которая регулярно обращается в учреждение за проведением экспертизы.
Причем начальница юротдела сама регулярно участвовала в рассмотрении документации компании, которую возглавлял отец ее ребенка.
По внутренним правилам учреждения о подобных обстоятельствах необходимо было сообщать руководству. Но начальница отдела несколько лет скрывала это.
Б. направила докладное письмо в региональное Министерство строительства, которому подчинялось учреждение. В нем она рассказала о возможном конфликте интересов и попросила принять меры.
После обращения провели проверку. Выяснилось, что начальница отдела действительно не сообщала о возможном конфликте интересов в течение многих лет, хотя продолжала работать с документами организации, связанной с отцом ее ребенка.
Но за нарушение ей объявили всего лишь одно замечание.
А потом проверку начали в отношении самой Б. Руководство учреждения посчитало, что, рассказав о семейных обстоятельствах коллеги без ее согласия, Б. незаконно раскрыла персональные данные.
В итоге Б. уволили за однократное грубое нарушение трудовых обязанностей — разглашение охраняемой законом тайны.
Б. с этим не согласилась и обратилась в суд, потребовав восстановления на работе, оплаты вынужденного прогула и компенсации морального вреда.
Что решили суды?
Суд первой инстанции указал: работника действительно могут уволить за разглашение персональных данных.
Но в данном случае Б. направила информацию не посторонним людям, а в министерство, которое контролировало деятельность учреждения и занималось профилактикой коррупции.
Более того, она сама была назначена ответственной за такую работу. А установить возможный конфликт интересов без упоминания общего ребенка было невозможно.
Суд обратил внимание и на результат обращения: нарушение подтвердилось.
При этом в приказе об увольнении Б. работодатель даже не указал конкретные положения закона, трудового договора или внутренних правил, которые она нарушила.
Поэтому увольнение признали незаконным. Б. восстановили в должности, взыскали почти 500 тысяч рублей среднего заработка за вынужденный прогул и еще 15 тысяч рублей компенсации морального вреда.
Учреждение (от лица которого в суде выступала та самая начальница юротдела) попыталось оспорить решение, настаивая, что кадровик не имела права передавать сведения о личной жизни коллеги без ее согласия.
Но апелляция и кассация с этим не согласились: Б. действовала в рамках своих обязанностей, а передача сведений в этих обстоятельствах не давала оснований для увольнения (Определение Восьмого КСОЮ по делу N 88-13243/2026).
Views: 41
