Подумалось мне часом. Тексты Вадима Нестерова

ской памятной монете номиналом два евро.
 
И все вроде хорошо, но за пределами Эстонии Сипсика знают все хуже и хуже. В постсоветской России, если я правильно понял, сказку переиздали всего один раз - уже в новом веке, издательство "Росмэн".
 
Да, полнометражный мультик эстонцы в копродукции с датчанами сняли, но даже в российском прокате он очень плохо откатался - российские дети почти не знают эту сказку.
 
Да, сегодня права на книгу проданы на 13 языков - но как нетрудно заметить, практически все эти переводы были сделаны еще в советское время. Как тогда писали - "на языки народов СССР и стран социалистического содружества".
 
Эта очень талантливая сказка о детстве и взрослении была написана гражданином огромной страны, вкладывавшей огромные деньги в поддержку и распространение национальных культур. Сегодня такими глупостями никто не занимается, и Сипсик, которого искренне любили дети от Чукотки до Эльбы, все больше становится эксклюзивным достоянием крохотного народа.
 
И это невесело.
 
Когда я собирал материал для статьи, зачем-то выписал один комментарий в соцсетях: "По этой книжечке, когда-то в розовом детстве, я изучала эстонский язык. Потому что издания «Коротыш» и «Sipsik» вышли одновременно и были в свободной продаже во всех книжных магазинах. Сипсик — смешная растрепанная кукла в матросской тельняшке, которая стала символом эстонской детской литературы. Символом чего-то большого, доброго и хорошего, чего так не хватает в нашей сегодняшней "самостоятельной" жизни".

лучилась не очень хорошей. Тогда расстроенный братец бросил ее на пол со словами - мол, получился какой-то sipsik. А потом ожившая кукла объясняет, что его зовут Сипсик, потому что Март только что дал ему это имя.
 
Дальше опять было как с Чебурашкой - когда сказка стала мега-популярной, имя сказочного героя просто вытеснило все остальные значения слова из эстонского языка.
 
Кстати, связь Сипсика с Россией оказалась куда тесней, чем кажется. Тот же Лембит Ваба утверждает, что то самое эстонское слово "сиспсик" - русского происхождения. Это, мол, не что иное, как русское слово "живчик", заимствованное эстонцами либо напрямую, либо, что вероятнее, через латышскую версию живчика - žipčiks (а я от себя добавлю, что на слово «шибздик» все похоже гораздо больше).
 
Получается чудесная лингвистическая петля: прочитавшие сказку русские школьники запоминали незнакомое слово «Сипсик», даже не подозревая, что это второе эхо русского слова.
 
Кстати, поначалу Сипсик в России вовсе не был Сипсиком. В предисловии к русскому переводу подростковой книги Эно Рауда "Огонь в затемненном городе" 1970 года говорится:
 
"Кто такой Эно Рауд? Возможно, читатели впервые знакомятся с этим именем. А в школах и детских садах Эстонии вряд ли найдется такой мальчик или девочка, которые не знали бы ни одной из двадцати книжек, написанных этим талантливым советским детским писателем. Одна из его книжек для самых маленьких, которая называется «Коротыш», особенно популярна в Эстонии. Даже магазин игрушек в Таллине так и называется теперь — «Коротыш», по имени героя этой книжки — кукольного человечка".
 
Действительно в 1969 году в Таллине вышел первый перевод "Сипсика" на русский язык, сделанный известным переводчиком Татьяной Кург (в замужестве Теппе). Книжка называлась "Коротыш".
 
Ситуация, кстати, совершенно не уникальная.
 
В Литве Сисписка назвали Cypliukas,
 
В Белоруссии - Карантыш
 
В Латвии - Kriksitis
 
В ГДР он звался Flickerl, а позднее, в Германии - Reggi,
 
На английском - Raggie,
 
А в Польше стал Fikmik, причем поляки коварно перевели сказку с русского перевода.
 
Правда, на всех остальных языках - от украинского и финского до таджикского и коми Сипсик остался Сипсиком.
 
Как и в России, впрочем. Уже во втором издании 1972 года Татьяна Теппе изменила в своем переводе Коротыша на Сипсика, а в 1979-м с ней согласился Геннадий Муравин, чей пересказ, сделанный для издательства «Детская литература», стал каноническим и используется "по умолчанию".
 
Кстати, с точки зрения эстонцев московское издательство допустила едва ли не кощунство. Везде образ Сипсика неразрывно связан с иллюстрациями постоянного художника Рауда Эдгара Вальтера - и это совершенно справедливо.
 
В данном случае Вальтер является чуть ли не соавтором писателя, поскольку работать над образом Сипсика начал еще на этапе писательского замысла, Мы даже знаем точный день рождения образа Сипсика — 19 марта 1961 года. По воспоминаниям жены Эно Рауда Айно Первик, в этот день Эдгар Вальтер пригласил их с мужем к себе домой, в башню ворот Пикк-Ялг в Таллине, и показал около двадцати вариантов ожившей куклы. Правильного Сипсика они выбирали вместе, коллегиально.
 
Более того - образ Сипсика художник совершенствовал практически всю жизнь, для переизданий он снова и снова рисовал куклу заново. Поэтому ранний Сипсик заметно отличается от позднего привычного образа - что, в общем, видно и по приведенным в этой статье обложкам.
 
Но для самого массового (300000 экз. + 300000 экз) издания "Детская литература" пригласила известного иллюстратора Германа Огородникова, и теперь для великого множества выросших советских детей правильный Сипсик - вот такой.
 
В ботиночках.
 
Из детства.
 
Сегодня в Эстонии Сипсик - национальный герой и культурное достояние.
 
Книги о нем продолжают переиздаваться, в эстонских театрах идут спектакли по культовой сказке.
 
В 2020 году на экраны вышел полнометражный анимационный фильм, а в текущем 2026 году изображение Сипсика по рисункам Эдгара Вальтера появилось на эстон

Сипсик – кукла с денежки⁠⁠
 
Эстонский сказочник Эно Рауд был очень крут. Ему удалось то, что крайне редко удается сказочникам – снять с себя проклятие «автора одной книги». Нет, ну правда - подавляющая часть сказочников остались в истории создателями одной-единственной сказки. Милн – папа Винни-Пуха, Трэверс – мама Мэри Поппинс, Носов – папа Незнайки, Янссон – мама Муми-троллей.
 
И только у самых крутых получается написать хотя бы две сказки, сопоставимые по популярности. Как Пеппи и Карлсон у Линдгрен или Чебурашка и Простоквашино у Успенского.
 
У Эно Рауда тоже получилось «сделать дубль» - сначала он написал «Сипсика», а потом – «Муфту, Полботинка и Моховую бороду».
 
Кто из них популярнее – ожившая тряпичная кукла или таинственные накситралли – я сказать не рискну.
 
Поэтому и решил написать две статьи. И начать, разумеется, с первой сказки.
 
Сипсик – это тряпичная кукла, которую мальчик Март смастерил в подарок своей младшей сестре Ану, а кукла потом возьми, да и оживи. И начались приключения... Приключений было много, про Сипсика Рауд написал пятнадцать сказок – по числу советских республик. Шучу. Не по числу. Просто пятнадцать сказок.
 
Этот литературный герой старше своей первой книжки, поскольку первая сказка, которая так и называлась – «Сипсик», увидела свет в эстонском детском журнале Täheke, то есть «Звездочка». Вот в этом номере.
 
В этом же журнале в том же году были опубликованы вторая ("Сипсик летит на Луну") и третья ("Тайна Сипсика") сказки.
 
А первое отдельное издание вышло в 1962-м. Вот оно.
 
Сипсик - одна из самых известных, если не самая известная эстонская сказка.
 
И эта известность вполне заслужена, у Рауда получилась очень волшебная, но при этом изящная и тонко сделанная история. Чего стоит только тот факт, что волшебство оживления Сипсика можно толковать двояко. Дети верят, что кукла действительно оживает, а с точки зрения взрослого вполне можно допустить, что приключения Сипсика - лишь игра воображения маленькой Ану. Какая из версий больше похожа на правду - пусть каждый решает сам.
 
Но при этом "Сипсик" по сути своей - очень советская сказка, плоть от плоти великой советской детской литературы.
 
К примеру, вторая сказка в цикле - "Сипсик летит на Луну" - была издана (издана, не написана!) в июле 1961 года, всего через несколько месяцев после полета Юрия Гагарина. Вот в этом номере журнала.
 
И эта связь прямо прописана в книге - игра детей начинается после того, как отец читает в газете о первом человеке в космосе. Редкий случай, когда эпохальная новость почти немедленно была переплавлена в детскую сказку
 
Или другой пример. Вы знаете, что "крестным отцом" Сипсика был еще один очень популярный на просторах бывшего СССР сказочный герой? Как признался в радиоинтервью 1978 года Эно Рауд, замысел сказки у него родился, когда он смотрел по телевизору экранизацию сказки про Буратино.
 
Тот, старый, еще довоенный фильм «Золотой ключик», снятый Александром Птушко в 1939 году. Да, да, тот самый, где главную роль сыграла Ольга Шаганова-Образцова, которая потом познакомит советских детей с Крошкой Енотом, я про это вам уже рассказывал.
 
Смотрел, значит, Рауд, как Дуремар убеждал Карабаса: "Еще пять тысяч ведер - и золотой ключик наш!", смеялся и вдруг подумал, что эстонской детской литературе тоже нужна своя сказка про ожившую куклу.
 
Вскоре на свет появился Сипсик. Чье сходство с хулиганствующим Буратино проявляется даже на уровне имени.
 
Потому что, Сипсик - это не имя. Вернее - имя, конечно. Но не только.
 
Короче!
 
Мы привыкли воспринимать слово Сипсик как выдуманное Раудом. Но это не так. Как и "чебурашка" в русском, "сипсик" изначально был обычным эстонским словом, и тоже не очень распространенным. Лингвист Лембит Ваба, например, указывает, что словарь 1937 года определял "sipsik" как põngerjas, jõngermann, väike jõmpsikas — в примерном переводе «малыш», «шкет», «маленький сорванец».
 
И, в общем, об этом тоже напрямую говорится в книге. В оригинале, когда Март сделал куклу сестренке, она по