Поклонники Цискаридзе

https://vkvideo.ru/video-29964342_456239609

Сегодня пошёл 14 год, как я возглавил Академию Русского балета имени А. Я. Вагановой.

За эти годы было многое: трудности, победы, непростые решения, большие достижения и, конечно, тысячи часов работы. Но главной надеждой и мотивацией для меня остаются люди. Мои коллеги, педагоги, работники Академии и, разумеется, наши ученики и их родители.

Быть педагогом — это огромная ответственность. ТК мы не просто передаем знания и мастерство, мы во многом определяем судьбы тех, кто доверился нам.

Хочу вспомнить строки стихотворения Вероники Тушновой:

«Если б не было учителя,
То и не было б, наверное,
Ни поэта, ни мыслителя,
Ни Шекспира, ни Коперника.
И поныне бы, наверное,
Если б не было учителя,
Неоткрытые Америки
Оставались неоткрытыми.
И не быть бы нам Икарами,
Никогда б не взмыли в небо мы,
Если б в нас его стараньями
Крылья выращены не были.
Без его бы сердца доброго
Не был мир так удивителен.
Потому нам очень дорого
Имя нашего учителя!»

Продолжаем работу!
В этот день хочу поделиться фильмом «Класс» режиссера Светланы Астрецовой.

Репост из канала Николая Цискаридзе.

https://vkvideo.ru/video-211391288_456239158

https://vkvideo.ru/video-214199389_456239958

22 апреля 1876 года Петр Чайковский в усадьбе Глебово под Тамбовом поставил последнюю точку в партитуре «Лебединого озера». Он писал балет по заказу московской дирекции императорских театров, но вместо привычного «танцевального аккомпанемента» создал настоящее симфоническое полотно – мощное, многогранное, с яркими лирическими темами, которые сразу запоминались.

Говорят, одним из главных источников вдохновения для композитора стало путешествие в Баварию в том же 1876 году. Чайковский был поражен замком Нойшванштайн – тем самым «лебединым замком», который строил для себя «сказочный» или «безумный» король Баварии Людвиг II.

Стены дворца были украшены сценами из вагнеровских опер, рыцарями, Граалем и лебедями. Сам Людвиг искренне считал себя «лебединым рыцарем» из старинной саги.

Эта романтичная и немного безумная история сильно поразила воображение Чайковского. Некоторые исследователи даже предполагают, что прообразом принца Зигфрида стал именно баварский монарх-мечтатель.

В «Лебедином озере» я не станцевал только Одетту-Одиллию. Все, что можно, все мужские роли, начиная от вальса, все народные танцы, где участвуют мужчины, я станцевал.

Я очень люблю этот спектакль Григоровича, потому что я на нем вырос – и как зритель, и как артист. Там есть потрясающая вещь, там придуман этот треугольник: Принц, Злой гений и Девушка, в каждом акте она своя – либо белый лебедь, либо черный. И самая любимая моя сцена в этом спектакле, которой нет нигде, больше ни в одной версии, называется «Обольщение». Это когда трио в сцене бала, когда появляется Злой гений вместе с Одиллией, Одиллия в центре и два абсолютно полярных персонажа ведут между собой беседу.

На самом деле, скажу честно, Злого гения танцевать интереснее. Потому что музыка там интереснее, у этого персонажа, он более окрашенный. Принца танцевать очень сложно, в том плане, что какое должно быть добро? Откуда мы знаем, какое добро? Сладкое, пухленькое, худенькое? Надо с первого выхода быть очень положительным персонажем, это очень сложно. Наверное, еще потому, что я человек такой достаточно яркой выраженной внешности и, наверное, больше отрицательный персонаж, нежели положительный.

Принца в «Лебедином» я не любил, я его много танцевал, но никогда не горел желанием, а вот Злого гения я очень любил. Я танцевал в Мариинском театре, когда надо отрывать крыло, это действительно очень забавно. Но это сказка. Есть версии, где не надо отрывать крылья, где они сами ломаются.

Но мне в спектакле Григоровича нравится... я танцевал и старую версию, где Злой гений погибал, и версию, где погибает Одетта, и принц приходит к «разбитому корыту». Очень важна одна вещь. В этом спектакле есть смысл. Злой гений – это персонаж, как у Фауста: «Я часть той силы, что вечно хочет зла, но вечно совершает благо».

Николай Цискаридзе

https://vkvideo.ru/video-211391288_456240362

( Сейчас скрипка «Вдова Паганини» хранится в музее Палаццо Дориа-Турси в Генуе. Инструмент находится в специальной витрине при строго контролируемых условиях: температура около 20 °C и влажность 50%) админ

«Способным завидуют, талантливым вредят, гениальным – мстят»

Друзья, про Никколо Паганини либо длинными восхищенными исследованиями или кратко, но емко – гений!

Музыкант и композитор известен миру, прежде всего, как один из самых выдающихся скрипачей, которых помнит история.

Когда маленькому Паганини было около восьми лет, он написал свою первую сонату для скрипки и несколько сложных музыкальных вариаций. А уже в 11 лет дал свой первый в жизни концерт.

Еще один поразительный факт – скрипка, на которой великий гений всю свою жизнь создавал волшебство, после смерти была названа «Вдовой Паганани». Никто не смог даже близко приблизиться к подобному мастерству, а значит и его инструмент остался одинок.

Спектакль Леонида Михайловича Лавровского «Паганини». Я его уже танцевал в редакции Владимира Викторовича Васильева. Я был седьмым составом и станцевал премьеру. Так сложились обстоятельства, что все либо сломались, либо заболели, кто-то не справился, сам отказался – и вот меня выпустили.

Балет был очень сложный, он шел около тридцати минут, и Паганини практически все время был на сцене, надо было делать разные трюки, крутиться там, прыгать. Вся сложность была в том, что все движения, задействованные в этом спектакле, были не свойственны мужскому классическому танцу. Нас этому не учили, потому что тогда это считалось женской прерогативой.

Я его («Паганини») долго танцевал один. Премьеру станцевал Владимир Деревянко и уехал. Все остальные спектакли в течение двух лет танцевал я один, потом ввели Дмитрия Гуданова, и мы с ним вдвоем танцевали достаточно долго, потом спектакль сняли. Уже при новом руководстве.

Николай Цискаридзе

Целиком интервью тут:

https://mag.humodoc.com/ru/2026/10/20/authors-columns/iskusstvo/iskusstvo-byt-professionalom?ysclid=mvkxtoxj1o823603735

Интервьюер Альфия Кальмаганбетова. Ташкент

Искусство быть профессионалом.

Николай Цискаридзе — о настоящем мастерстве, великих педагогах, воспитании личным примером, драматическом театре и социальных сетях как пространстве просвещения.

Сегодня профессиональный мир Николая Цискаридзе значительно шире балетной сцены: руководство Академией русского балета имени А. Я. Вагановой, работа с учениками, драматический театр, книги, социальные сети. Однако во всех этих направлениях сохраняется главное — внимание к профессии, требовательность к качеству и желание делиться знаниями.

Интервью с Николаем Цискаридзе мы записали перед началом концерта молодых солистов Академии русского балета имени А. Я. Вагановой в Ташкенте.

Я пошёл в балет, потому что мне хотелось сказки.

— Николай Максимович, как человек становится известным? Вы когда-нибудь сознательно стремились к популярности?
— Я никогда не думал: вот пойду в балет и стану известным. Я пошёл в балет, потому что мне хотелось сказки. Тогда я не размышлял ни о профессии, ни о карьере, ни о чём-то подобном. Другое дело, что мне повезло: мои способности совпали с требованиями учебного заведения, в которое я пришёл. А дальше всё складывалось достаточно удачно и, я бы сказал, гармонично, а известность пришла естественным путём. Сначала я стал народным артистом, а уже потом меня начали показывать на телевидении. Сегодня я вижу, как многие молодые люди хотят славы, известности, но далеко не всегда достигают результата, потому что они сами не знают, что могут предложить миру, что нового могут сказать. Приведу в пример замечательную мысль, которую я когда-то прочитал: писатель — не тот, кто пишет, а тот, кого читают. Это очень важно понимать. Можно дать тысячу интервью, но их никто не посмотрит и не прочитает, а другой человек скажет три слова — и они разойдутся повсюду.

— Как вы отличаете настоящего мастера от человека, который просто убедительно выглядит профессионалом?
— Настоящего мастера обычно видно сразу. Есть люди, которые делают своё дело настолько легко, что им не нужно долго думать, объяснять или показать то, чем они владеют. За этой лёгкостью стоят огромный опыт, знания и внутренняя культура.

Мне очень повезло в жизни: на моём профессиональном пути встречались гениальные педагоги, в театре меня окружали удивительные люди: это были артисты, работники гримёрного и костюмерного цехов, музыканты, бутафоры. Многие из них были настолько старше меня, что я им годился во внуки, но при этом они являлись настоящими мастерами своего дела. Я наблюдал за ними и многому учился. Когда ты совсем юный и получаешь одобрение от людей, которые сами прекрасно знают устройство театра, начинаешь понимать цену настоящего профессионального признания.

Артист — это верхушка айсберга, ведь для того, чтобы поднялся занавес и состоялся спектакль, работает огромный коллектив. И если тебя уважают люди, которые знают театр изнутри, это дорогого стоит.

— Вы говорите о своих педагогах с особым уважением, но ведь у них были и другие ученики. Почему именно вам они уделяли столько внимания?
— Одним из моих главных педагогов в Большом театре был Николай Фадеечев. У него одновременно занимались три ученика, и все трое впоследствии стали народными артистами. Я был самым младшим. Однажды я спросил его: «Николай Борисович, почему вы Серёжу и Андрюшу не заставляете делать то же самое, что и меня?» Он объяснил мне, что требует от меня столько, сколько я могу дать. Это очень важный урок. Настоящий педагог не обязательно предъявляет ко всем одинаковые требования. Он должен понимать возможности каждого ученика и видеть, на что тот способен. И я бы не стал сводить всё исключительно к таланту. Талант необходимо развивать. И здесь многое зависит от того, кто окажется рядом с тобой в нужный момент.

Мне повезло встретить людей, которые умели не просто обучать, а формировать отношение к профессии. Именно это остаётся с человеком на всю жизнь.