Пост-квест. Несколько слов о тех, у кого прогресс и технологии отняли всё и сразу, хотя они считали себя неприкосновенными. А вы, пока читаете, попробуйте угадать, о какой я говорю профессии. Не в комментах, разумеется, а про себя. Так как этот текст, по сути, – про каждого из нас в условиях конкуренции с ИИ.
И, кстати, сразу – лирическо-лингвистическое отступление. Товарищи журналисты и блогеры, как же вы достали неприкосновенных называть неприкасаемыми, хотя слово это противоположное по смыслу. Того, кого в силу заслуг и «крыши» нельзя трогать, например, чиновника или футболиста в команде, не надо называть неприкасаемым, так как это слово обозначает в Индии касту тех, к кому физически нельзя прикасаться из-за положения на самом дне общества, выражаясь современным молодежным языком – зашкваренных. Хорош путать-то.
Так вот, люди, которых алгоритм кинул через плечо об асфальт истории, ощущали себя именно неприкосновенными, и не в силу связей, а из-за собственных знаний, которые невозможно было моментально приобрести. Требовалось несколько лет непрерывной работы, чтобы запомнить все, что они держали в голове, положить, так сказать, слоями. Чаще всего опытным путем. Жили и работали они в Лондоне, были востребованы, незаменимы и от этого достаточно высокомерны с клиентами – самыми простыми, хотя иногда сложными людьми.
Забавно, что к ключевой сути их труда накопленная ими информация имела несколько опосредованное отношение, но без нее выполнять свою работу они были бы не в состоянии. Они об этом знали и ничего, а точнее никого, не боялись. В смысле, что придет парнишка из условного Бангладеш и встанет, а точнее сядет на их место. Парнишке придется сначала несколько лет башку тренировать. А потом, ррррраз, пришла примитивная технология, и всё то интеллектуальное золото, которое они собирали годами, стало доступно всем и моментально.
Нет, это не переводчики, хотя, наверное, параллель есть, хотя бы технологическая. И многих этот локомотив инноваций укатал как Анну Каренину, а кто-то прошел трансформацию спокойно, потому что обладал другой важнейшей для профессии компетенцией – знанием людей. Кто же это? Вы угадали. Лондонские таксисты.
Они знали сложнейший в своей географии город наизусть, каждый закоулок, и, соответственно, уверенно ехали в любую, самую отдаленную точку, а «парнишка из Бангладеш» не ехал. Не доставать же карту. А затем парнишке инопланетяне подарили навигатор, и все преимущество смотревшего на него с презрением шофера английских кровей вылетело в цифровую трубу. Следом пришел еще и Убер, уничтоживший монополию лицензий, и «добрый вечер». Твоя броня более не броня. Заработай оценку, товарищ водитель. А ее за что ставят? За технику руления? Вряд ли. Все более-менее одинаково с этим справляются. За знания города? Ну я выше объяснил. Обычно это человеческие моменты. Как говорит, как смотрит, как одет, как пахнет, какую музыку поставил и т.д.
Помню, именно лондонский извозчик рассказал, что он с первых секунд знает две вещи – какую музыку предпочитает пассажир и хочет он разговаривать или, наоборот, помолчать.
И этот пример можно экстраполировать на любую профессию. Технология обеспечит знаниями всех. Нам останется понимание устройства человека. Об этом вчера и была лекция в главном разговорном зале Российской империи. Таврический дворец. Большой зал заседания Государственной думы и учредительного собрания. Именно отсюда всех выгнал матрос Железняк. Там проходил II Всероссийский форум «Креативный код. Россия», ну а я умничал с трибуны.
Если коротко. Нет больше неприкосновенных, а вот в неприкасаемые можем все улететь.
И, кстати, сразу – лирическо-лингвистическое отступление. Товарищи журналисты и блогеры, как же вы достали неприкосновенных называть неприкасаемыми, хотя слово это противоположное по смыслу. Того, кого в силу заслуг и «крыши» нельзя трогать, например, чиновника или футболиста в команде, не надо называть неприкасаемым, так как это слово обозначает в Индии касту тех, к кому физически нельзя прикасаться из-за положения на самом дне общества, выражаясь современным молодежным языком – зашкваренных. Хорош путать-то.
Так вот, люди, которых алгоритм кинул через плечо об асфальт истории, ощущали себя именно неприкосновенными, и не в силу связей, а из-за собственных знаний, которые невозможно было моментально приобрести. Требовалось несколько лет непрерывной работы, чтобы запомнить все, что они держали в голове, положить, так сказать, слоями. Чаще всего опытным путем. Жили и работали они в Лондоне, были востребованы, незаменимы и от этого достаточно высокомерны с клиентами – самыми простыми, хотя иногда сложными людьми.
Забавно, что к ключевой сути их труда накопленная ими информация имела несколько опосредованное отношение, но без нее выполнять свою работу они были бы не в состоянии. Они об этом знали и ничего, а точнее никого, не боялись. В смысле, что придет парнишка из условного Бангладеш и встанет, а точнее сядет на их место. Парнишке придется сначала несколько лет башку тренировать. А потом, ррррраз, пришла примитивная технология, и всё то интеллектуальное золото, которое они собирали годами, стало доступно всем и моментально.
Нет, это не переводчики, хотя, наверное, параллель есть, хотя бы технологическая. И многих этот локомотив инноваций укатал как Анну Каренину, а кто-то прошел трансформацию спокойно, потому что обладал другой важнейшей для профессии компетенцией – знанием людей. Кто же это? Вы угадали. Лондонские таксисты.
Они знали сложнейший в своей географии город наизусть, каждый закоулок, и, соответственно, уверенно ехали в любую, самую отдаленную точку, а «парнишка из Бангладеш» не ехал. Не доставать же карту. А затем парнишке инопланетяне подарили навигатор, и все преимущество смотревшего на него с презрением шофера английских кровей вылетело в цифровую трубу. Следом пришел еще и Убер, уничтоживший монополию лицензий, и «добрый вечер». Твоя броня более не броня. Заработай оценку, товарищ водитель. А ее за что ставят? За технику руления? Вряд ли. Все более-менее одинаково с этим справляются. За знания города? Ну я выше объяснил. Обычно это человеческие моменты. Как говорит, как смотрит, как одет, как пахнет, какую музыку поставил и т.д.
Помню, именно лондонский извозчик рассказал, что он с первых секунд знает две вещи – какую музыку предпочитает пассажир и хочет он разговаривать или, наоборот, помолчать.
И этот пример можно экстраполировать на любую профессию. Технология обеспечит знаниями всех. Нам останется понимание устройства человека. Об этом вчера и была лекция в главном разговорном зале Российской империи. Таврический дворец. Большой зал заседания Государственной думы и учредительного собрания. Именно отсюда всех выгнал матрос Железняк. Там проходил II Всероссийский форум «Креативный код. Россия», ну а я умничал с трибуны.
Если коротко. Нет больше неприкосновенных, а вот в неприкасаемые можем все улететь.
