Рассказы Стрельца

о тебе.
- Что это?
- Справка, что я беременна. В июли у нас будет ребёнок.
С минуту он, широко раскрытыми глазами, смотрел на этот листок бумаги, наконец, смысл написанного дошёл до него:
- Ирина, у нас будет ребёнок? – переспросил Захар, всё ещё сомневаясь.
- Да.
- Ура! – он поднял жену на руки и закружил вокруг ёлки. – Спасибо Дедушка Мороз! Ты исполнил нашу самую большую мечту.

САМАЯ БОЛЬШАЯ МЕЧТА
 
Сегодня тридцать первое декабря. Захар и Ирина встали поздно, надо было хорошенько выспаться. Следующую-то ночь они спать не собирались.
Далее всё пошло по плану. Уже шесть новогодних праздников вместе встретили, этот седьмой. После завтрака супруга осталась на кухне, а муж занялся ёлкой. Её, как всегда ставили в детской. В течение года эта комната пустовала.
Захар с Ириной и по жизни старались всё распланировать, а чтобы сбылось, просили об этом Дедушку Мороза на Новый год. Вернее, письма ему писали, но не отсылали, а прятали в документы, чтобы через год проверить.
На первый совместный Новый год попросили трёхкомнатную квартиру. Родители у обоих были небедные, да и сами, тогда ещё молодые, хорошо зарабатывали. И в течение года мечта сбылась. На следующий год попросили у Дедушки Мороза машину, и вновь мечта сбылась.
А вот дальше Дед Мороз, похоже, на них обиделся. Четыре года они об одном и том же просили, чтобы ребёнок у них родился, но…
Сколько они по разным врачам ходили, что им там только не говорили про «резусы» и про наследственность. Всё бесполезно. Так детская комната и оставалась пустой. И родители ждут, когда они им внуков подарят.
 
- Ирина, оцени! – крикнул Захар, любуясь на наряженную ёлку.
Жена тут же появилась рядом и с восторгом произнесла:
- Класс! – стоя рядом с мужем, она радостно смотрела она ёлку, мысленно представляя следующий Новый год.
- А теперь гляди! – загорелись огоньки, заиграла музыка.
- Здорово! – улыбнулась Ирина. – Идём и ты оцени, что я приготовила, а то ещё не обедали.
На столе в тарелках стоял свиной гуляш, и мятая картошка, посыпанная зеленью:
- Что-то не совсем Новогоднее блюдо, - недоумённо произнёс муж, попробовав добавил, - но вкусно.
- Все блюда должны готовится, с учётом, чей этот год.
- Так наступает год Зайца, а они вроде свинину не едят?
- Зато, кабанов обожают тигры, а год Тигра ещё не закончился. Вдруг обидится, - и супруга загадочно улыбнулась. – Поэтому мы должны его проводить, как полагается
- Ирина, какая-то ты со вчерашнего дня не такая, - Захар глянул на улыбающуюся жену. - Что-то случилось?
- Все сюрпризы в полночь.
Последние два года они в гости ни к кому не ходили и к себе никого не приглашали. У всех друзей дети уже большие, а у них и маленьких ещё не было. Вот и стали они всех сторониться. Встречали вдвоём. Дарили друг другу подарки и желали новогоднего чуда.
 
Вместе прошлись по магазинам, купили торт и стали накрывать стол.
- Ира, не пойму, зачем мы такой большой торт купили? – Захар попытался затолкать его в холодильник, но тот не хотел влезать.
- Завтра родителей пригласим и твоих, и моих.
- Так здесь тортом не обойдёшься, - хитро усмехнулся супруг.
- Они не с пустыми руками придут, всего натащат. Я им сегодня позвоню.
- Так, что с тортом делать, - спросил супруг, так и не затолкав его в холодильник.
- Вот эту вазу, сейчас вытащу. Её уже можно на стол ставить.
- Мы провожать-то старый год будем? – с улыбкой спросил Захар, когда торт, наконец нашёл своё место. - Новый год давно по России шагает.
- Давай проводим, но только с соком.
- В смысле? – не понял муж.
- Без шампанского.
- Как хочешь? – удивлённо пожал он плечами.
- Сейчас поедим и начнём родственников и друзей поздравлять.
 
Поздравляли весь вечер по телефонам и мессенджерам, ноутбуки-то у обоих были. Успевали и поздравлять, и отвечать.
А ещё Захар постоянно наблюдал за лицом своей супругой. По её загадочной блуждающей улыбке, чувствовал, что приготовила она, что-то очень интересное.
 
И вот двенадцатый час, наступило время подарков и поздравлений. Подарки они с первого совместного Нового года договорились дарить не дорогие, но запоминающиеся. Дорогие вместе покупали в течение года.
Первым дарил Захар. Он достал два колечка с коричневыми камушками:
- Ирина, этот камень способствует укреплению брачных уз. Хочу, чтобы в следующем году у нас всё получилось.
И вдруг Ирина заплакала. Это было так неожиданно, но это были слёзы радости, счастья. Она протянула мужу небольшой листок бумаги:
- Эт

мужу вынести разобранное кресло на мусорку.
Разменяла в магазине деньги и пошла в церковь. Раздала милостыню, поставила свечи. Долго молилась, благодарила.
 
Внуки, конечно, ждали прихода бабушки с дедушкой и, конечно, ждали, что те принесут подарки. Правда, старшие особо на хорошие подарки не рассчитывали, понимали, что бабушка с дедушкой живут только на пенсии и лишних денег у них нет.
И вдруг звонок от бабушки зятю:
- Юра, мы едем к вам на такси. Возьми старших, встретьте у подъезда!
- Кто звонил? – вышла из кухни супруга.
- Твои сейчас на такси приедут, - муж удивлённо пожал плечами. - Мать сказала, чтобы встретили их у подъезда.
- Что они там придумали? Ладно иди встречай! – и Татьяна вновь убежала на кухню, где они с дочерью что-то готовили.
- Ярослав, Витя! – крикнул отец сыновьям. – Собирайтесь!
- Куда, папа! – удивлённо спросил старший.
- Дедушку с бабушкой встречать! Сильно не одевайтесь, на улице тепло. Свитера и шапки.
- Выходите! Уже приехали! – крикнула мать с кухни.
Внуки тут же выбежали из квартиры. Чтобы преодолеть два пролёта и выбежать из подъезда им понадобилось несколько секунд. Бабушка с дедушкой только и успели, что из машины вылезти.
Бабушка сразу стала командовать.
- Витя, бери эти пакеты. Они лёгкие. Слава – ты эти. Осторожней не разбей! Юра, вытаскивай телевизор! – приказала она зятю.
- Какой телевизор? – не понял тот.
- Большой. На заднем сиденье.
- Вытаскивай! Вытаскивай!
 
Всё занесено.
- Мама, откуда у вас деньги на телевизор? – удивлённо спросила дочь.
- Был запас небольшой, - неопределённо ответила Роза, снимая пальто.
Затем направилась в комнату, где стояла ёлка, и положила под неё подарки для внуков. Для старших – ноутбуки, им для учёбы надо. Для младших – сотовые телефоны. Вот радости-то у них было.
Телевизор на стенку повесили. Разве сравнишь с тем, который у них раньше был.
 
Хорошо Новый год встретил. Зять, на радостях, тёщу мамой стал звать. Он и раньше называл, но очень редко, а здесь весь вечер так обращался. Судя по примете так и весь год будет.
Вернулись Роза с мужем домой лишь под утро. Легли спать.
Когда Сергей встал, смотрит, жена сидела за столом и что-то писала.
- Это, что за доклад? – рассмеялся он.
- Ты не смейся! Я вчера у дочери все рассмотрела, разузнала, что ей надо. И вот теперь записываю, чтобы не забыть.
- Ну ты, Роза, даёшь! Богатой себя почувствовала!
- Серёжа, мы ведь с тобой никогда богатыми не были. Всю жизнь, лишь концы с концами кое-как сводили. Коль бог дал нам денег, так хоть дочери и внукам поможем, - затем добавила, словно оправдываясь. – Я и нуждающимся буду помогать.
- Роза, не против я! На кого нам деньги тратить, если не на внуков

НА КОГО НАМ ДЕНЬГИ ТРАТИТЬ
 
- Серёжа, ты как? – потормошила она мужа за плечо.
- Вроде лучше.
- Вставай, я завтрак сготовила!
- Сейчас.
Встал, сходил в туалет, умылся и сел за стол.
- Что, Роза, похоже, январскую пенсию до Нового года не дадут, - тяжело вздохнул. – Так внукам подарки и не купим.
- Осталось у меня десять тысяч, так надо к Новому году что-то купить, сегодня уже двадцать девятое. И в январе до моей пенсии полмесяца. Как жить будем?
- Проживём как-нибудь. Ты внукам хоть по хорошей шоколадке купи, и дочери – тоже, она их любит, и денег у них, наверно, нет.
- Сейчас каждая нормальная шоколадка не менее ста рублей стоит, - встала, глядя на иконку, висевшую на кухне, перекрестилась. – Боже, помоги пережить трудные времена!
А времена, для семьи действительно трудные настали. У дочери четверо детей. Они с мужем работают с утра до вечера, а денег всё равно не хватает. А бабушка с дедушкой разве на свои пенсии, помогут. Единственно, что с внуками целыми днями сидят. Сваха одна без мужа, тоже на одну пенсию живёт, вдобавок, болеет.
 
После завтрака муж, кряхтя, встал из-за стола и пошёл в комнату, а Роза вытащила из ведра пакет с мусором и пошла относить.
На улице погода праздничная снежок идёт. Дошла до баков. Какой-то мужчина, похоже, бомж, что-то рассматривал вокруг. И тут со стороны коттеджей подъехала грузовая «Газель».
Из кабины вышло двое парней. Открыли кузов вытащили металлическую кровать, поставили возле баков. Положии на неё мешок, с какими-то тряпками. Бомж тут же бросился к ней.
Парни вытащили старое кресло, поставили недалеко от женщины, сели в машину и уехали.
Роза оглядела кресло:
«Какое крепкое и красивое, только обивка очень грязная. Так обивку и сменять не долго. Я на мебельной фабрике работала, и материал у меня есть. Возьму-ка я его. А то мой Серёжа на этих стульях сидеть не может, и на диване – тоже. Здесь и подлокотники удобные».
С трудом, но затащила Роза кресло в квартиру. Муж удивленно посмотрел:
- Ты зачем его приволокла?
- Посмотри, какое красивое! Сейчас обивку сменяем, подлокотники поправим, и будешь сидеть телевизор смотреть, и спина болеть не будет.
- А где ты его нашла?
- На мусорке. Какие-то парни на машине со стороны коттеджей приехали. Выбросили и уехали.
- Хм…
- Что хмыкаешь? Удаляй обивку.
- Давай, попробуем, - согласился он и потащил кресло в комнату.
 
Муж стал отдирать старую обивку, а Роза – готовить материал и швейную машинку.
- Как неаккуратно всё сделано, - ворчал Сергей. - Словно дилетанты прибивали, крепко, но, как попало.
Убрал обивку со спинки и стал отдирать с сиденья.
- Роза! Смотри! – раздался его изумлённый крик.
Та подбежала, и тоже застыла в изумлении. В специально вырезанных углублениях аккуратно лежали шесть пачек пятитысячных купюр.
- Что это, Серёжа? – удивлённо прошептала она.
- Как видишь, деньги.
- Откуда они здесь?
- Ну, если кресло выбросили на мусорку, то, думаю, об этом мы уже никогда не узнаем.
И тут глаза женщины загорелись:
- Серёжа, и что мы их можем тратить?
- Думаю, что можем.
- А нам за это ничего не будет? – всё еще засомневалась женщина.
- Ну, судя по всему, спрятали их сюда давно. Сомневаюсь, что хозяин этих сокровищ жив. Кресло ещё не старое, но его выбросили, тем более, ты говоришь, что приехали они со стороны коттеджей, значит не бедные. Искать мы их не будем, они нас – тоже.
- Я сегодня утром, у бога попросила, чтобы он помог пережить нам трудные времена. Может он услышал мои молитвы?
- Вот, как будешь брать очередную пачку, сходишь в церковь, поставишь свечи, милостыню нищим подашь.
- Серёжа, так я прямо сейчас и пойду?
- Сначала в церковь. Да, денег не жалей, - тут муж задумался. – Роза, ты об этом никому не говори, даже дочери. Всё равно на внуков будем тратить, нам-то с тобой они, вроде, и незачем.
- Поняла, поняла.
- Забирай тогда!
- А с креслом, что делать? – поинтересовалась Роза.
- Разберу и обратно на мусорку отнесу. Зачем оно нам, старое, да ещё с дырами в сиденье.
Женщина забрала деньги, спрятала в самом дальнем углу шкафу. Помогла

тал рассказывать:
- Так, Миша, бизнес наш с твоим отцом, хоть и не рассветает, но пока на плаву. Записан, он теперь на тебя.
- На меня? – племянник был просто ошарашен.
- Отец твой видно всё чувствовал и перед смертью сделал всё, как надо.  Завтра пойдём в наш офис, кое-что подпишешь, и начнёшь вникать.
- Дядя Тимофей, но я даже не знаю, что это такое.
- Разберёшься. По-другому просто нельзя, - дядя улыбнулся. – Но разбираться начнёшь, когда вернёшься с лечения.
Он достал две пачки пятитысячных купюр:
- Это вам с Полиной на лечение.
- Откуда? – схватилась за щёки Светлана.
- Три наших предприятия всё это время продолжали работать, - Тимофей улыбнулся. – У нас с братом бизнес был непростой, но честный. Теперь вот с племянником будем вести дела.
Светлана продолжала заворожённо смотреть на деньги. Ведь это здоровье её дочери и Миши, которого в мечтах она видела мужем своей Полины.
 
Дни в больнице проходят медленно, особенно, если лечение длиться несколько месяцев. Но дядя дал инструкции по бизнесу, во главе которого теперь стал Миша и велел вникать. Кроме того, заочное отделение института, и оттуда пришли задания.
Каждый день они перезванивались с Полиной. Она сейчас в другой клинике в столице. Попала она туда на месяц позже его самого, но выписывают их одновременно. Договорились, что он заедет за ней и они вместе вернуться домой, как раз к Новому году.
Миша уже самостоятельно ходил по больнице, и походка с каждым днём становилась, не только более уверенной, но и более спортивной.
 
И вот его выписали. Как велел дядя, кроме бумаг, сложенных в пакет, он ничего не взял. Денег дядя на карточку перевёл. Миша взял билет на самолёт и через два часа был в столице.
А ещё через час в клинике. За эти месяцы он понял, как дорога ему Полина. И вот она сама бежит ему на встречу:
- Миша!
- Полинка!
- Какой ты стройный стал.
- А ты такая красивая.
Когда страсти поутихли, Миша перевел разговор с радостного на деловой:
- Быстрей собирайся! Нам срочно в аэропорт надо. Сегодня вечером мы должны быть уже дома. Дяде и твоей маме я позвонил, сказал, чтобы не встречали.
- Всё, я побежала!
- Полина, подожди!
- Что? – она остановилась, с удивлением посмотрела на его серьёзное лицо.
- Нам уже по восемнадцать…, - он запнулся.
- Что, Миша! – она почувствовала, он хочет сказать, что-то важное.
- Полина, я люблю тебя! Выходи за меня замуж!
- Миша…
Её глаза светились счастьем, опомнившись, поняла, что он ждёт ответа:
- Миша, конечно! Я люблю тебя!
- Молодые люди, хватит обниматься! Это больница, - раздался голос, проходящей мимо медсестры.
 
И вот Миша с Полиной вошли в квартиру. Здесь царила радостная праздничная атмосфера. После восторженных приветствий и объятий обратили внимания сначала на ёлку, а затем… на то, что в их трёхкомнатной квартире всё переставлено. В одной из комнат стоит огромная двуспальная кровать, а дядя Тимофей ходит в спортивном костюме и чувствует себя по-домашнему.
Увидев, что дочь всё поняла, Светлана смущённо опустила голову:
- Мы с Тимофеем… с Тимофеем Николаевичем хотим после Нового года расписаться.
- Мама, да мы не против, но…, - дочь смущенно замолчала, но тут же продолжала, - но мы с Мишей тоже собираемся расписаться.
- Всё нормально! – Тимофей своими огромными руками обнял всех. – После Нового года справим обе свадьбы, а по весне начнём коттедж строить. В этой квартире нам тесновато будет. А пока будем справлять Новый Год!

вета, у меня же есть пятьсот тысяч, на первую хватит, а дальше, что-нибудь придумаем.
- А как же ты? Тебе ведь тоже надо на операцию.
- Так я передвигаться-то уже могу, а футболистом, всё равно никогда не стану. В институт на заочное отделение я и без денег поступлю.
Миша пошёл в свою комнату и вернулся с деньгами.
- Возьмите и езжайте прямо сейчас!
- Мишенька, родной ты мой!
- Тётя Света, собирайтесь! Сейчас главное спасти Полину.
 
Полина вернулась через месяц, худая и бледная, но на своих ногах.
- Миша, спасибо тебе! – обняла его за шею. – Я думала, что умру.
- Всё будет хорошо! Пошли, я обед разогрел. Тебе надо хорошо питаться.
Миша и тётя Света старались отложить денег с зарплаты и пенсии, но за месяц не смогли отложить и двадцати тысяч. Сто оставалась от мачехи, а через два месяца нужно заплатить четыреста. Миша готов был ходить голодным, лишь бы Полина была здорова.
Сейчас он кормил её, как маленькую, подкладывая лучшие кусочки, а Светлана, глядя на них, вытирала слёзы, уткнувшись в свою чашку.
 
Прошёл ещё месяц. Миша, как и хотел, поступил в институт на заочное отделение, его взяли без экзаменов, ведь школу он окончил с «золотой медалью».
Но мысли его были далеко от института. Скоро Полине нужно ложиться на вторую операцию, а денег явно не хватала. Светлана занимала у подруг и далёких родственников, близких просто не было, но этого было мало.
Деньги нужны были уже через месяц, и Миша пошёл к мачехе:
- Что тебе? – не совсем приветливо встретила она пасынка.
- Тётя Оксана, мне деньги нужны!
- Я же тебе пятьсот тысяч дала.
- Полине на операцию надо.
- Я что тебе, миллионерша? Отец твой совсем денег не оставил.
- Тётя Оксана, я вам верну.
- Всё! До свидания! Больше здесь не появляйся! – подтолкнула его за порог и закрыла дверь.
 
Вернулся он обратно хмурым.
- Миша, ты куда ходил? – спросила Полина
- Да так, - неопределённо махнул рукой.
- Сейчас мама придёт будем кушать.
- Хорошо.
В прохожей раздался шум. Вошла Светлана с какой-то бумажкой в руке.
- Мама, что это! – спросила дочь.
- Миша, тебе. В почтовом ящике лежало.
Это был вызов ему на последнюю операцию, после которой, как обещали, его походка должна стать нормальной. Светлана видела, как парень сжал зубы, отрешённо положил листок на тумбочку и ушёл в свою комнату.
- Через минуту к нему зашла Полина:
- Миша, пошли кушать!
- Пошли!
Он уже пришёл в себя, улыбнулся и пошёл вслед за девушкой.
 
Вечером они все сидели, уставившись в телевизор, но суть передач до них не доходила, мысли были совсем о другом.
Стук в дверь заставил вздрогнуть. Светлана подошла к двери, посмотрела в глазок. Какой-то подозрительный мужчина:
- Вам кого?
- Михаил Смолин здесь обитает? – голос был таким уверенным.
- Да.
- Открывайте! Я его дядя.
Женщина открыла дверь. Миша вышел в прихожую и радостно воскликнул:
- Дядя Тимофей!
- Здорово племяш! Как ты вырос? – похлопал его по плечу.
- Вы проходите, проходите! – засуетилась Светлана.
- Спасибо! – он стал разуваться, одновременно рассказывая. – Зашёл к Ромке, а его вдовушка даже дверь не открыла. Мужской голос из квартиры слышен. Спросил, где Миша. Она через дверь ответила, так и не открыла.
- Вы проходите на кухню! Наверно, голодны.
- Спасибо! – и тут же спросил. – Вас как зовут?
- Светлана.
- Меня – Тимофей! – достал из кармана деньги. – Светлана, возьмите! Здесь пока немного.
- Зачем?
- Берите, берите! Вы меня сегодня не выгоняйте, мне пока идти некуда. Брат, погиб, теперь у меня, кроме племянника, больше родственников нет.
- Оставайтесь! Я вам в Мишиной комнате на раскладушке постелю.
 
После ужина Тимофей честно рассказал о своей жизни в местах не столь отдалённых. Затем спросил, что здесь за это время произошло.
Миша, рассказал всё, и о Полине, и о себе.
- Завтра начнём решать ваши проблемы, - пообещал дядя.
- Дядя, как их можно решить?
- Мы с твоим отцом всегда находили выход из любых ситуаций, - тяжело вздохнул. – Царствие ему небесное!
 
Тимофей ушёл с утра, а вернулся поздно вечером, уставший, но с радостной улыбкой на лице. После ужина с

ВСЁ НОРМАЛЬНО
 
Он ковылял по квартире, не находя себе места. Чувствовал, что это новый поворот в его судьбе. А что за этим поворотом, подарок судьбы или удар? За восемнадцать лет, прожитые Мишей на этом свете, удары были чаще, чем подарки.
 
Он инвалид детства. Родился с разными ногами, настолько разными, что родителям стало ясно, что ходить он не сможет.
Его папа, Роман Николаевич, был человеком далеко небедным. Они с братом стали заниматься бизнесом ещё в девяностые. Приходилось постоянно воевать за своё место под солнцем, взлёты и падения менялись довольно часто.
Но деньги на дорогое лечение сына находились всегда, и поездки к врачам в клинику одного из уральских городов стали постоянным. Мише приходилось по несколько месяцев жить в больнице, но и инвалидность потихоньку отступала.
Судьба продолжала наносить удары. Умерла мама. А через два года отец привел мачеху, Оксану, с двумя дочерями. Тогда Мише было пятнадцать, а девчонкам двенадцать и девять. Места в их огромной четырёхкомнатной квартире всем хватало, папиных денег – тоже. Вот только любви между членами новой семьи не было, в том числе, между отцом и мачехой.
Но было и светлое пятно в жизни Миши – Полина, девушка, жившая с недавних пор со своей мамой этажом ниже в трёхкомнатной квартире. Судьбы у них была похожи, девушка тоже постоянно болела, часто лежала в больнице и у неё, кроме мамы, никого не было.
Миша жил на втором этаже, и быстро научился преодолевать два лестничных пролёта. Отец и мачеха не препятствовали этом, наоборот были рады. Отец радовался, что сын нашел близкого по духу человека, а мать – что пасынка целыми днями не видно в квартире. Даже с утра давала ему пакет с продуктами, чтобы его до вечера не было. Светлана, мама Полины, тоже была рада, что у её больной дочери появился друг.
У Романа Николаевича и его брата Тимофея наступила очередная чёрная полоса в их бизнесе. Тимофея посадили на три года по ложному обвинению. Конкуренты постарались.
Год назад судьба нанесла Мише очередной, наверно, самый страшный удар, умер его папа. Тогда ему было семнадцать, а в восемнадцать нужно ехать на последнюю операцию. Но у мачехи были свои планы на дальнейшую жизни, и она начала их осуществлять.
Денег после отца почему-то не осталось. Жить вместе с пасынком Оксана тоже не собиралась. Месяц назад Мише исполнилось восемнадцать, и она договорилась со Светланой, чтобы она взяла его к себе. Мол, пенсия у него пятнадцать тысяч. Плюс даст пятьсот тысяч за квартиру.
Светлана согласилась, Миша подписал все бумаги. Ведь Полине становилось всё хуже и хуже и, лишь, когда этот парень был рядом, дочь улыбалась.
 
Сегодня, ближе к утру, Полине стало совсем плохо. Её мама, со слезами на глазах, позвонила в скорую помощь, а Миша подошёл и стал на колене перед её кроватью, стоять наклонившись, он просто не мог:
- Полинка, что с тобой? – спросил тихо, задев девушку за плечо.
Она открыла глаза, повернула голову в его сторону и столько грусти было в её взгляде:
- Миша, я умру? – тихо спросила девушка.
- Ты что, Полинка? Ты обязательно выздоровеешь. Не плачь!
- У меня, кроме тебя и мамы, никого нет на белом свете…
- Всё будет хорошо!
- Миша, поцелуй меня на прощание! – неожиданно попросила она.
Он осторожно коснулся её губ и произнёс:
- Ты обязательно выздоровеешь, Полинка! – и такая надежда звучала в его словах.
Приехала машина скорой помощи и Полину увезли.
 
Какой час он ходил по квартире, выглядывал в окно. Июльское солнышко заглядывало в окно, радостно чирикали воробьи, и Мише казалось, что сейчас она вернётся вместе со своей мамой, и всё будет хорошо.
Но тётя Светлана вернулась одна. По её испуганному лицу становилось понятно, что всё плохо.
- Что, тётя Света? -  бросился к ней парень.
Но та села на диван и заплакала. Немного успокоившись, стала рассказывать:
- Полине нужны операции, платные. Одна срочно у нас в городе, другая через два месяца в столичной клинике. Затем реабилитация. На всё надо более миллиона. Врач сказал, что можно платить частями. Мне столько не найти.
- Тётя С