КРАСИВЫЕ ОТКРЫТКИ

Терпение лопнуло. Я просто поменяла замки в доме, всех повыгоняла и научилась говорить нет.

— Семья на шею не садится!
— Мать, отпирай! Заело щеколду, что ли?
— Не заело, Богдан.
Римма Павловна вышла на крыльцо в старом рабочем жилете. Руки сунула глубоко в карманы.


Ветер с поля тянул сыростью, трепал голые ветки яблонь.
— В каком смысле не заело?
Нелли дернула калитку плечом. Из-под капюшона выбились крашеные рыжие пряди.
В руках сноха сжимала два раздутых пакета с эмблемой оптового склада.
— В прямом. Механизм сменили.
— Ты сдурела на старости лет?
Богдан навалился на штакетник всей тяжестью. Старая куртка натянулась на широкой спине.
— У нас сумки неподъемные! С утра на ногах! Впусти давай, хватит дурить!
👇👇👇

— Олежек, приезжай на выходные, помоги отцу. Там работы всего на день, если вдвоём.
— Мам, не знаю. Надо с Инной поговорить, у нас вроде планы.

Катя приехала в деревню первой маршруткой, около половины восьмого. Привезла голубцы, лекарства для отца и новые носки, которые связала за два вечера.

Мария Дмитриевна встретила её на крыльце.

— Катюша, зачем так рано? Мы сами справимся.

— Папа вчера тяжело дышал. Где он?

— На огороде. Картошку копает, дожди обещают.

Катя переобулась в старые отцовские сапоги и пошла за дом. Тимофей Иванович стоял у картофельного ряда, опираясь на лопату.

— О, ревизия приехала.

— Приехала. Давай лопату, пап. И не спорь.

Он послушался и впервые за утро нормально выдохнул.

Мария Дмитриевна смотрела на дочь и думала о том, что всю жизнь они с мужем почему-то считали настоящей надеждой семьи сына.

Олег родился первым, и всё лучшее доставалось ему. Ему покупали новую одежду, велосипед, а когда он решил поступать в Киев, родители нашли деньги на платное обучение, продав кабана и сдавая квартиру.

Через три года школу закончила Катя. Училась она лучше брата, учительница даже просила родителей поддержать её талант. Но денег на её учёбу уже не осталось.

— Поступай в техникум, доченька. На бухгалтера. Потом, может, заочно продолжишь.

Катя лишь кивнула:

— Хорошо, мам. Олегу ещё учиться надо.

И никогда не упрекнула родителей.

Её «нормально» оказалось совсем не простым: съёмная однокомнатная квартира в Полтаве, работа бухгалтером и дочь Соломия, которую она растила одна после ухода мужа.

При этом родителей Катя навещала почти каждую неделю. Привозила продукты и лекарства, покупала вещи, настроила матери смартфон, а однажды даже привезла вентилятор в сорокаградусную жару.

Мать иногда тайком давала ей пятьсот гривен, но вскоре находила деньги обратно в сахарнице.

А Олег приезжал раз в год и обычно ненадолго. Его жена Инна первым делом интересовалась, есть ли в деревне нормальный вайфай.

Когда Тимофею Ивановичу понадобилось покрасить забор и ставни, Мария Дмитриевна позвонила сыну.

— Олежка, приезжай, помоги папе. Ему уже семьдесят два.

— Мам, не знаю. У нас с Инной планы.

Вечером он перезвонил:

— Не получится. Инна уже забронировала базу отдыха, предоплату внесли. Может, наймёте кого-нибудь?

Мария Дмитриевна молча положила трубку.

А утром приехала Катя.