Мой МИР

В то время как ослеплённые яростью народы сбивались в военные стаи и бросались друг на друга, те, кто стоял за этой бойней, подобно хищникам на дереве, хладнокровно наблюдали за процессом. Они не собирались воевать сами. Зачем подставлять под удар свой благополучный мир, когда можно заставить других умирать за свои интересы? Для них конфликт в Центре стал идеальным рынком. Склады, годами забитые старым оружейным хламом, наконец-то опустели. То, что раньше требовало огромных трат на утилизацию, теперь с гордостью именовалось «военной помощью». Это ржавое железо сбрасывали Центру в долг, вешая на шею ещё не рождённым поколениям ярмо вечного рабства перед мировыми ростовщиками. Каждая выпущенная старая ракета приносила прибыль дважды: сначала за её продажу, а потом за заказ на производство новой, уже современной.

Зенит в этой схеме был обычным стервятником. Пока его граждане превращались в статистику на полях сражений и в руинах мирных городов, сгорая в огне чужих амбиций, захлебываясь в боли и безысходности, он ловко конвертировал человеческие трагедии в личный капитал. Жадно выжимая из этой войны всё до последней капли, он методично превращал кровь своего народа в цифры на заграничных счетах.

Миссия была выполнена, но её последствия были гораздо непредсказуемее, чем ожидал Великий совет лап. В их представлении «Проект Охота» уже пересёк точку невозврата. Они хотели атомной войны и спасения своей цивилизации, а получили неконтролируемый, самоподдерживающийся хаос. Но Ми, будучи на этой планете и наблюдая за происходящим, осознал, что запустились механизмы, которые уже не остановить. Ведь война, в которую погружалась Земля, была слишком прибыльной для алчных, жаждущих выгоды людей, чтобы её заканчивать.

А тем временем в одной из известнейших художественных галерей мира сияла «Розовая планета» художницы Алёны Самородовой. Её неземной свет был одним из немногих, пробивавшихся сквозь наступающую тьму…

#ВерченкоДмитрий #МойМир #глава9 #РозоваяПланета #фантастика #новаякнига #роман

Глава 9. Рынок смерти

После окончания операции на Востоке Ми, используя «слепой режим», вернулся в квартиру Алёны. Внутри никого не оказалось. Хомячок принял свой энергетический коктейль из командировочных пайков и принялся искать «Розовую планету», чтобы ещё раз полюбоваться её красотой, но холста не было. Картина со звёздным небом тоже исчезла. Ми чувствовал, как внутри нарастает необъяснимая тревога. Медлить было нельзя.

Его следующей целью был лидер Центра. Ми должен был «чиркнуть спичкой» в самой болезненной точке регионального разлома, чтобы огонь войны охватил всю планету. Противоречивые мысли снова тревожили его мозг, поднимая бунт, природу которого он всё ещё не мог осознать. Но приказ был превыше чувств.

Активировав капсулу перемещения и задав координаты цели, Ми скользнул в пространство. Преодолев расстояние за считаные секунды, он бесшумно миновал системы безопасности и проник в личные апартаменты «Зенита».

Он быстро обнаружил изящное устройство, которое Зенит использовал ежедневно для стимуляции активности. Операция заняла две секунды. Микроскопическая ампула Нейро-синхрона из арсенала PRX была впрыснута в ингалятор.

Вдохнув программу подавления воли, лидер Центра даже не заметил, как вскоре мысли перестали принадлежать ему самому. Ми активировал Скипетр. Вместо прямого приказа к войне он внедрил в сознание Зенита холодный алгоритм манипуляции. Задача была предельно ясной: разжечь локальный конфликт внутри своей страны до предела, обеспечить себе непрерывный поток оружия и поддержки от Запада, прикрываясь статусом жертвы, и одновременно с этим спровоцировать Восток на первый удар, выставив это как ничем не оправданную агрессию.

Скипетр сработал безупрешно. Он выжег в Зените остатки совести, оставив только голые инстинкты наживы. Теперь тот не просто играл роль жертвы перед Западом — он научился торговать смертью своих граждан. Каждый его надрывный крик о помощи в телекамерах был лишь способом выбить очередной транш, львиная доля которого тут же оседала в карманах его свиты. Он стал идеальным инструментом войны — абсолютно равнодушным к человеческим жизням, на которых он строил своё благополучие.

Казалось бы, до окончания «Проекта Охота» оставалось совсем немного, но… Земля взорвалась не атомной бомбой, а людской алчностью. Центр под руководством «Зенита» стал эпицентром хаоса. То ли Нейро-синхрон обострил его хитрость до уровня злобного гения, то ли вещество, содержавшееся в ингаляторе, превратило лидера Центра в расчётливого монстра. Организованные им серии диверсий и масштабных провокаций окончательно убедили Восток в неизбежности войны. Ложь сработала безупречно. Западные кураторы, спецслужбы и теневые структуры работали как часы, подбрасывая дрова в разгорающийся костёр всеобщего безумия со всех сторон.

Началась бойня, которой Земля не видела со времён Второй мировой войны. Брат пошёл на брата. Конфликт перестал быть политическим инструментом — он стал главным продуктом на рынке. Огромные партии старого и самого современного оружия хлынули на территорию Центра, превращая страну в бездонную воронку, поглощающую металл и человеческие жизни. Военно-промышленные корпорации, работая круглосуточно, били рекорды прибыли. Банки, заводы и фабрики Запада работали как одна идеально смазанная машина, перекачивая кровь конфликта в золотые запасы.

Используя гравитационный контроль, Ми бесшумно приземлился на горячую мощную холку оленя. Животное почувствовало крошечное неопознанное давление и нервно вздрогнуло. Его широкие тёмные глаза испуганно метнулись в сторону. Ми не мог допустить паники: он развернул свой тончайший, почти невидимый шприц-инжектор — инструмент, способный пробить кожу, не оставив следа, — и с филигранной точностью впрыснул Нейро-синхрон прямо в систему кровообращения избранной жертвы. Агент сорвался с холки так же бесшумно, как появился. Все манипуляции были завершены, теперь судьба операции зависела от биологических процессов.

Ми растворился в тени несущей балки. Не прошло и двух минут, как оленя увели в соседнее помещение. Там с хладнокровной точностью аппарат, напоминающий алхимический пресс, извлёк из пантов животного ту самую густую горячую эссенцию. Жизненная сила зверя, заряженная Нейро-синхроном, тёмным потоком хлынула в чан.

Восход ступил в плотную жидкость, погружаясь в свой ритуал с абсолютной уверенностью. Он жадно вбирал чужую, животворящую силу, не догадываясь, что вместе с ней принимает в себя незримую программу воздействия чужого разума.

Агент Ми, пробравшись по вентиляционным каналам к спальне «Восхода», в ту же ночь синхронизировал Скипетр истинной мысли с целью и внушил его разуму нужные Великому совету лап идеи. Всё шло по плану. В средствах массовой информации появились резкие агрессивные заявления восточного лидера. У границ соседних стран наблюдались перемещения крупных частей армии восточного государства под предлогом больших военных учений.

Необъяснимым образом человечество двигалось к войне. Великий совет лап был в восторге от чёткости выполнения сложнейших задач его суперагентом. На PRX рассчитывали на скорейшее саморазрушение земной цивилизации и спасение собственной.

#ВерченкоДмитрий #МойМир #глава8 #РозоваяПланета #фантастика #новаякнига #роман

Глава 8. Ритуал

Было холодно. Приходилось постоянно поддерживать оптимальное тепло внутри своего стелс-скафандра. Резиденция-крепость, напичканная примитивными, но эффективными сенсорами, представляла собой огромный природный заповедник. Даже маленькому агенту-хомяку было непросто остаться незамеченным на её особо охраняемых участках. Ми приходилось на полную мощность использовать свои способности, маскируясь то под кусок льда, то под идеально серый камень, то под белоснежную массу, полностью поглощая тепловое излучение своего тела.

Через несколько часов поиска Ми обнаружил место прохождения ритуала, где «Восход» принимал ванны. Это был огромный монолитный чан, высеченный из тёмного полированного камня, похожего на базальт. Он занимал центральную часть помещения. В этот чан по системе шлангов и насосов, скрытых в каменной толще, беззвучно и непрерывно струился эликсир — концентрированный экстракт пантов. Густая жидкость, извлечённая из молодых «бархатных» рогов оленей, была наполнена животворящей силой. Эссенция имела глубокий тёмно-вишнёвый цвет и сохраняла идеальную температуру, окутывая чан еле заметным тёмно-красным паром.

Процесс, направленный на поглощение чужой энергии, требовал, чтобы эликсир был абсолютно свежим и тёплым. Стерильное помещение, где висел тонкий металлический запах, было оснащено автоматикой для контроля влажности, температуры и малейших колебаний объёма.

Поставка оленей и контроль чистоты эссенции в резиденции Восхода происходили в строжайших условиях. Ми не смог проникнуть в сам зал, чтобы просто ввести Нейро-синхрон в жидкость. Затаившись в вентиляционном канале, он слышал приглушённые голоса службы безопасности Восхода:

— Туда даже мышь не проскочит.

Они даже не представляли, насколько были правы именно в этот момент. Система контроля объёма уже срабатывала несколько раз — здешние сенсоры были слишком чувствительны даже к лишним граммам. План доставки препарата требовал принципиально иного, более умного подхода. Оценив абсолютную неприступность ритуального зала, Ми принял единственно верное решение: не вводить вещество в готовую ванну, а атаковать источник.

Проникнуть в хлев с животными было проще. Во влажном, тяжёлом воздухе пахло сеном и дикой силой парнокопытных. Скафандр моментально перестроился, имитируя оттенок древесины. Ми притаился на деревянной балке под потолком и активировал режим сканирования. Наносенсоры скафандра считали не только внешние параметры, но и внутреннюю инфраструктуру: подкожные биометрические метки, закреплённые на шеях животных, и сетевой протокол, связывавший эти метки с центральным компьютером резиденции Восхода.

Система выбирала цели не случайно, а по хладнокровной логике — по уровню активности и максимальной концентрации питательных веществ в рогах. Через несколько секунд розовый мерцающий контур выделил одну особь — самца с идеальными показателями, чья биометрическая метка уже стояла в очереди на активацию. Цель была ясна.

Доза для человека составляла микрограмм, но количество вещества, необходимое для передачи через метаболизм животного, оставалось неопределённым. Ми должен был рассчитать, сколько препарата уцелеет в организме оленя, сколько останется в концентрированной эссенции после экстракции и сколько дойдёт до Восхода через поры его кожи.

Впервые за миссию Ми столкнулся с тройным коэффициентом непредсказуемости, зависящим от метаболизма, разбавления и проникновения через кожу. На этот сверхсложный расчёт у него были лишь секунды.

Девушка уснула, и во сне была ещё прекраснее. Глядя на неё, маленький розовый хомячок понимал, что никогда не сможет забрать её с собой на PRX. Как хомяк он навсегда останется для неё лишь прелестным розовым клубочком и источником вдохновения, не больше. В этот момент любовь, нелогичное, но неоспоримое чувство, окончательно овладела им. Ему пришла в голову единственная мысль: если он сможет воплотить свой разум в оболочку человека, то сможет познать любовь этой женщины.

Его интеллект тут же выдал жёсткий расчёт: без Розамина разум угаснет, превратив его в нечто, неспособное даже осознать факт своего существования. Для Ми это было страшнее смерти. Выполнение миссии оставалось для него единственным шансом выжить и остаться собой. Он должен был закончить начатое…

#ВерченкоДмитрий #МойМир #глава7 #РозоваяПланета #фантастика #новаякнига #роман

Глава 7. Алёна

После успешного завершения задачи на Западе агент Ми должен был перейти к следующей цели. Он активировал навигационный модуль капсулы и, под предлогом детальной проработки маршрута, отключил свой геолокационный маяк для PRX. Это было обычной практикой при перемещении в особо охраняемые людьми объекты.

Необъяснимое чувство заставило его повторить ввод всё тех же координат квартиры художницы. Впервые в жизни Ми, сознательно нарушив протокол, выбрал заведомо ложный маршрут.

В этот момент девушка заканчивала работу над картиной, которая заворожила Ми своей красотой. На полотне были запечатлены знакомые очертания ночного неба Земли. В нижнем левом углу виднелась аккуратная надпись на одном из самых красивых земных языков: «Алёна Самородова».

В правом верхнем углу, среди сотен белых и жёлтых точек, выделялась всего одна крошечная и розовая. Ми узнал её. Это была PRX — планета розовых хомячков, его родной дом. Её изображение, пропущенное через призму человеческого восприятия и творческого хаоса, ожило здесь, на холсте.

Увидеть свою планету, сведённую до нелогичной, но завораживающей розовой точки в незнакомом искусстве, было подобно чуду, которое нельзя объяснить. В этот момент рухнул его многолетний, безупречный самоконтроль.

Поддавшись этому необъяснимому импульсу, Ми подобрался ближе, сознательно деактивировав маскировку скафандра-хамелеона. Он оказался перед Алёной в своём истинном, абсолютно беззащитном виде: крошечный, розовый, пушистый хомячок с огромными, разумными глазами-бусинками.

— Кто ты? — мысленно прошептала Алёна. Она не издала ни звука, просто уставилась на крошечное существо. Её мозг, перегруженный усталостью и творческим напряжением, решил, что это сон.

— Я Ми, — ментально ответил хомячок, и его голос прозвучал в голове Алёны словно шелест кристальной травы. Его розовая лапка указала на маленькую розовую точку на холсте. — Это мой дом.

Алёна была зачарована. Она медленно протянула руку, боясь нарушить мираж, и осторожно взяла розовый клубок. Она поднесла его к лицу, заглядывая в бездонные глаза-бузинки, в которых, на её удивление, было гораздо больше разума, чем в глазах большинства знакомых ей людей.

— Расскажи мне о нём, — попросила она, всё ещё думая, что спит.

Ми, используя её разум как проектор, начал передавать ей образы: фиолетовые травы, светящиеся реки, парящие города из розового кварцита. Это было не повествование, а чувственное погружение, ставшее для Алёны самым невероятным визуальным наслаждением в её жизни.

Она чувствовала текстуру их воздуха, видела безупречную логику их архитектуры. Вдохновение захлестнуло её, как прилив. Она быстро сняла полотно с изображением звёздного неба, заменила его свежим холстом. Опустила Ми на полочку мольберта, взяла кисть, и её рука, ведомая не разумом, а внушаемыми образами, начала рисовать.

Алёна не могла оторваться от глаз маленького розового существа, передающего ей это удивительное видение, и холста, на котором она его воспроизводила. Картина мазок за мазком обретала вид произведения удивительного великолепия.

Время пролетело незаметно. Полотно кричало своими свежими, яркими, необычными красками. Работа была готова. Художница взяла Ми в руки и села в кресло, внимательно разглядывая только что нарисованное.

— Я назову её «Розовая планета», — сказала она, засыпая и ещё больше погружаясь в мир розовой красоты.

Ми наблюдал, как она перевела его абсолютное совершенство в живой огонь искусства. В его безупречно точном, привыкшем к порядку мозге зародилось нечто новое — странное, но невероятно сильное. Он смотрел на неё, на её картину и впервые задался вопросом:

— Неужели уничтожение человеческой цивилизации — единственный выход для спасения PRX?

Он переместился в вентиляционный канал, надёжно скрытый от примитивных сенсоров. Вещество, введённое в организм цели, было лишь катализатором. Для выполнения миссии требовалась ювелирная работа со Скипетром мысли, и Ми начал транслировать в сознание цели директивы Великого совета лап. Эта работа была утомительной, но необходимой. Агент выполнял её с привычным хладнокровием.

Наблюдение за тем, что люди называют «свиданием», вызывало у Ми лишь недоумение. Чтобы просто передать друг другу одну простейшую команду, этим существам требовалось колоссальное количество времени. Они звенели стеклом, поглощали спиртосодержащие жидкости, бесконечно шептались и тёрлись телами, считая этот затянувшийся ритуал необходимым элементом коммуникации. Но агент первого класса Ми, привыкший к мгновенному обмену мыслями, чувствовал себя так, будто ждёт, пока ленивая улитка доползёт до финиша. Весь этот сложный человеческий процесс казался ему самым нелепым способом передачи данных во Вселенной.

Только после четвёртой ночи воздействия Ми увидел результат. Выражение лица Заката изменилось. Он перестал вести себя как обычно и, глядя в своё отражение в зеркало немигающим взглядом, произнёс:

— Мы удвоим военный бюджет и начнём вытеснение конкурентов из Арктического сектора. Усилим соседствующий с Востоком Центр оружием и перейдём на тотальный военный контроль!

Великий совет лап на планете розовых хомячков, получив сигнал от Ми, взорвался ликованием. План сработал безупречно.

#ВерченкоДмитрий #МойМир #глава6#РозоваяПланета #фантастика #новаякнига #роман

Глава 6. Ювелирная работа

Ми завершил подготовку капсулы телепортации. Скипетр истинной мысли был заряжен Нейро-синхроном. Модуль биоассимиляции находился в спящем режиме. Проверив системы маскировки, обороны и энергоснабжения, он убедился, что стандартный комплект снаряжения готов. Агент принял команду ВСЛ как высшую логическую директиву и спустя мгновение направился к резиденции цели номер один.

Проникновение заняло минимальное время. Вскоре он обнаружил свой первый запланитанный контакт в этой миссии — молодую особь женского пола в ванной комнате, примыкающей к апартаментам Заката.

Наблюдая за объектом, он неожиданно поймал себя на сравнении. Это была совершенно другая красота. В сознании, вопреки всем протоколам, мелькнул образ художницы. Импульс был сильным, но Ми мгновенно подавил его как программную ошибку.

Притаившись на карнизу, он наблюдал за запутанными манипуляциями. Женский ритуал был последовательным: каждая часть её тела подвергалась либо увлажнению, либо покрытию декоративной косметикой. Ми, чей мир состоял из розового меха и строгой геометрии, искренне не понимал: зачем существу, претендующему на разумность, рисовать себе новое лицо поверх настоящего? Привыкнув к точным формулам и прозрачным алгоритмам, он не мог найти логику в этих действиях. Всё это выглядело как древний обряд, где процесс самолюбования был важнее результата.

Его внимание зафиксировало инструмент внедрения: флакон с помадой на мраморной столешнице. С точки зрения PRX, это было идеальное средство доставки. Земляне имели странную, почти абсурдную привычку обмениваться биологическими жидкостями и частицами кожи в знак доверия. Ми оставалось лишь сделать это внедрение результативным для передачи Нейро-синхрона.

Агент приблизился к флакону. Тонкий луч лазера срезал долю миллиметра воскового стержня, и микроаппликатор впрыснул вещество прямо в структуру красящего состава. Теперь помада превратилась в биологический детонатор, ожидающий момента активации.

Надев лёгкое платье, девушка нанесла «заряженный» пигмент на губы и положила флакон в маленькую дамскую сумочку. Потом закинула туда ещё несколько мелочей и приготовилась выйти. Ми понял — это последний шанс использовать этот канал доступа и попасть внутрь охраняемого периметра. Сумка была транспортом к цели, но также и «чёрным ящиком», полным непредсказуемых предметов.

Это был запредельный риск. В момент, когда девушка поднесла сумочку к телу, чтобы застегнуть замок, агент первого класса метнулся в закрывающуюся щель. Он приземлился на мягкую, ворсистую поверхность, едва избежав столкновения с пудреницей.

Молния застегнулась. Ми оказался в абсолютной темноте, окружённой хаотичными земными запахами: смесью духов, кожи какого-то убитого животного и целого склада косметики. Он был заперт в тесном пространстве и завален странными предметами. В этой неразберихе соседствовали жевательные резинки, мятные конфеты, гигиенические салфетки, тампоны и латексные изделия в блестящих конвертах — всего было не разглядеть.

Агент активировал слуховой адаптер своего скафандра, чтобы компенсировать барьерную изоляцию. Он слышал приглушённое шуршание — шаги девушки по мягкому ковру. Это означало, что они приближаются к цели.

Ми ждал. Его учили ждать. До его слуха донеслись звуки: низкий мужской смех Заката и высокий, мелодичный ответ девушки. Звон бокалов, шуршание огня в камине, тихие слова и едва слышное, расслабленное дыхание. Наконец, передача вещества состоялась. В момент поцелуя агент зафиксировал на сенсорах идеальный переход Нейро-синхрона на слизистую цели.

Наступило короткое затишье. Затем девушка открыла сумочку и стала перебирать её содержимое. Скафандр подстроился под тона интерьера, и, поймав момент, Ми выскочил из своего тесного убежища.

Глава 5. Единственный способ выжить

Материализовавшись в Кванториуме войны, он был идеально спокоен, но его внутренняя логика работала в режиме предельной нагрузки. Рядом с ним над плазменным столом мерцали результаты анализа сорванной миссии.

— Объект оказался невосприимчив, Ми.

Ко, оставаясь идеально неподвижным в своём гравитационном кресле, передал ему лишённый всяких эмоций ментальный импульс.

— Публичные заявления Заката оказались лишь фоновым шумом земной политической системы. Научный консилиум нашёл причину провала.

— Нами был недооценён защитный барьер землян, — объяснил Магистр Ву. — Их мозговая активность защищена уникальным набором непредсказуемых элементов, которые полностью блокируют действие Скипетра.

Он активировал голограмму — над столом появились крошечные, идеально огранённые розовые кристаллы.

— Для того, чтобы Скипетр истинной мысли заработал, необходимо его активное проникновение в кровь человека. Нам нужно особое вещество. Отныне оно называется «Нейро-синхрон» — универсальный проводник мысли. Всего одного микрограмма достаточно для создания необходимого канала проникновения.

Ми проанализировал данные. Впрыскивание через охраняемые периметры было невозможно. Поэтому он спросил:

— Способ введения в кровь цели?

— Пока не определён, работаем. Синтез Нейро-синхрона в виде аэрозоля для распыления в атмосфере потребует гигантских ресурсов и слишком много времени. Также существует риск, что вещество будет обнаружено их примитивными сенсорами.

После небольшой паузы план выполнения задачи приобрёл чёткие очертания.

— Миссия требует активного внедрения в среду, окружающую цели, — объявил Ко, анализируя информацию. — Анализ данных выявил уязвимости.

Ко вывел на экран подробный план:

— Первая цель, — «Закат» — слабостью лидера Запада являются женщины. Вещество проникнет через слизистые оболочки, минуя первичные защитные барьеры.

— Вторая цель, — «Восход» — вещество будет добавлено в кровь молодых оленей, в которой лидер Востока принимает свои ритуальные омолаживающие ванны. Оно впитается через кожу.

— Третья цель, — «Зенит» — Нейро-синхрон будет введён в смесь для ежедневного ингалятора лидера Центра, используемую им для поддержания работоспособности. Это обеспечит самый быстрый путь доставки прямо в нервную систему.

— Вам, агент Ми, придётся найти лучшие способы осуществления данного плана.

Ми знал, что это означает. Шахматная партия, разыгранная Великим советом лап, должна была заставить фигуры убить друг друга. Поэтому срок его пребывания на Земле стал неопределённым. Он принял приказ с холодной радостью. Его личный, иррациональный протест совершенно случайно совпал с высшим приоритетом цивилизации.

— Времени очень мало, Ми, — ментальный голос Ко сменил тон на предельно низкие, тревожные частоты, чего Ми не слышал никогда. — Природный поток «Розамина» из недр PRX истощён. Все наши знания и сила разума полностью зависят от этого критически важного элемента.

— Мы не можем просто добывать «Изотоп-275» из земной коры, — объяснил Ву. — В ней он находится в связанном состоянии. Чтобы разорвать эти связи и превратить сырье в Розамин, нужен чудовищный выброс энергии.

Магистр Су дополнил:

— Мы должны мгновенно создать мощное энергетическое поле на поверхности Земли. Только глобальный термоядерный обмен обеспечит необходимый выброс и высвобождение изотопа из недр и биосферы. Это наш катализатор и единственный способ выжить.

Ми никогда не видел Магистров такими неуравновешенными и раздражёнными. И это состояние говорило о том, что ни одна задача в истории PRX не имела такой жизненной важности.

#ВерченкоДмитрий #МойМир #глава5 #РозоваяПланета #фантастика #новаякнига #роман

Живая красота девушки мгновенно разрушила его привычный порядок. Волна необъяснимого чувства пронзила сознание. Он не понимал, что происходит. На PRX ничего подобного не существовало. Впервые за всю жизнь идеальный мозг Ми полностью потерял контроль над мыслями. Он просто стоял и не мог оторвать взгляда.

Ми забыл о миссии, о Великом совете лап, о необходимости уничтожения этой цивилизации. Единственное, что он чувствовал, — очарование этой прекрасной незнакомки.

Он внезапно вспомнил, что невидим, и может рассматривать девушку с любых ракурсов. Странное любопытство оказалось совершенно необъяснимым. Это был всплеск диких эмоций, в которые он погрузился под воздействием этой притягательной красоты. Рассматривая мягкие изгибы её тела и живую текстуру кожи, Ми окончательно потерял ощущение времени. Именно в этот момент он получил экстренный сигнал с PRX:

— Агент Ми! Ваши первичные данные по «Закату» ложны. Внушение не сработало. Срочно возвращайтесь на PRX.

Смесь необычных эмоций вновь накрыла волной, открыв новые грани перед инопланетным странником. Но разбираться в них ему было некогда. Быстрым, отточенным движением мысли Ми инициировал процесс телепортации на родную планету.


#ВерченкоДмитрий #МойМир #фантастика #роман #любовь