«Свояк пустил чужих»

Антонина влезла на чурбак и загнала первую прядь пакли в щель под окном. Стена за лето рассохлась, и щель шла ровная, длинная, как ножом резанная. Она брала прядь, скручивала её на колене и налегала конопаткой сверху, ладонью.

— Подавай, — сказала она вниз.

Галька подала пучок. Пакля лежала под навесом с прошлой недели, отсырела, и пальцы от неё делались склизкими.

Малой возил по луже щепку и мешался под ногами. Антонина переставила чурбак ближе к углу и полезла опять. Отсюда было видно, что бревно под окном не просто рассохлось, а провисло серединой, и щель к правому углу расходилась шире.

По дороге, разбивая колею, шла телега. Гаврила придержал у их прясла, свесил ногу. В телеге, увязанные верёвкой через грядку, лежали доски — светлые, свежие, с завитками стружки по кромкам.

— Ты мхом бы, — сказал он. — Пакля в мороз каменеет. Её потом выковыривать замучаешься.

— Где я тебе мху возьму.

— Привезу. У меня за Выселками болотце, там его хоть возами.

— Ну привези.

Он поглядел на стену, прищурился.

— Ты нижний венец-то смотрела?

— Смотрела.…

🎧 Аудиорассказ целиком (18 мин) — ниже. Дочитать текстом — по кнопке.