Глава 10. «Небесная логистика»

Мне хотелось плакать, смеяться, прыгать от счастья. Мы это сделали! Моя книга окончательно закончена. Я даже не буду пропускать её через фильтр литературных правил. Это мой выношенный, выстраданный и любимый «ребёнок». Можете мне поверить, я знаю, с чем сравниваю. Период написания включал всё. Было ликование, потом резкий спад и токсикоз, что меня тошнило и мутило от собственного текста. Несколько раз мне хотелось удалить всё и забыть. Но, к счастью, я этого не сделала. Иногда я не спала ночами, потому что мысли текли и просились на бумагу. А иногда всё затихало, и мне было страшно, что я больше не напишу ни строчки. И тогда я слёзно молилась. И вот передо мной книга со мной и Иисусом на обложке.

Сегодня мы сидели за столом втроём — Иисус, Рафаил и я. Небольшой тортик и чай с лесными ягодами и сосновыми шишками.

— Ты оставила в договоре незаполненные строки, не хочешь вписать туда что-нибудь? — спросил Иисус.

— А что, так можно? — я удивилась.

— Пиши джекпот в вознаграждениях, — подмигнул Рафаил и толкнул меня своим крылом.

— Отвали, — в тон ему ответила я и, посмотрев на Иисуса, сказала, еле сдерживая смех: — Он соблазняет одного из малых Твоих.

Они засмеялись, а я пошла за договором, который всё это время лежал в ящике стола.

Возвращаясь обратно, я увидела напротив пункта 3.3 галочку, поставленную мной простым карандашом. Пункт гласил: «Книга не является коммерческим произведением и передаётся из рук в руки между читателями».

— Как это будет происходить? Вы уверены, что её будут передавать? Может, она вообще никому не зайдёт, — я совершенно трезво оценивала ситуацию, спрос книг на рынке и то, какой рекламой и маркетингом их продвигают.

— О, я же говорил — маловерная, — сказал Рафаил, поглядывая то на меня, то на Иисуса.

— Даа, с Фомой было проще... — вздохнул демонстративно Иисус.

— Ну знаете. Фома мужчина, а я девочка. Что сотворили, то и получили. — И мы вновь рассмеялись.

Перечитывая договор, я дошла до пунктов 5.3 и 5.4 с пустыми строчками. Я смотрела на них и не знала, чего я хочу. Все мои списки желаний словно выцвели. Иисус ел торт, запивая чаем. Рафаил затаил дыхание, словно его сердце выбивало барабанную дробь, и вытягивал шею, чтобы увидеть, что я напишу. В моей голове проносилось множество желаний, и все они меня не цепляли. И вот я взяла ручку и написала. В строке 5.3: «Пусть у каждого, кто прочитает эту книгу, состоится личная встреча с Иисусом Христом».

Наступила тишина, я слышала, как стучит моё сердце. Во всём теле я чувствовала дрожь. Я словно отказывалась от своих хотелок, от строительства дома и джип-тура по Алтаю. Но я всем сердцем хотела, чтобы мои читатели не просто прочитали художественный жанр, а пережили то, когда Иисус становится близким Другом. Чтобы не разреветься, не знаю от чего больше: то ли от того, что этот акт вызывает у меня трепет, то ли от того, что я боюсь, что все мои желания теперь станут под копирку отменены и будут удалены. Поэтому я сразу начала писать в пункте 5.4: «Соавтор 2 получает силу, смелость и творческие способности для всех своих писательских идей, которые реализуются в её предстоящих книгах».

Слёзы навернулись на мои глаза, подбородок дрожал, и я еле выдавила из себя:

— Вот. Как-то так.

Рафаил соскочил со стула и начал прыгать как мальчишка.

— Я знал! Я знал! Я знал, что людей ты любишь больше, чем деньги.

Иисус взял мои руки в Свои и с навернувшимися на глаза слезами сказал:

— Спасибо.

— За что? — не вынимая рук, почти шёпотом произнесла я.

— За твой выбор.

— Да ладно, это было не трудно. — Какая-то излишняя скромность подкатила, и я пожала плечами.

Рафаил резко остановился.

— Чего?! Надо было показать тебе того медведя, что шёл к берегу. А ты решила заснуть в этом хрупком домике на берегу даже без всеми любимого «Магния».

Его пример снял некое напряжение, и мы засмеялись.

Вдруг Рафаил раскинул крылья и, вытянувшись по стойке смирно, громко произнёс:

— Свят, Свят Господь Саваоф!