ГЛАЗАМИ ЖУРНАЛИСТА

ПРОКЛЯТЫ

Палата тонет в белизне,
Как белый флаг. И нет в нём чести.
Мы здесь забыты, как во сне,
Мы как в плену, лежим в безвестье.
Нас государство берегло
Где пахло порохом и гарью.
У тыловых в глазах лишь зло.
А шрам горит под белой марлей.

Мы не нужны. В казённой тьме
Молчат чиновничьи приёмные.
Мы — как надгробья на холме,
Своей отчизной отстранённые.
Нас бросили. И не в бою,
В стерильной тишине «обменника» –
В больничном прокляты в раю,
Где стонет только сердце пленника.

Ещё вчера — мы были «щит»,
Строка в отчёте, гордость нации.
Сегодня мы – кровавый бинт
Как символ существа в прострации.
Здесь капельница, как брегет,
Отсчитывает дни забвения.
Мы прокляты. В объятье бед
Уже не ищем вдохновения.

Мы прокляты? Быть может, да.
Но прокляты и те, кто выше –
Кто предал нас, когда беда
Ломала души, а не крыши.

Дуайен арены и долгострой на Суре
Мои публикации «Цирк на Суре» и «Старейшина цирков»: опыт систематизации

В моих публикациях «Цирк на Суре» и «Старейшина цирков», вышедших в «Литературной газете», речь идёт о двух сторонах одной темы — о культурной памяти и о современном состоянии пензенского цирка. В центре этого разговора оказывается Николай Александрович Жидков — человек, которого по праву называют дуайеном, старейшиной циркового сообщества.

«Старейшина цирков»: Николай Александрович Жидков

В моей публикации «Старейшина цирков» речь идёт о Николае Александровиче Жидкове. Он возглавлял Пензенский государственный цирк с 1969 года на протяжении 36 лет — до 2005/2006 года. Приняв учреждение, занимавшее одно из последних мест в стране, он сумел вывести его в число лучших. В 1987 году решением директоров 70 цирков страны Николай Александрович был избран дуайеном — старейшиной.

Для меня это принципиально важный сюжет. Цирк — это не только здание и не только афиша. Это люди, традиции, преемственность. Жидков — как раз тот человек, который олицетворяет эту преемственность. Поэтому, когда я пишу о современном состоянии «Цирка на Суре», я неизбежно возвращаюсь к его фигуре: речь идёт не об абстрактном объекте, а о деле, которому он отдал большую часть жизни.

«Цирк на Суре»: здание есть — ввода нет

В материале «Цирк на Суре» я анализирую хронологию долгостроя. Активная фаза реставрации и строительных работ началась в 2013 году. С тех пор прошло более десяти лет; если считать от 2013 года, к сегодняшнему дню ожидание измеряется уже более чем двенадцатью годами. Сроки сдачи объекта неоднократно переносились. В 2023–2024 годах назывались новые даты завершения работ, однако ввод в эксплуатацию так и не состоялся. Когда это произойдёт, доподлинно неизвестно.

Ключевая формула здесь точна и горька: цирк фактически построили, но он до сих пор не введён в эксплуатацию. То есть объект материально существует, но культурно и юридически не работает. Это и есть главный парадокс: город, который по праву считается родиной российского цирка, годами ждёт открытия арены.

Пока чиновники отчитываются о выделенных средствах и переносят даты, «Цирк на Суре» остаётся в состоянии неопределённости. А «Старейшина цирков» Николай Александрович Жидков напоминает о том, ради чего этот объект вообще должен быть введён в строй. Остаётся надеяться, что финал у этой истории будет не таким, как у долгостроя, и цирк наконец распахнёт двери для зрителей.

P. S. По последним данным, ввод в эксплуатацию пензенского цирка запланирован на 2030 год. Это следует из распоряжения правительства РФ №4136-р, опубликованного в феврале 2026 года.