Джеральд Даррелл и другие животные

Джеральду Дарреллу в детстве не нужен был аквариум. Он жил на солнечном Корфу, где море тёплое, а вместо стеклянных стенок - бесконечная синь, в которой плавали тысячи существ: осьминоги, морские коньки, рыбы всех цветов и форм.

Но что делать тем, кому с местом проживания повезло меньше, зато повезло с другим: с любовью к подводным обитателям? Именно для вас - канал Николая, который ведет Тг-сообщество по аквариумистике, про аквариумы, для аквариумистов.

Николай дает полезные статьи по лечению, разведению и уходу.

Кстати, канал он ведет совместно с подписчиками. Присоединяйтесь к сообществу единомышленников, покажите им свой аквариум и посмотрите другие.
https://max.ru/channel_akvarium

Вскоре после этого случая Бандиты кузиманза сыграли схожую шутку и со мной. Каждое утро, покормив их завтраком, я позволял им шататься вокруг моей кровати, да и по ней тоже, пока мне не будет подан чай. Они имели привычку тщательно обследовать постель, перехрюкиваясь и перевизгиваясь, бегая туда-сюда и суя свои длинные розовые носы во все складки, чтобы разведать, не спрятано ли там что-нибудь вкусненькое.

В то роковое утро я лежал и дремал, а Бандиты тем временем совершили восхождение на кровать и затеяли возню на одеяле.

Вдруг я почувствовал невыносимую боль в ноге. Я вскочил - и что же вижу?

Оказывается, один из Бандитов разнюхал мой палец и решил, что это тот самый лакомый кусок, который я от него спрятал. Он старался запихнуть палец как можно глубже в рот и жадно жевал его, довольно урча. Не в силах вынести такое издевательство, я схватил гаденыша за хвост и заставил его отцепиться, что он и сделал с большой неохотой.

Эти мелкие создания кусали и царапали меня, пожалуй, больше, чем любые другие твари, попадавшие ко мне в коллекцию. Но при всем том они доставляли и большую радость. Я знал, что они кусаются отнюдь не из-за своего дурного нрава, а просто потому, что принимают мои руки за кусок еды.

Порою они выводили меня из себя и я думал, что хорошо бы поскорее передать их в зоопарк - пусть кусают кого-нибудь другого, кто будет за ними ухаживать! Но когда дело действительно дошло до этого, мне стало очень грустно.

Взглянув на них уже в зоопарке, я даже засомневался, они ли это - так мило и славно возились они в опилках и вертели своими глупенькими носиками.

Когда я подошел к клетке попрощаться, они выглядели такими тихонями и скромниками, что я решил напоследок погладить их по головке. Плохо же я знал своих подопечных! Тут же вместо образцовых пай-деток передо мной предстали прежние Бандиты, и не успел я вынуть палец, как они вцепились в него всей троицей.

Я насилу от них отделался и, отойдя от клетки и вытирая кровь платком, подумал: «Как же все-таки хорошо, что возиться с этими бандюгами теперь придется кому-нибудь другому!»

📚 Новый Ной
👉 Дж.Даррелл: в Макс | в Телеграм

📍 Помните, как одна красотка не хотела выходить за молодого Даррелла, потому что считала, что его рано или поздно сожрет лев? 🙈

В комментариях к постам наши подписчики тоже не раз писали: «Это просто удивительно, что ДД дожил до старости и умер в своей постели! Какой сильный у него ангел-хранитель!»

О да – его ангелу приходилось работать на износ в каждой экспедиции. Вот пара фактов из книги-биографии:
————
Джеральд в Бафуте вел увлекательную жизнь, переходил вброд реки, кишащие змеями, голыми руками ловил зверей в норах. Но в какой-то мо­мент его стали преследовать неудачи.

Возможно, виной всему стало нараставшее переутомление и излишняя са­моуверенность. Он упустил несколько ценных животных, а некоторые про­махи могли не только погубить его репутацию зверолова, но и просто стоить ему жизни.

Впервые смерть прошла рядом, когда он пытался сделать раненой коб­ре укол формалина в голову.

Затем 22 марта взрослая белка Стрейнджера прокусила ему вену на запястье, и Джеральд истекал кровью, как «недоре­заная свинья».

Вскоре после этого на Джеральда напали три очень возбуж­денные смертельно ядовитые зеленые гадюки, а он был в одних шортах и сандалиях.

«Господи, как же я подпрыгнул! — лаконично записал он в сво­ем дневнике. — В тот момент я по-настоящему испугался».

Фото: Джерри в Бафуте с питоном, 1957 г.
👉 Дж.Даррелл: в Макс | в Телеграм

Солнце пылало над лесом с беспощадностью костра инквизиции. Любой ветерок словно запутывался в ветвях деревьев и не долетал до лужайки. Мы ополоснулись тепловатой водой, но в результате вспотели еще пуще.

После этого все отправились на общественную веранду, где пылали лампы-молнии и мерцал огонь, на котором готовили еду; струйка дыма и мерцание пламени придавали происходящему некое сходство с колдовством.

Колдовал же над огнем, готовя пищу, пахнущую так, что текли слюнки, сам месье Эдмонд — главный лесничий, обладавший бесценным для нас знанием леса, а главное, организаторскими способностями. Он был безмолвен и говорил, только когда к нему обращались, и имел привычку (свойственную, видимо, всем мальгашам) все время куда-то бесследно исчезать; но тем не менее за что бы он ни взялся, все получалось при минимуме возни.

Он угостил нас великолепным цыплячьим жарким, за которым последовала розовая, как заря, папайя, которую он умудрился достать не знаю где: в этом лесу нет фруктовых деревьев.

Полная луна, словно большой серебряный медальон, плыла по небу из черного бархата, сияя так ярко, что можно было читать, — в этом я убедился на практике.

📚 Ай-ай и я
👉 Дж.Даррелл: в Макс | в Телеграм

И когда наставало время чистить стойла бизонов, душа моя наполнялась легкой тревогой, потому что старые быки (которым явно никогда не приедалось это зрелище) подходили и выстраивались плотной шеренгой вдоль открытой стороны сарая. С глубоким интересом наблюдая, как мы сгребаем вилами солому и навоз, нагружаем и вывозим тачки, они время от времени протяжно и гулко фыркали, заставляя нас вздрагивать.

Помню случай, когда один из стариков неожиданно забрел прямо к нам в сарай. Мы побросали вилы и обратились в паническое бегство, но вскоре убедились, что бык не замышлял ничего дурного — просто он заметил половинку свеклы в разворошенной нами соломе. И как только сжевал ее, побрел обратно на склон.

В южной части вольера находился участок, где бизоны любили кататься по земле. Местами тяжелые туши стерли траву, и на зеленом фоне белели большие плешины оголенного известняка. Старые быки спускались туда степенным шагом, правильным строем. А затем ложились на землю и энергично брыкали задними ногами, так что вся туша конвульсивно дергалась. Издали казалось, что бизоны силятся освободиться от опутавшей их незримой сети.

Жесткий мел соскребал с кожи слинявшую шерсть, которая их явно раздражала. Около получаса длилась эта процедура; наконец, начесавшись всласть, быки тяжело поднимались, и по мягкой коричневой шкуре на боках и брюхе пробегала мелкая дрожь. Отряхнутся от белой пыли и с крошками мела в спутанной гриве бредут на пастбище.

Когда приходила пора сбрасывать зимнюю шубу, на них словно какое-то исступление находило. Куда ни погляди — непременно увидишь бизона, который, закрыв глаза, в экстазе упоенно скребется о прутья ограды или корявый ствол боярышника.

От слинявшей шерсти на голове и плечах они избавлялись другим способом. Тут их выручал густой терновник: его стволы отлично подходили, чтобы поскрести спину, а свисающие почти до земли переплетенные ветви служили частыми гребнями. Проходят поочередно под деревьями так, чтобы ветви цепляли их густые гривы, а сучки и колючки вычесывают ненужный зимний волос.

Весной терновник весь бывал увешан, словно диковинными плодами, клочьями мягкой желтовато-коричневой шерсти, и эти пушистые пряди пользовались большим спросом среди воробьев и овсянок, которые выстилали ими гнезда.

📚 Звери в моей жизни
👉 Дж.Даррелл: в Макс | в Телеграм

Как и во всех случаях, когда мы собирались в экспедицию за редкими животными, нас заваливали самой противоречивой информацией толпы доброжелателей, мороча нас на смеси малагасийского, французского и ломаного английского.

— В каком состоянии дорога из пункта А в пункт Б? — интересовались мы.
— Да вы что! Не смейте даже думать ехать по ней! — кричал один доброжелатель, которого привел в ужас сам вопрос. — Там ямы размером с винный погреб.

От других доброжелателей мы узнавали, что дорога мягка, словно шелк; от третьих — что ехать по ней все равно что катить по спине крокодила; и наконец, четвертые сообщали, что она куда лучше парижской рю Де-Риволи.

— А как насчет паромов? — спрашивали мы с надеждой.
— Паромы? Да так, хотят — ходят, не хотят — не ходят. А если опоздаешь к приливу, проторчишь сутки, если не больше.
— Вас интересуют паромы? Не беспокойтесь, по ним хоть часы проверяй.

И так все! Брать рис — не брать; тащить с собой запас бензина — не тащить; запасаться консервами — зачем такие сложности.

Городок Анаматаратевиолала (язык сломаешь!), через который лежал наш путь, нам обрисовали в таких радужных тонах, словно там на каждом шагу филиалы магазинов «Харродз» и «Фортунум». Но другой доброжелатель тут же докладывал, что в этом городишке пусто, как в пустыне.

📚 Ай-ай и я
Фото: Джеральд в малагасийской деревне