Темник

Обстоятельства, в которых находится страна, подталкивают к поиску нестандартных рычагов для усиления существующих институтов развития. Правительство внесло в Госдуму законопроект о преобразовании Фонда развития промышленности в закрытый паевой инвестиционный фонд с последующей его интеграцией с ВЭБ.РФ.

Судя по всему, этот шаг должен масштабировать модель точечных решений проблемы высоких кредитных ставок для отдельных промышленных предприятий, особенно остро нуждающихся в инвестициях. ФРП предоставляет льготные займы под 3-5% предприятиям, вовлечённым в производство продукции, соответствующей или правительственным перечням приоритетной продукции и критических комплектующих, или реестру продукции, направленной на поддержку нацпроектов по достижению технологического лидерства.

Реорганизация, как сообщается, даст возможность привлечь на один бюджетный рубль фонда ещё 9-10 рублей частных инвестиций. Однако трудно представить себе чисто рыночную модель, при которой возможно привлечь сторонний капитал для выдачи кредитов по льготной ставке, в разы меньшей, чем ключевая ставка рефинансирования.

Значит реорганизация имеет чисто технический характер. Она позволит, прежде всего, создать новую правовую форму, дающую возможность кратно увеличить объем фонда. А вслед за этим увеличить и количество поддерживаемых проектов, и их масштаб. Надо полагать, что частный капитал войдёт в дело не столько ради прибыли, сколько вследствие ответственного и сознательного отношения к задаче развития высокотехнологичного сектора отечественной экономики.

Всё для фронта, всё для победы — этот девиз давно стал частью нашей национальной идеи.

Валентина Матвиенко заявила: продления «гаражной амнистии» больше не будет. Она от лица государства чётко обозначило дедлайн — 2031 год, отметив низкую активность граждан в легализации своих объектов. По сути, федеральный центр посылает сигнал о скором закрытии окна возможностей и переходе от бессрочных уговоров к жёстким временным рамкам.

Вообще, за этим бюрократическим процессом скрывается сложный клубок социально-экономических интересов.

С одной стороны, государственные институты планомерно стремятся повысить прозрачность и вывести из тени колоссальную по своим масштабам «гаражную экономику» (кустарные производства, СТО, склады челноков, репетиционные базы), интегрировав её в легальное правовое и фискальное поле.

С другой стороны, владельцы этих объектов демонстрируют вполне рациональное экономическое поведение. Нежелание регистрировать собственность зачастую продиктовано стремлением избежать дополнительных издержек в виде налогов и излишнего внимания проверяющих инстанций. Для многих сохранение статуса невидимости пока перевешивает плюсы официального владения.

В наиболее сложной ситуации оказались региональные власти, пытающиеся нащупать хрупкий баланс. Находясь «на земле», они прекрасно понимают местную специфику. Именно этим продиктованы их недавние инициативы по «донастройке» амнистии — просьбы разрешить оформление многоэтажных боксов, объектов в водоохранных зонах или регистрацию по показаниям соседей. На местах осознают: если не адаптировать строгие правила под сложную реальность сейчас, то после 2031 года огромные нелегализованные массивы придётся сносить бульдозерами. А массовая ликвидация привычной инфраструктуры неминуемо создаст риски локальных социальных взрывов, купировать которые придется именно губернаторам.

Миронов по-прежнему не вернулся в строй. Его не видно на мероприятиях с конца августа. Эсеры не говорят, что случилось, легенда о небольшой травме уже на так правдоподобна. А значит спекуляции о слабости лидера будут только усиливаться в ближайшее время, как и борьба за власть в партии.

Парламентарии внесли законопроект, который приравнивает военную службу и службу в органах МВД к муниципальному стажу. Причём для участников СВО один день будет засчитываться за два.

Можно сказать, что эта инициатива институционализирует на уровне местного самоуправления элементы милитократии (власть служивых), превращая силовой бэкграунд в мощный социальный лифт для перехода в систему гражданского управления.

Однако при реализации закона неизбежно возникнет деликатная проблема — эффект «стеклянного пола» и ловушка компетенций. Ветераны получают право «перепрыгнуть» нижние ступени карьерной лестницы, но законопроект не отменяет конкурсные процедуры и жёсткие требования к профильному образованию. Образуется разрыв: стаж для занятия руководящей должности есть, а специфических навыков (работа с госзакупками, написание нормативных актов, урбанистика) не хватает. Ветеран может прийти с ожиданием высокого поста, но споткнуться о квалификационные фильтры, что несёт риски глубокого разочарования.

Чтобы инициатива не привела к конфликту ожиданий и реальности, государству потребуется оперативно внедрить механизмы адаптации. Для успешного преодоления разрыва в компетенциях очевидна необходимость создания параллельной, ускоренной и, возможно, упрощенной системы профильного образования, разработанной специально для подготовки ветеранов к реалиям муниципальной службы.