Зубцов ест (и пьёт)

Антиконьяк.

Довелось тут на днях познакомиться с очень странным напитком. Это вроде бы коньяк от старейшего французского дома Godet, к слову, один из последних независимых домов, не продавшихся большим корпорациям.

С 1550 года до наших дней дом принадлежит семье Годе. Их продукция не так известна у нас, как распиаренные и всем известные марки, однако из того, что мне доводилось пробовать, — всё было очень‑очень классным.

И вот бармен ставит на стойку квадратную бутылку, похожую на брусок льда. Внутри совершенно прозрачная жидкость. Ну прям водка или молодая граппа. На бутылке надпись: «коньяк Антарктика». Беру в руки бокал‑тюльпан с напитком, оцениваю аромат. Пахнет как хороший дистиллят: никаких присущих коньяку кондитерских нот, никаких тебе цветов или специй. Просто пахнет хорошим, мягким самогоном. Ну, может, где‑то очень далеко чуток мёда.

— А это точно коньяк? — интересуюсь я.
— Сто процентов, — уверяет меня бармен.

Пробую на вкус. По вкусу просто очень хорошая, мягкая граппа. Вроде как даже выдержанная, хотя цвет — как родниковая вода.

Выяснилось, что напиток далеко не новый и до всей херни был широко известен в узких кругах. Нынешний глава дома, Жан‑Жак Годе, придумал его после путешествия к Антарктиде в 2008 году. Чтобы добиться прозрачности, он дважды прогнал готовый коньяк через какой‑то очень серьёзный фильтр. В итоге всё, за что мы любим этот выдержанный дистиллят (цвет и все свойственные ему ноты вкуса и аромата), осталось где‑то в этом фильтре.

Ради любопытства — можно попробовать, но не более того. Хотя разумнее будет просто взять какого‑нибудь хорошего фруктового дистиллята, например, шнапса или того же кальвадоса.

Enjoy the silence. Доброе утро

А это, к слову, творог с вареньем из местного тутовника. Объедение.

Волгоградская ботаника: финал.

Основная масса городских деревьев уже охвачена, но есть ещё некоторое количество красивых видов, которые я пропустил. Давайте по порядку.

Сумах оленерогий, также известный как уксусное дерево, прибыл к нам из Северной Америки и великолепно себя здесь чувствует. Сейчас я постоянно встречаю его и в парках, и во дворах. Очень красивое растение, особенно хорошо оно выглядит осенью. А ещё лет 10–15 назад никто про него и знать не знал. Или, может, один я его не замечал?

Сумах нормально переносит заморозки, быстро растёт. Его высушенные плоды являются специей в кулинарии. Однако, в отличие от берёзы, он не защелачивает почву, а, наоборот, закисляет (не зря его прозвали уксусным), что подавляет рост близлежащих растений. Надо бы стравить их с берёзой и посмотреть, кто кого.

Но в целом оленерогий радует глаз и аллергии не вызывает, поэтому пусть себе растёт.

Сакуры.

Это никакой не вид, а целая группа декоративных вишен и слив, которые принято так называть. В Японии известно около 100 разных растений под этим брендом. Всех их объединяет одно: они роскошно цветут весной, а их плоды практически несъедобны. В нашем парке культуры и отдыха есть целая аллея из сакуры, на улице Пушкина тоже встречаются. Каждую весну стою и фотографирую эту феерию — и не надоедает. Даже хокку как-то сочинил под впечатлением, зацените:

Яичницу мне принесла,
Сгорело, не съесть ни кусочка,
Маму твою вспоминаю.

Рябины.

Идеальный горожанин — красивое, компактное, стройное дерево. Практически не мусорит. Ещё и птиц подкармливает зимой. Мы называем и красноплодную, и черноплодную версию дерева «рябины», но, оказывается, это разные деревья, хоть и из одного семейства розовых. Черноплодка — скорее кустарник, и она ближе к боярышнику, ирге и даже к яблокам.

Но я рад всем видам рябин на наших улицах. А ещё когда-то уважал рябину на коньяке.

Вот на этой задорной ноте мой обзор городской древесной ботаники Волгограда завершается. Он не претендует на какую-то академичность или что-то такое. Но, прочитав его, с большой долей вероятности вы узнаете, что за дерево в городе растёт под окном или в ближайшем парке.

Спасибо, что дочитали, до встречи в новых обзорах.

Часто так делаю

Растёт в Волгограде берёзка.

Волгоградская ботаника 10

В стихах Маргариты Агашиной, из которых получилась знаменитая песня Людмилы Зыкиной, рассказывается про одинокую волгоградскую берёзку, которую привезли сюда издалека. А ещё упоминают про долгую акклиматизацию дерева и тоску про своим лесам.


Что ж, стихи отличные, трогательные, слезу вышибают на раз-два. Однако в современном нездоровом мире, где аллергия у каждого второго, не все рады этому, не свойственному нашим широтам, растению. И я в первых рядах.


Много раз уже писал про то, какой мрак творится в мае с аллергиками в более северных широтах, где берёзовый лес стоит до горизонта, там от неё просто нет спасения. Но если открыть карту пыльцы в мае, Волгоград таинственным образом эти зелёные облака пыльцы огибают. Я подтверждаю эту информацию: тут можно спокойно пережить период цветения.


Берёзовые рощи и аллеи, может, и выглядят красиво, но в городе им не место. Сейчас я приведу некоторые факты, которые, возможно, притушат флёр привлекательности дерева из сказок и былин. Эта русская красавица устраивает геноцид не только аллергикам.


Научное название самой распространённой берёзы — *Betula pendula*. Из‑за вещества бетулина, придающего белый цвет коре. Обратите внимание, что обычно под бетулой пендулой ничего не растёт. Мало того, что её неглубокие корни забирают всю воду и полезные вещества вокруг, так она ещё защелачивает почву и выделяет в неё фенолы, угнетающие рост других растений.


Почему берёзовый дёготь и дегтярное мыло считаются антисептиком? Именно потому, что растение хочет убить вокруг всё живое. И тебя тоже. Просто пока не знает как.

Ладно, может, я немного драматизирую. Местный климат, слава богу, этой кудряшке не особо подходит. Жарко тут слишком и сухо. И я очень надеюсь, что организации города, занимающиеся озеленением, не будут пытаться её тут насильно поселить. Пусть лучше будут сакуры, катальпы, рябины, секвойи, да что угодно.


А тем временем мой хулиганский альманах по городским деревьям Волгограда потихоньку подходит к завершению. Напишу ещё про некоторые нетипичные и не так часто встречающиеся деревья — и привет. А думал, что никогда не закончу. Напишите, пожалуйста, если я кого‑то несправедливо обошёл вниманием.

Прелесть какая

Мы хвойные, с нами мох.

Волгоградская ботаника 9.

Был недавно на экскурсии по городу, где увидел фото Царицына середины XIX века. Оно сделано со стороны поймы реки Царицы. Вам бы не захотелось жить в таком месте: сплошные голые холмы без единого деревца и овраги между этими холмами. Только ближе к воде можно заметить какую‑то растительность. Только представьте нашу летнюю жару под 50 и никакой тени, не говоря про кондиционеры и вентиляторы.

Я начинаю понимать, почему сейчас город утопает в вязах: после опустошительных пожаров Сталинградской битвы нужно было озеленить город как можно скорее, а вязы и тополя — одни из самых быстрорастущих и неприхотливых деревьев. И уже через 10 лет, в пятидесятых, в городе стало зелено.

Однако сегодня поговорим про хвойные деревья. От советского периода нам их досталось не слишком много: голубые ели у административных зданий, немного сосен в парках и декоративные туи то здесь, то там. Ещё есть можжевельник, в том числе и краснокнижный «казацкий», но это больше относится к кустарникам в оформлении склонов и альпийских горок.

К слову, первоначальная царицынская крепость была построена из сосны, правда, её нам сюда сплавляли аж из Казани. Хотя на севере области есть и свои хвойные леса. Я имею в виду сосны Арчеды. Грибов там по осени — тьма. Но сравнивать местные сосны с корабельными деревьями средней полосы России — дело неблагодарное. Так же, как современный ФК «Ротор» с каким‑нибудь ПСЖ.

Но в последние годы, с появлением большого количества питомников растений, хвойные активно приходят на улицы города. К моей огромной радости. Песок и сосны отлично сочетаются друг с другом, даже Витя Цой пел про сосны на морском берегу. Ведь Волга, на мой вкус, вообще не хуже моря, а в чём‑то даже лучше. Никаких медуз, штормов и необходимости смывать с себя соль после заплыва.

Больше хвойных, хороших и разных.

Хорошей субботы, молодежь

Волгоградская ботаника 8

Нафига коню каштан?

Лесов из конского каштана в наших широтах я не встречал, а значит, мы имеем дело с исключительно городским, декоративным деревом, поэтому ему в этом рассказе про городские деревья — самое место.

Начнём с того, что к настоящим съедобным каштанам наш клиент не имеет никакого отношения. Разные семейства. Видели такой экзотический фрукт — личи? Такой волосатый плод с сочной белёсой сердцевиной, с ни на что не похожим вкусом и ароматом. Замечаете сходство с зелёными шипастыми плодами? То‑то же, это родственники.

А настоящие каштаны, которые французы используют в своей кухне, — это совсем другое дерево, с юга Европы. Наш конский собрат — тоже европеец, пришёл к нам с Балкан. Есть его не рекомендуется ни в каком виде — ничего хорошего из этого не выйдет.

Зато красоты дерево необыкновенной: в нём красиво и необычно всё. Листья собраны по 5–7 штук на одной ножке; когда эта ножка отваливается, от неё остаётся подковообразный след. Это одна из версий, почему каштан — конский. Цветы, пожалуй, самые красивые из всего весеннего хит‑парада цветущих деревьев. Хоть срывай и ставь в вазу. А плоды вообще топ: из надтреснутой шипастой кожуры, как приоткрытые глаза, торчат коричневые семена. Чисто «бехолдеры» из вселенной Dungeons & Dragons.

Само дерево выглядит аристократично, дорого, если можно так выразиться. Великолепно украшает наш центральный район. Может достигать 30 метров в высоту, а живёт, по некоторым сведениям, сотни лет, даже в городе.

Так что каштану, даже конскому, на городских улицах, парках и скверах я рад от всего сердца. Расти большой и не мёрзни.

P. S. Написано на лавочке неподалёку от Вечного огня, рядом со старым каштаном.