Портрет мужчины в красном

Я всегда любил читать. Это у меня от матери. Лучшее, что она мне передала, — это любовь к чтению и голубые глаза. Так я окончил филфак, не планируя, прочитал миллион разных книг, лет на пять после университета устроил литературный детокс, и вот опять скупил все, что интересно, но уже в разрезе психологии и искусствоведения. Многие знания — многие печали.

Закончил образчик современной британской прозы — «Пока течет река». Критики не врут: очень атмосферно, очень по-староанглийски, хорошая интрига, драматическая мистификация в стиле «Пиратов Карибского моря». Мертвые паромщики, ожившие утонувшие девочки, Темза — полноправная участница романа, и прекрасный язык Дианы Сеттерфилд. Мед ушам, глазам и устам. Recommended.

С точки зрения психологии там были две любопытные вещи: тотальное избегание обсуждения смерти дочери (когда оба родителя знают, что она умерла, но не говорят об этом и притворяются, будто она все еще жива) и вторая — концепция главной локации романа, трактира «Лебедь». Первое, как и всякое непринятие, привело к депрессии и страданию, второе — захватило меня и сподвигло на созидание. Представляете, есть место, куда люди приходят после тяжелого рабочего дня, в выходные, и не только пьют и едят, но… рассказывают истории. Оттачивают мастерство, создают сказки, соревнуются в изяществе. Я бы ходил в такой трактир. Бывая много раз в пабах Великобритании, очень легко представить себе всю эту атмосферу.

Знаете, я сделал сообщество и закрытый телеграм-канал. Платный канал. Сообществе нет. И там мне хочется творить. Я так много сейчас работаю, что совсем мало стал писать. Пишется мне обычно из боли, но в последнее время я изрядно преуспел в борьбе с ней, и мне хочется создать некое тематическое, немного упорядоченное пространство. Сообщество и канал похожи: но в канале (ибо он за деньги) будут видеолекции, некоторые закрытые материалы и эфиры одинокого прохожего, когда нет возможности встретиться очно.

Я готовлю циклы программ не про творчество общепризнанных значимых фигур настоящего и прошлого (лекций на эту тему бесплатно в интернете миллион): я рассказываю только про тех, чья история меня тронула, где есть что-то необычное, есть какой-то сложный психологизм, отозвавшийся во мне. Что лично читал/смотрел я, как это влияет на мое развитие и состояние, какие вообще есть интересные неизбитые персонажи, и почему все-таки Годо не придет. В общем, свой душевный стриптиз я решил устраивать в закрытом формате.

Я сам состою в таком йога-клубе, и это для меня большое удовольствие: у меня две тренировки в неделю онлайн, концепция праны и оджаса, много разного для поднятия энергии, путешествий и ретритов. Я чувствую себя причастным к комьюнити и получаю большую пользу от этого канала. И мне хочется создать нечто подобное.

Конечно, я буду продолжать писать посты во «ВКонтакте» и вести «Портрет мужчины в красном», но самое интересное и любопытное, личное и откровенное, глубокое и полезное я перенесу в закрытый канал. Из меня плохой продавец, поэтому я могу лишь обещать, что там уже есть интересный контент и готова первая лекция о Франсуазе Саган. Про нее будет еще, а потом — Ингрид Бергман, Туве Янссон, Сесилия Ахерн, Бернард Шоу, интервью с любимыми артистами, три премьеры в драме и оперном до конца года, ария из оперы «Лючия ди Ламмермур», которая звучала в «Пятом элементе», и почему я боюсь деменции.

В открытой версии будут анонсы: куда я рекомендую пойти, что смотрю и читаю сам. Ну и все-таки у меня есть идея про место, где мы будем рассказывать истории. Или слушать арии, или задавать вопросы интересным людям, или смотреть на юного обнаженного Дениса Гайноченко.

В общем, если вы меня поддержите в моем начинании — значит, все не зря. Если все останется для вас в прежнем режиме — значит, так надо.

ВК-сообщество: https://vk.ru/prohozhiy_igelstrom

ТГ-канал: https://t.me/prohozhiy_club_bot

Страница: https://art.botanika.garden/

Прекрасным октябрьским солнечным воскресеньем над Гагаринским карьером я развеял прах пятерых моих собак. Когда месяца полтора назад Хлоя умерла у меня на руках, мне было так отчаянно больно, что я не нашел ничего лучшего, чем взять ее тело и урны с пятью моими кремированными собаками и похоронить на даче. Дача все равно не продавалась, а я умирал от душевной боли и плохо соображал, поэтому мы с Захаром их всех похоронили там. В среду дача продалась. Вероятно, вы решите, что я свихнувшийся одинокий дед-собачник, но на семейном совете мы приняли решение перезахоронить Хлою и развеять прах Гари, Степы, Лизы, Свита и Цили. Отчего-то мы решили, что так будет правильно и честно и по отношению к ушедшим животным, и к молодой семье, которая купила дачу.

Ребенок избавил меня от кладбищенских перипетий, хотя я был готов сам, но сегодня, рассыпая прах над карьером, я вспоминал только хорошее, что было между мной и моими прекрасными собаками. Продажей дачи и прощанием с животными я закрыл период в 15 лет своей жизни: очень интересный, очень яркий, очень необычный — период, в котором я так много достиг, так многое потерял и испытал много боли.

Странно, но я никогда не живу прошлым. Я хорошо его помню — оно было разное: и хорошее, и плохое, но это прошлое. Я даже не пересматриваю фотографии, потому что не слишком понимаю целесообразность всего этого. Я не помню многих людей, их имена и роли в моей жизни и иногда смущаюсь, когда не знаю тех, кто так уверенно со мной разговаривает.

Но я не живу и будущим, потому что никогда и ничего из того, что я планирую, не случается, а получается все совсем по-иному. Я живу широкими мазками, в эдаком коридоре направлений, который ограничивает меня тем, что вредно для меня и общества, но вот как можно было предположить, что через полгода рыданий на «Богеме» я буду вести концерт с ее солисткой?! Как это вообще работает? Обладать пограничной психикой — наказание и награда одновременно, но отчего-то я каждый раз загадываю на Новый год прийти к какой-то золотой середине, и никогда этого не получается. И еще я теперь точно знаю, что времена всегда те и будущее — оно сейчас. Не будет никаких «вот сейчас подкопим и бла-бла-бла», а «вот в следующем году»… Нет.

Я тут сидел в театре вчера и вдруг подумал: а что будет со мной в старости? Отчего-то музыка Минкуса на меня так подействовала, и я вдруг загрустил. Но потом вспомнил, что у нас есть уговор с детьми на платный лакшери дом престарелых. Друг мой Леша, с кем мы смотрели «Пахиту», оживился на мою идею и сказал, что, когда он в школе учился в театральной студии, они с концертами ездили в дом престарелых. И подумалось мне, что о будущем вообще не стоит беспокоиться, ибо одни дети оплатят, а другие приедут с концертом.

Я дочитываю прекрасный образчик современной британской литературы под названием «Пока течет река», и там столько метафор, но самые главные переживания вызывает во мне не ожившая таинственным образом девочка, а пропавшая свинья по имени Мод, за судьбу которой я переживал целую неделю. В итоге все разрешилось в лучших традициях старинных деревенских историй: свинья вовсе не была украдена и не утонула в коварных водах Темзы. Поддавшись природному инстинкту, она просто сбежала с фермы в прибрежные заросли и подлесок, чтобы в укромном месте обустроить гнездо и опороситься. Ее нашли живой, невредимой и в окружении целого выводка здоровых поросят. Эта находка окончательно закрепила за фермой статус места, куда после череды бедствий и долгой зимы наконец возвращаются плодородие, изобилие и мир. Так и мне кажется, что, продав дачу и упокоив души моих собак, в мое сердце вернулись тепло, спокойствие и любовь.

3 года назад один кришнаитский астролог напророчил мне последнюю любовь на земле: будет у меня в 2024 последняя. Потом всё. Старение и смерть. Любовь случилась и правда, но самая нелепая, странная и бесперспективная. Она была мятежная, потому что там была примешана большая доля пограничного расстройства личности, еще там были запрещенные вещества и много аффектов с эмоциональной дисрегуляцией. И это изматывало. Поэтому, как часто это бывает, я встал, молча закрыл все мессенджеры на замок и удалил любовь из жизни и мозга. Сердце закрылось, как мне казалось, навсегда. Какой-то случайный секс, попытки романтической привязанности и извечный вопрос — хочу ли я любви? Есть ли у меня на это силы? Признаться, весной я удалил все анкеты и платформы для знакомств и почувствовал себя свободным от ненужных встреч и ожиданий. Жить без любви можно. Но в 2026 году стали умирать собаки. Те, кого я люблю истово и честно. Было чудовищно больно.

В конце сентября на «Размышлениях прохожего» мы брали тему «Вечной любви». Читали Ахерн и Дмитриева, оперные солистки и солисты пели «Красавицы Кадикса замуж не хотят» и «Куда куда вы удалилиc» (именно без мягкого знака), я радовался большому количеству людей и хорошей погоде, и сердце мое было спокойно. А потом увидел любовь. Из 2024 года. Она пришла и села слушать прекрасных оперных женщин и заплатила за вход как все.

С тех пор в мою жизнь снова вошло волнение и запрещенные вещества. Но еще честность. И никаких ожиданий. Мы решили, что быть в радиусе видимости — вполне достаточно для нашей металюбви, и если мир все-таки рухнет, мы закроемся в подвале и будем встречать конец Мира вместе. Так нам будет нестрашно.

Вчера на группе говорили о долженствованиях. И родителях. Как классно помогать отцу копать картошку. Те, кто меня давно читают, знают, что я не могу копать картошку с отцом — у нас напряженные отношения длинною в 40 лет. Есть масса версий, почему так, но самая популярная — я могу позволить себе жить так, как он не может. В общем, в системе его ограничений и долженствований вполне себе вариант, но за что меня так сильно НЕНАВИДЕТЬ, я не понимаю. Но, послушав моих прекрасных женщин на группе, я все-таки поддался иллюзиям о совместном благоприятном копании картошки и позвонил сегодня матери, потому как вчера она звонила сто раз примерно в момент, когда я говорить не мог. Бог наказал меня. Я вообще начинаю верить, что бог есть. Или карма. Или еще что-то, потому что как только я начинаю погружаться в саттвическое (это на кундалини) удовольствие, еврейский, индийский и, вероятно, русский боги насылают на меня болезнь собак, штрафы ГИБДД и родителей. Господи, мне 54 года, а я опять про родителей.

Короче. Картошки не случилось. Случилось… Я даже не знаю, как это назвать, но мысль, которая никак не дает мне покоя уже полдня — отчего самые близкие люди всегда говорят мне исключительно о том, насколько я плох??? И вот, что удивительно — я ведь начинаю им верить. Верить, что я фейк, что я придумываю все, делаю красивую картинку, а на самом деле я ничтожество, который сам бы ничего не добился.

Знаете, это так… странно, когда ты взрослый состоявшийся мужчина, переживший два дефолта, развал СССР, смерть любимых и рак, и не можешь ответить — нет! Я не такой. Я хороший. Я достойно живу. Мне не стыдно. Но ты не можешь, потому что вдруг накатывает такая тоска, и этот ебучий вдруг внутренний ребенок появляется, которого ты знать не знал всю жизнь, хочется заплакать, но антидепрессант не дает, и потом ты долго слышишь в голове: «Ты все врешь…». И как же все-таки сложно принимать факт, что чуда не случится и единственный более-менее безопасный способ сосуществования — перестать просто общаться. Навсегда. Потому что слушать все это просто невыносимо. Отчего посторонние люди становятся ближе родных? У меня есть эта теория, что наша главная потребность не столько в любви и принадлежности, сколько в желании быть спасенным от невыносимой легкости бытия, от долженствований, от войны и бесконечного соответствия интернализированным нормам, которые семья в тебя же и засунула: ты должен помогать, ты старший, мы умрем, а ты в ответе, и бла-бла-бла, и бесконечная манипуляция, триангуляция, парентификация, и ты такой: «Надеюсь, ад существует!». И я так потом ненавижу себя за то, что так реагирую, что вовлекаюсь, что со мной не работают эти прекрасные доводы: «Это же твои родители, они же старые, они же могут скоро умереть, и как ты будешь себя чувствовать?!!» Не работают. Я плохой все-таки сын? И я начинаю судорожно искать обезбол: курс по КПТ, аюрведическая медицина, записать свой курс, посмотреть порно, поговорить с магическими женщинами, сходить в спортзал, а потом улететь в свою нарциссическую драму — отстраниться ото всех, закрыть свое и так холодное сердце и думать: «Боже мой, да что вы понимаете в драме?» Вообще-то я потратил полтора года терапии в эту драму не улетать, но лучше всего работает все-таки порно. И жим от груди 80+ кг. Ну и осознание, что Годо все-таки не придет. Принцесса спасена не будет. А у тебя завтра работа с 9 до 21, много стареющих собак, маленькие веселые щенки, пять пятиклассников и восемь восьмиклассников. Хорошо, что есть вечерний онлайн-класс йоги, пара близких людей и прозак. Роговские костюмы тоже неплохие. И ароматы Шанель. И британские прозаики. И та самая внутренняя опора, к которой ты каким-то странным образом умудрился таки прийти, после каждого разговора с милой матушкой рассыпается в прах, и ты опять задаешь себе вопрос: «А ты точно такой, какой думаешь? Или все-таки обманываешь всех?»

Давеча ходил на спектакль в молодежный театр — на их нашумевшую премьеру «Гроза» по сами знаете какой одноименной пьесе. Спектакль хороший, но я в антракте ушел. Причин было две: необычайное обилие школьников, которым происходящее на сцене было не слишком интересным и понятным, а вторая — я сам. Выйдя из театра, я вдруг подумал, что устал переосмыслять русскую классику. И с удовольствием бы погрузился в американскую трагедию или британскую комедию. Если уж там непременно надо ставить классику с нравоучениями, давайте вернемся к Ибсену и Бернарду Шоу, как хорош и актуален были бы сейчас Брехт и Беккет. А вообще, отчего бы не поставить в театре легкое, яркое, оптимистичное, пусть даже что-то из советского реализма. Ибо русская классика — она прекрасна и талантлива, но Островский, Салтыков-Щедрин, Сухово-Кобылин, Достоевский, Гоголь… Каждый из этих авторов исследовал феномен российской государственной машины, где бумага, чин и параграф подменяют живую жизнь. Все шесть авторов пристально изучали, как социальный статус калечит человеческую природу, порождая две крайности: самодуры и хищники с одной стороны и растоптанные маленькие личности — с другой. Центральный образ этой плеяды — человек, утративший духовную сущность и превратившийся в вещь, маску, животное или автомат.

И если уж смотреть вообще широко на русскую классику, то мы видим, как классики исследуют один и тот же центральный нерв русской жизни: трагедию искажения человеческой личности под воздействием косной среды, сословного чванства, всесильной бюрократии и культа наживы.

И вот с точки зрения учителя литературы: что я должен рассказать детям после этого изучения? Дети, ничего не поменялось? 200 лет мы изучаем человеческие пороки, высмеиваем их, обличаем, клеймим позором, а что изменилось?

Недавно кое-как читали с восьмиклассниками «Недоросль»… «Не хочу учиться, хочу жениться». И если для меня метафора «Недоросля» очевидна и все еще актуальна, дети ее не поняли, потому что жениться в 16 — это кринж, а «учиться»… это понятие сейчас сильно трансформировалось. И я, признаться, в большой задумчивости, как сейчас преподавать литературу. Составители же учебников совершенно отделены от реальности.

В пятницу у меня два урока с пятиклассниками, и мы читаем сказки. Им нравятся страшные. Моя фантазия и ChatGPT делают годный контент. На этой неделе была сказка про пятиклассника, который никогда ничего не доделывал, и в итоге его поглотила волшебная книга. Тишина, дети выключили свет, мой обволакивающий голос и коробка мармелада, подаренного восьмиклассником: на 20 минут мы погрузились в тот самый фолиант, который поглотил малолетнего сдвгшника.

Современная школа совсем другая. Того, что помню я, больше нет. Если ты хочешь быть успешным педагогом, с детьми придется подружиться. Им параллельно на твои достижения, они хотят быть с тобой на равных, могут сказать тебе, что ты лысый, они дурно воспитаны, не чувствуют границ, но… им хочется живого человека рядом. Им хочется делиться. Хочется просто поговорить не с ИИ, а с поддерживающим взрослым.

В общем, все как обычно странно. Но интересно. И как преподавать литературу — непонятно.

Везде все написано и сказано: «Ветер Трои» развеял ее пепел, а НА «Другом конце радуги » нас встречают собаки. Лучшие стихи прочитаны, лучшие арии спеты, Виолетта умерла, цветы подарены, эмоции переполняют.

Так много хорошей обратной связи от участников «Размышлений одинокого прохожего» и «Музыкальной гостиной» я никогда не получал.

Почти всегда перед каждым новым подобным мероприятием — будь то встреча, тренинг или сложная консультация — я задаю себе вопрос: «Зачем мне все это?» В последних «Размышлениях» пели блистательные сопрано и тенора, лучшие артисты нашего театра — куда мне с моими книжками и психологией? Но потом я погружаюсь в процесс, неистово кайфую... И концерт в понедельник стал венцом творения моей двухлетней деятельности. И, о боги, теперь планку надо держать! Невероятное удовольствие — работать с талантливыми людьми и видеть такую реакцию зала.

Но я никак не могу научиться этой полярной жизни. На следующий день у меня случилась работа с 9 до 21, пятиклассники периодически впадают в аффективную бурю, машина попала в аварию, логистика полетела и пришлось отказаться от дорогущей супервизии, сложнейший клиент, который с 14 лет частый гость лечебниц, группа «8 женщин», у двух участниц которых все взорвалось и затонуло…. А с утра пришли налоги, где начислили дополнительный НДФЛ, потому что я слишком много зарабатываю по мнению нашего государство. Думаю, моего налога хватит на покраску для снаряда.
Но с другой стороны мне удалось исполнить эротическую мечту юношества и станцевать сразу с тремя Кармен, услышал любимые арии, и на встречу пришел один очень важный для меня человек. Когда он появляется, в моей жизни всегда грядут перемены. Они разные, но надеюсь, в этот раз будут приятные. Машина отремонтируется, новые идеи сложатся, а на радио вышла новая «Диатоника» про прекрасную и трагическую Зинаиду Райх. Но про 17 ножевых редакторы вырезали. Сказали – слишком романтическая программа для кровавой сталинской резни.
А какие у нас девушки набрались на 8 женщин!!! Огненные и такие прокаченные. Я их боюсь.
Поехал в МФЦ. Прозаично.