- … а потом жестокий колдун запер меня среди этих проклятых роз с ядовитыми шипами, - печально заключила женщина. - Вот если бы ты помог мне оборвать их.

- Что угодно, - с готовностью согласился Матвей, уже протягивая руки к первому иссиня-черному бутону.
- Далеко же ты забрался, парень, - позади раздался голос учителя, гулким эхо прокатился по каменным сводам пещеры. - Но я не удивлён обнаружить тебя именно здесь. Не внимай сладким речам, эта дрянь скажет что угодно, лишь бы сбежать.
Матвей с трудом оторвал взгляд от красавицы из зазеркалья и обернулся. Старый инквизитор стоял меж высоких дверей.
- Меня вела сюда песня, - пояснил ученик.
- Ну, конечно, - инквизитор устало улыбнулся и нехотя зашагал вперёд. - Знал, что перед тем, как запереть ведьму в клетке, нужно было вырвать её поганый язык. Но, признаться, мне было жаль портить такую красоту.
- Так значит, ты поймал её? - изумился Матвей.
Мужчина задумчиво хмыкнул.
- Ты должно быть, - инквизитор перевёл тяжёлый взгляд на пленницу, - помнишь каждую минуту того далёкого дня, неправда ли?
Ведьма скривила губы - прятаться больше не имело смысла. Она сорвала полог морока, и энергия её, прежде невидимая, обернулась жуткими многоножками. В неверном свете свечей закопошилась чёрная масса, твари обвили нагое тело, зашипели, свиваясь тугим узлами.
- Я всё равно когда-нибудь сломаю узилище, - ядовито пропела женщина.
- Не нужно ничего ломать, - усмехнулся мужчина, покачав головой. - Тебя держит твоя собственная злоба, ведьма. Ты будешь свободна ровно в то мгновение, когда очистишься от гнили. Но, - инквизитор скептически взглянул на щёлкающих жвалами многоножек, - подозреваю, что произойдёт это ещё не скоро.