Семьи реформаторов XVI века
Джон Нокс: «Она мне дороже всех»Декабрь 1560 года. Шотландия переживает переломный момент: Реформация меняет церковную жизнь страны, формируется новая национальная церковь. Джон Нокс находится в центре этих событий. Но в его собственной жизни происходит трагедия, которую не могли исправить ни политические перемены, ни успех служения.
Внезапно умирает Марджори Боуз — его первая жена, мать двух его сыновей, Натаниэля и Элеазара.
Мы почти ничего не знаем о ее последних днях. Причина ее смерти достоверно не установлена. Но мы знаем, что Нокс переживал эту потерю крайне тяжело.
Они были знакомы около десяти или одиннадцати лет, хотя в браке прожили всего пять. За это время Нокс порой оставлял жену на целые месяцы, отправляясь по делам служения. Их семейная жизнь не была непрерывным пребыванием рядом друг с другом. Но расстояние не означало отсутствия любви.
В своей «Истории Реформации в Шотландии» Нокс упоминал, что был глубоко опечален смертью своей дорогой спутницы жизни. Даже в круговороте государственных и церковных событий он не скрывал личного горя.
История помнит великие дела Джона Нокса. Но, возможно, одни из самых человечных слов о нем — это слова о женщине, которую он продолжал называть своей дражайшей супругой.
Жан Кальвин тоже высоко ценил Марджори. Он называл ее одной из самых прекрасных жен, употребив латинское слово suavissima — «сладчайшая», «нежнейшая». Это теплое свидетельство человека, который знал Нокса и понимал, какую потерю тот пережил.
А забот было немало. Джону было около сорока шести лет. На его плечах лежала ответственность за двоих маленьких сыновей, старшему из которых еще не исполнилось четырех лет, за становление национальной церкви и за участие в жизни нового шотландского правительства.
После смерти Марджори ее мать, Элизабет Боуз, приехала помогать Ноксу растить мальчиков. Ей самой было около шестидесяти лет, и справляться с двумя маленькими, энергичными детьми было непросто. Но она оставалась рядом с семьей дочери, помогая ей пережить тяжелое время.
И вот еще одна деталь, которая многое говорит о Ноксе. Спустя годы, составляя завещание, он по-прежнему называл Марджори своей «дражайшей супругой». Время прошло, его служение продолжалось, дети росли, но память о первой жене не исчезла.
Как часто упоминали ранее, мы часто представляем реформаторов людьми, целиком поглощенными богословскими спорами и борьбой за веру. Однако у них были семьи, привязанности и личные потери. Нокс мог бесстрашно выступать перед правителями, но смерть любимой жены причиняла ему боль, которую невозможно было устранить одной лишь силой убеждений.
Марджори не оставила после себя знаменитых богословских трудов. Но она была частью жизни человека, изменившего историю Шотландии. И слова, которыми он вспоминал ее даже спустя годы, позволяют увидеть за великим реформатором любящего мужа.
#семьиреформаторов #джоннокс #марджорибоуз
Russia
