держался песнями, образами, великой трагедией, моим желанием быть не жалким пьющим человеком, а кем-то сложным, непонятым, отдельным от всех.

А на самом деле в этом отдельном мире я был очень один.
И, наверное, именно поэтому мысль о том, что надо просто не пить, казалась мне такой пустой. Не пить — это хорошо. Но кто останется со мной на диване в десятый день, когда песня закончится, а ночь ещё нет?
Снова включаю Высоцкого.