В 1845 году в Риме молодой фотограф Сергей Левицкий снял на дагерротип русских художников — и среди них Николая Гоголя. Другой фотографии писателя мы не знаем. Как так вышло, Левицкий рассказал почти полвека спустя в воспоминаниях «Из времён дагерротипии».
Гоголь каждый день бывал у графа Чернышёва-Кругликова. Графиня, по словам Левицкого, «никак не могла убедить его сняться одному». Однажды после завтрака писатель заснул в кресле. Левицкий держал пластинку около трёх минут — спящий не шевельнулся. Узнав об этом, Гоголь «ужасно рассердился и настоятельно требовал, чтобы я стер пластинку». Пластинку забрала себе графиня, и больше Левицкий её не видел. Снимок, признавался он, всё равно не удался: света не хватило, а «поза с закинутой назад головой далеко не красива».
Групповой портрет сняли на террасе мастерской Перро: 16 или 17 человек, выдержка — 40 секунд. «Центр группы вышел превосходно, края не совсем отчетливо», — вспоминал Левицкий. Гоголь — как раз в центре.
Имена изображённых назвал критик Владимир Стасов, первым опубликовавший снимок. В его списке — архитекторы, скульпторы Николай Рамазанов и Пётр Ставассер, живописцы, римская натурщица Мариучча — и сам Левицкий. Если Стасов прав, объектив открывал кто-то другой. Кто — неизвестно.
А через два года по рисункам Левицкого построили камеру с мехом-«гармошкой» для наводки на резкость.