Поведение подростка меняется тогда, когда его перестают спасать
Вы когда-нибудь замечали: работаешь с ребёнком, вроде бы сдвинули ситуацию, а через месяц всё вернулось на круги своя?
Вы старались, вкладывались, а родитель смотрит на вас с немым вопросом «и это всё?». Знакомо? Тогда вы не одиноки — так работает почти вся классическая схема.
🔹 Парадокс первый: чем больше вы работаете с ребёнком, тем быстрее ваши результаты обнуляются. Потому что ребёнок — не отдельная система. Он живёт в семье, и меняется поведение только там, где меняется обстановка вокруг него.
🔹 Парадокс второй: чтобы изменить поведение ребёнка, с ним самим работать не нужно. Достаточно консультаций с мамой. Именно мама — тот человек, который каждый день создаёт условия, в которых ребёнок либо закрепляет трудное поведение, либо отказывается от него. И здесь работает краткосрочное предметное консультирование — по шагам, по протоколу, с понятной структурой. Я называю это кросс-коучингом.
🔹 Парадокс третий: чем короче работа, тем она надёжнее. Не годы терапии, а чёткий план до 15ти консультаций — и вы с первой встречи знаете, что и зачем делаете.
✒ Попробуйте прямо сейчас:
1.На первой встрече спросите маму: «Что в вашей реакции на поведение сына вы готовы изменить уже на этой неделе?» — это сразу переносит фокус с ребёнка на родителя.
2.Спросите: «Как вы думаете, что должно измениться в вашем доме, чтобы это поведение перестало быть нужным?»
3.Попросите описать конкретный эпизод за последние три дня — без оценок «он ужасный», только факты.
Вы — не «скорая помощь для ребёнка». Вы настройщик семейной системы: не латаете ребёнка, а настраиваете среду, в которой ему незачем вести себя трудно.
Вы когда-нибудь замечали: работаешь с ребёнком, вроде бы сдвинули ситуацию, а через месяц всё вернулось на круги своя?
Вы старались, вкладывались, а родитель смотрит на вас с немым вопросом «и это всё?». Знакомо? Тогда вы не одиноки — так работает почти вся классическая схема.
🔹 Парадокс первый: чем больше вы работаете с ребёнком, тем быстрее ваши результаты обнуляются. Потому что ребёнок — не отдельная система. Он живёт в семье, и меняется поведение только там, где меняется обстановка вокруг него.
🔹 Парадокс второй: чтобы изменить поведение ребёнка, с ним самим работать не нужно. Достаточно консультаций с мамой. Именно мама — тот человек, который каждый день создаёт условия, в которых ребёнок либо закрепляет трудное поведение, либо отказывается от него. И здесь работает краткосрочное предметное консультирование — по шагам, по протоколу, с понятной структурой. Я называю это кросс-коучингом.
🔹 Парадокс третий: чем короче работа, тем она надёжнее. Не годы терапии, а чёткий план до 15ти консультаций — и вы с первой встречи знаете, что и зачем делаете.
✒ Попробуйте прямо сейчас:
1.На первой встрече спросите маму: «Что в вашей реакции на поведение сына вы готовы изменить уже на этой неделе?» — это сразу переносит фокус с ребёнка на родителя.
2.Спросите: «Как вы думаете, что должно измениться в вашем доме, чтобы это поведение перестало быть нужным?»
3.Попросите описать конкретный эпизод за последние три дня — без оценок «он ужасный», только факты.
Вы — не «скорая помощь для ребёнка». Вы настройщик семейной системы: не латаете ребёнка, а настраиваете среду, в которой ему незачем вести себя трудно.
