Views: 16
Public channel
ID 75961963449609
ИИ открытки для всех!
- Channels in category
- 4 958
- This channel's rank
- № 154
- Channels in category
- 4 257
- This channel's rank
- № 407
Channel analytics
Dashboard
19 October — 25 October 2026
Loading…
SummaryThe channel's key numbers for the selected period. The change is against the same span before the period, if statistics cover it. Hover over a tile chart to see the number at each point of the period.
Key numbers
SubscribersHow many subscribers the channel has now. The wave shows subscribers at each point of the period. The change is against the start of the period.
2 868
2.7 %
−80 for the period
ViewsHow many views the posts published in the period have now. These are not views per day: MAX does not report how many views there were yesterday.
18 509
6.9 %
was 20 765
ReactionsHow many reactions the posts published in the period have.
22
78.1 %
was 105
MentionsHow many times other channels mentioned the channel: links and reposts, excluding advertising posts. The bigger the circle, the more mentions at that point of the period.
with a subscription
RepostsHow many times other channels reposted this channel's posts (excluding advertising posts). Reposts are also counted as mentions.
after signing in
Average post reachHow many views one post gets on average. Only posts older than two days are counted: views of fresh posts are still growing. Points with fresh posts are dashed with hollow dots: the reach of all posts right now, it will still grow.
402
5.0 %
was 424
ERRWhat share of subscribers sees an average post: average reach ÷ subscribers × 100 %. The line shows ERR at each point of the period, the dashed line — ERR of the previous period of the same length. Points with posts younger than two days are hollow dots on the dashed end of the line.
14.0 %
0.3 pp
dashed line — was 14.4 %
Engagement ERHow often readers react to posts: reactions ÷ views × 100 %. The tick on the bar is the previous period.
0.12 %
0.4 pp
was 0.51 %
Posts per dayHow many posts are published per day on average. Each cell is a point of the period: the darker, the more posts per day.
8.4
25.8 %
was 7.0
Ad shareWhat share of the period's posts looks like advertising: erid labeling, ad links and other signs. The scale shows the ad load by the quality index thresholds: up to 10 % — low, up to 25 % — moderate, up to 50 % — high, above — very high. A growing share is marked red.
with a subscription
TrendTop — subscribers at the end of each point of the period; bottom — growth per point: green means more subscribers, red means fewer. Above the growth chart — the biggest gain and the biggest loss. MAX does not report how many people subscribed and unsubscribed separately.
Audience growth
−80subscribers in the period
−28 biggest loss · 23 Oct 2026
Channel scoreA channel score from 0 to 100 made of five parts: audience, growth integrity, ad load, trust and calculation reliability. Each bar shows how many points the part earned out of its maximum. The index is recalculated every night; channels are compared with similar ones of the same category and size.
How it is calculated
Quality index
64/ 100Medium
- Audience 13 of 25
- Growth integrity 25 of 25
- Ad load 14 of 20
- Trust 4 of 20
- Calculation reliability 8 of 10
AI and neural networks, 1K–5K subscribers · channels in the group: 162
ReachHow many views the posts published at each point of the period have now (not views per day). The record is labeled; the point with today is paler — the day is not over yet. Average post reach — posts older than two days.
Views and reach
18 509views in the period 6.9 %
Average post reach — 402 views (posts older than two days).
EngagementER — reactions divided by views, in percent — for the posts of each point of the period. The dashed line is ER for the whole period. The change is in percentage points against the previous period of the same length.
Subscriber engagement
0.12 %ER = reactions ÷ views 0.4 pp
Channel ER
average for the period
CitationsThe citation index (CI) shows how often and by which channels this channel is mentioned over the last 30 days, excluding advertising posts. The level is its place among similar channels. The line shows CI at each point of the period (for a week or month — the average over its days).
How it is calculated
Citation index
The citation index has not been calculated yet: it will appear after the nightly calculation once other channels mention the channel.
RhythmHow many posts are published on average in each hour of each weekday, Moscow time: the darker the cell, the more posts. “Best time” — the hours when posts older than two days have the highest average reach.
When and how much it posts
FormatsWhat the feed is made of. Each post has one format, by priority: repost, video, photo, link, text. The bar and percentages show the share of posts of each format; on the right — average reach of one post of the format (posts older than two days), the small bar compares it with the most viewed format.
Post formats
PostsEach dot is a post in the period: horizontally — publication date, vertically — views, dot size — reactions, color — format. This shows hits, flops and how reach changes. For large channels, the 100 most viewed posts and an even sample of the rest are shown — no more than 1,500 dots.
Every post is a dot
Higher means more views, bigger means more reactions. Click a dot to open the post.
SummaryTotals for the selected period: how many posts were published, how many views and reactions they have now and the average post reach. Views are the current views of posts published on those days, not views per day. The change is against the same span before the period, if statistics cover it.
Period totals
Click a metric to see it across the period below
AdsWhat share of the period's posts looks like advertising: erid labeling, ad links and other signs. The detector is cautious, so the real share is usually higher. The scale shows the ad load by the quality index thresholds. Below — the average reach of an ad post and a regular post, and who the channel advertises (sites that ad links lead to).
More
Ads in the channel
What worksPosts of the period with the most views. The bar shows views relative to first place. The preview is the post's image; for a post without an image — the channel avatar. Views are the post's current count.
All posts
Top posts
By views for the period
RhythmHow many posts were published each day of the period (pale bars) and the 7-day average (line): you can see whether the channel is speeding up or slowing down. Today is not over yet, so its average is calculated up to yesterday.
Posts by day
Pale bars are days, the line is the 7-day average: you can see whether the channel is speeding up or slowing down
Posts per day
7-day average
Data updated at 16:46 Moscow time. Views are the current counts of posts published on those days; average reach counts posts older than two days. How the quality index is calculated
Posts for the period
Loading…
«Папа… у меня очень сильно болит спина, и я не могу спать. Мама сказала, что я не должна тебе об этом говорить».
Я только что вернулся домой после командировки, когда шёпот моей дочери разрушил секрет, который её мать пыталась скрыть.
«Папа… мама сделала что-то плохое», — едва слышно выдохнула девочка. «Мама сказала, что если я тебе расскажу, всё станет только хуже. Пожалуйста, помоги мне… у меня очень сильно болит спина».
Это не был крик. Даже не плач.
Это был всего лишь хрупкий шёпот, вырвавшийся через приоткрытую дверь спальни в тихом районе — обычном семейном квартале Сапопана в Гвадалахаре, где каждый вечер люди поливают газоны, по выходным моют машины, а соседи едва здороваются улыбкой, прежде чем вернуться в свои дома.
«Папа… пожалуйста, не злись», — продолжала маленькая голосок, едва достаточно громко, чтобы он мог услышать. «Мама сказала, что если я тебе расскажу, всё будет хуже. У меня очень сильно болит спина, и я не могу спать».
Хавьер Ортега замер в коридоре, всё ещё сжимая ручку чемодана. Он был дома меньше пятнадцати минут. Входная дверь всё ещё была не заперта. Его куртка лежала на диване, куда он её бросил, войдя. Всего несколько минут назад он представлял, как дочь бежит к нему навстречу, смеётся, обнимает его раскрытыми руками, как всегда.
Но вместо этого…
Была тишина.
И страх.
Он повернулся к спальне. София, восьмилетняя девочка, наполовину пряталась за дверью, тело её было напряжено, словно она каждую секунду ожидала, что кто-то снова её оттащит. Плечи сгорблены. Глаза прикованы к плиточному полу, будто она хотела в нём раствориться.
«Софья», — мягко сказал Хавьер, заставляя голос звучать спокойно, хотя сердце колотилось в груди. «Папа уже дома. Иди сюда, солнышко».
Девочка не пошевелилась.
Хавьер осторожно поставил чемодан и шагнул ближе. Когда он опустился перед ней на колени, София слегка вздрогнула — и холод пробежал по спине Хавьера.
«Где у тебя болит, доченька?» — спросил он.
Маленькие пальчики Софии скручивали ткань пижамной футболки так сильно, что костяшки побелели.
«Спину», — прошептала она. «Она болит всё время. Мама сказала, что это был случайность. Сказала, что я не должна тебе говорить. Сказала, что ты разозлишься. Сказала, что случится что-то плохое».
Холодный тяжёлый ком упал в грудь Хавьера.
Он протянул руку, чтобы обнять её — но в тот момент, когда ладонь коснулась плеча Софии, девочка резко вдохнула и отшатнулась.
«Пожалуйста… не надо», — прошептала она. «Очень сильно болит».
Он сразу убрал руку.
«Прости. Расскажи мне, что произошло».
София быстро оглянулась в сторону коридора, словно боялась, что кто-то подслушивает.
«Мама разозлилась», — сказала она после долгой паузы. «Я пролила сок. Мама сказала, что я сделала это нарочно. Она толкнула меня на шкаф… спиной я ударилась о дверную ручку. Я не могла дышать. Я подумала… что сейчас исчезну».👇👇👇
ПРОДОЛЖЕНИЕ
Я только что вернулся домой после командировки, когда шёпот моей дочери разрушил секрет, который её мать пыталась скрыть.
«Папа… мама сделала что-то плохое», — едва слышно выдохнула девочка. «Мама сказала, что если я тебе расскажу, всё станет только хуже. Пожалуйста, помоги мне… у меня очень сильно болит спина».
Это не был крик. Даже не плач.
Это был всего лишь хрупкий шёпот, вырвавшийся через приоткрытую дверь спальни в тихом районе — обычном семейном квартале Сапопана в Гвадалахаре, где каждый вечер люди поливают газоны, по выходным моют машины, а соседи едва здороваются улыбкой, прежде чем вернуться в свои дома.
«Папа… пожалуйста, не злись», — продолжала маленькая голосок, едва достаточно громко, чтобы он мог услышать. «Мама сказала, что если я тебе расскажу, всё будет хуже. У меня очень сильно болит спина, и я не могу спать».
Хавьер Ортега замер в коридоре, всё ещё сжимая ручку чемодана. Он был дома меньше пятнадцати минут. Входная дверь всё ещё была не заперта. Его куртка лежала на диване, куда он её бросил, войдя. Всего несколько минут назад он представлял, как дочь бежит к нему навстречу, смеётся, обнимает его раскрытыми руками, как всегда.
Но вместо этого…
Была тишина.
И страх.
Он повернулся к спальне. София, восьмилетняя девочка, наполовину пряталась за дверью, тело её было напряжено, словно она каждую секунду ожидала, что кто-то снова её оттащит. Плечи сгорблены. Глаза прикованы к плиточному полу, будто она хотела в нём раствориться.
«Софья», — мягко сказал Хавьер, заставляя голос звучать спокойно, хотя сердце колотилось в груди. «Папа уже дома. Иди сюда, солнышко».
Девочка не пошевелилась.
Хавьер осторожно поставил чемодан и шагнул ближе. Когда он опустился перед ней на колени, София слегка вздрогнула — и холод пробежал по спине Хавьера.
«Где у тебя болит, доченька?» — спросил он.
Маленькие пальчики Софии скручивали ткань пижамной футболки так сильно, что костяшки побелели.
«Спину», — прошептала она. «Она болит всё время. Мама сказала, что это был случайность. Сказала, что я не должна тебе говорить. Сказала, что ты разозлишься. Сказала, что случится что-то плохое».
Холодный тяжёлый ком упал в грудь Хавьера.
Он протянул руку, чтобы обнять её — но в тот момент, когда ладонь коснулась плеча Софии, девочка резко вдохнула и отшатнулась.
«Пожалуйста… не надо», — прошептала она. «Очень сильно болит».
Он сразу убрал руку.
«Прости. Расскажи мне, что произошло».
София быстро оглянулась в сторону коридора, словно боялась, что кто-то подслушивает.
«Мама разозлилась», — сказала она после долгой паузы. «Я пролила сок. Мама сказала, что я сделала это нарочно. Она толкнула меня на шкаф… спиной я ударилась о дверную ручку. Я не могла дышать. Я подумала… что сейчас исчезну».👇👇👇
ПРОДОЛЖЕНИЕ
Views: 32
«Заберите вашего внука»: пенсионерке позвонили из школы, но только внуков у неё никогда не было. Когда она узнала правду, то растерялась...
Звонок раздался в половине второго — в то мёртвое послеобеденное время, когда обед съеден, чай остыл, а до вечерних новостей ещё целая вечность. Галина Степановна смотрела на шторы и думала, стоит ли перешивать — не потому что надо, а потому что надо было чем-то занять руки. Швейная машинка стояла в кладовке третий год, с тех пор как ателье закрылось. Муж умер, сын уехал в Екатеринбург. Осталась она, кошка и герань на подоконнике.
— Галина Степановна, вас беспокоят из школы номер тридцать два. Заберите вашего внука. У мальчика температура тридцать восемь и три.
Она посмотрела на кошку. Кошка посмотрела на неё. Внуков у Галины Степановны не было никогда. Голос на том конце не смутился — мальчик Федя Карпов, второй «А», назвал её номер как контактный. Отец на вахте, недоступен. Потом дали трубку мальчику — голос сиплый, тихий, с присвистом, как будто горло болит уже давно.
— Бабушка?
— Я тебе не бабушка, Федя.
— Ага. Вы придёте?
Она могла положить трубку. Любой нормальный человек так бы и сделал. Но голос был тихий — не жалобный, просто тихий. Как у того, кто давно привык, что не придут…
Звонок раздался в половине второго — в то мёртвое послеобеденное время, когда обед съеден, чай остыл, а до вечерних новостей ещё целая вечность. Галина Степановна смотрела на шторы и думала, стоит ли перешивать — не потому что надо, а потому что надо было чем-то занять руки. Швейная машинка стояла в кладовке третий год, с тех пор как ателье закрылось. Муж умер, сын уехал в Екатеринбург. Осталась она, кошка и герань на подоконнике.
— Галина Степановна, вас беспокоят из школы номер тридцать два. Заберите вашего внука. У мальчика температура тридцать восемь и три.
Она посмотрела на кошку. Кошка посмотрела на неё. Внуков у Галины Степановны не было никогда. Голос на том конце не смутился — мальчик Федя Карпов, второй «А», назвал её номер как контактный. Отец на вахте, недоступен. Потом дали трубку мальчику — голос сиплый, тихий, с присвистом, как будто горло болит уже давно.
— Бабушка?
— Я тебе не бабушка, Федя.
— Ага. Вы придёте?
Она могла положить трубку. Любой нормальный человек так бы и сделал. Но голос был тихий — не жалобный, просто тихий. Как у того, кто давно привык, что не придут…
Views: 34
Возле церкви я подала милостыню слепой гадалке, и она крепко сжала мою ладонь:
«Доченька, когда муж спросит про ключи от сейфа — не давай. Скажи, что потеряла».
Я удивилась, но вечером муж действительно попросил ключи от моего сейфа. Я сказала, что потеряла.
А ночью проснулась от странного звука и ЗАМЕРЛА от увиденного…
Ставь ❤️ и читай историю.
«Доченька, когда муж спросит про ключи от сейфа — не давай. Скажи, что потеряла».
Я удивилась, но вечером муж действительно попросил ключи от моего сейфа. Я сказала, что потеряла.
А ночью проснулась от странного звука и ЗАМЕРЛА от увиденного…
Ставь ❤️ и читай историю.
Views: 43
Views: 60
Муж гулял за спиной у жены, а когда она умерла во время родов, возненавидел собственного сына. Найдя через год прощальную записку от жены, он потерял дар речи…
Константин стоял у окна кабинета на пятнадцатом этаже и смотрел, как дождь бьёт в стекло. Его жизнь давно была устроена удобно: работа, квартира, тихая жена дома и бесконечные «командировки», за которыми скрывалась совсем другая жизнь.
С Кристиной они прожили пятнадцать лет. Она ждала, молчала, прощала поздние возвращения и не задавала лишних вопросов, а ему было удобно думать, что так будет всегда. Он не считал себя подлецом, просто брал от жизни всё и не собирался ничего менять.
Поэтому, когда Кристина однажды сказала:
— Костя, у нас будет ребёнок…
он почувствовал не радость, а тяжёлую панику. Ему было сорок пять, и в его привычной жизни не было места ни детскому плачу, ни бессонным ночам. Но Кристина в тот день будто ожила, и он не стал возражать.
Роды начались на две недели раньше срока. В тот момент Константин был вовсе не на совещании, а у очередной любовницы. Когда ему позвонили из больницы, он сразу понял, что случилось что-то страшное.
— Осложнения. Массивное кровотечение. Сердце не выдержало, — сухо сказал врач.
Когда он примчался в роддом, Кристины уже не было.
А в прозрачном боксе лежал их сын — маленький, сморщенный, едва слышно пищащий мальчик. Артём выжил. Его жена — нет.
И в ту секунду в Константине поднялось не горе, а ярость. Он смотрел на ребёнка и думал только об одном: если бы не он, Кристина была бы жива.
— Это из-за него… Если бы не он, она бы не умерла…
ПРОДОЛЖЕНИЕ
Константин стоял у окна кабинета на пятнадцатом этаже и смотрел, как дождь бьёт в стекло. Его жизнь давно была устроена удобно: работа, квартира, тихая жена дома и бесконечные «командировки», за которыми скрывалась совсем другая жизнь.
С Кристиной они прожили пятнадцать лет. Она ждала, молчала, прощала поздние возвращения и не задавала лишних вопросов, а ему было удобно думать, что так будет всегда. Он не считал себя подлецом, просто брал от жизни всё и не собирался ничего менять.
Поэтому, когда Кристина однажды сказала:
— Костя, у нас будет ребёнок…
он почувствовал не радость, а тяжёлую панику. Ему было сорок пять, и в его привычной жизни не было места ни детскому плачу, ни бессонным ночам. Но Кристина в тот день будто ожила, и он не стал возражать.
Роды начались на две недели раньше срока. В тот момент Константин был вовсе не на совещании, а у очередной любовницы. Когда ему позвонили из больницы, он сразу понял, что случилось что-то страшное.
— Осложнения. Массивное кровотечение. Сердце не выдержало, — сухо сказал врач.
Когда он примчался в роддом, Кристины уже не было.
А в прозрачном боксе лежал их сын — маленький, сморщенный, едва слышно пищащий мальчик. Артём выжил. Его жена — нет.
И в ту секунду в Константине поднялось не горе, а ярость. Он смотрел на ребёнка и думал только об одном: если бы не он, Кристина была бы жива.
— Это из-за него… Если бы не он, она бы не умерла…
ПРОДОЛЖЕНИЕ
Свекровь выгнала Вику с малышкой на руках из дома. А когда вернулся муж Вики из командировки…
Вика прижимала к себе крошечную дочь и дрожала не от холода — от унижения. Она стояла у подъезда с чемоданом и детской сумкой, потому что в доме, где ещё утром варила борщ, её больше не ждали.
— Ты мне не невестка, а обуза! — выкрикнула свекровь. — Мой сын поехал в командировку, а ты тут как хозяйка! С катертью дорога!
Она не ожидала такого. Конечно, отношения со свекровью никогда не были простыми — колкости, упрёки, бестактные советы. Но чтобы выкинуть её с грудным ребёнком на улицу… Это казалось немыслимым.
Вика позвонила мужу — в слезах, сбивчиво, но он был на другом конце страны, в горах, без связи. Плакала, пока не замерзли руки. Потом взяла себя в руки — пошла к подруге, переночевала. На следующий день сняла угол у старушки на окраине…
Вика прижимала к себе крошечную дочь и дрожала не от холода — от унижения. Она стояла у подъезда с чемоданом и детской сумкой, потому что в доме, где ещё утром варила борщ, её больше не ждали.
— Ты мне не невестка, а обуза! — выкрикнула свекровь. — Мой сын поехал в командировку, а ты тут как хозяйка! С катертью дорога!
Она не ожидала такого. Конечно, отношения со свекровью никогда не были простыми — колкости, упрёки, бестактные советы. Но чтобы выкинуть её с грудным ребёнком на улицу… Это казалось немыслимым.
Вика позвонила мужу — в слезах, сбивчиво, но он был на другом конце страны, в горах, без связи. Плакала, пока не замерзли руки. Потом взяла себя в руки — пошла к подруге, переночевала. На следующий день сняла угол у старушки на окраине…
Views: 35
Views: 107
«ТВОЯ СЕСТРА И МУЖ ПОСАДИЛИ ТЕБЯ НА 5 ЛЕТ?!» — 79-летняя старушка побледнела, услышав признание бывшей заключённой. А потом достала из-под кровати старую коробку и прошептала...
После освобождения из колонии 43-летняя Марина купила полуразвалившийся дом в деревне под Ярославлем. Другого жилья у неё не осталось.
Но в доме жила пожилая женщина, которую прежний хозяин разрешил оставить там до конца жизни.
— Не бойтесь, бабушка. Я вас не выгоню, — сказала Марина.
Однажды вечером старушка спросила:
— За что же тебя посадили, доченька?
Марина заплакала:
— После смерти моей маленькой дочки муж и родная сестра украли мой бизнес. Подделали документы, обвинили в хищении 12 миллионов. Я пять лет провела в колонии…
Старушка вдруг выронила чашку.
— Как фамилия твоего мужа?
— Крылов. Сергей Крылов…
Лицо старушки стало белым.
— А сестру Ларисой зовут?!
Марина кивнула.
И тогда старушка достала фотографию, от которой Марина едва не потеряла сознание…
После освобождения из колонии 43-летняя Марина купила полуразвалившийся дом в деревне под Ярославлем. Другого жилья у неё не осталось.
Но в доме жила пожилая женщина, которую прежний хозяин разрешил оставить там до конца жизни.
— Не бойтесь, бабушка. Я вас не выгоню, — сказала Марина.
Однажды вечером старушка спросила:
— За что же тебя посадили, доченька?
Марина заплакала:
— После смерти моей маленькой дочки муж и родная сестра украли мой бизнес. Подделали документы, обвинили в хищении 12 миллионов. Я пять лет провела в колонии…
Старушка вдруг выронила чашку.
— Как фамилия твоего мужа?
— Крылов. Сергей Крылов…
Лицо старушки стало белым.
— А сестру Ларисой зовут?!
Марина кивнула.
И тогда старушка достала фотографию, от которой Марина едва не потеряла сознание…
Views: 76
Views: 151
Loading…
Loading…
Loading…
Loading…
Loading…
Loading…
Loading…
Loading…