Яркие краски осени накрывают Москву — даже этот шумный, вечно куда‑то…
Яркие краски осени накрывают Москву — даже этот шумный, вечно куда‑то спешащий город словно притих и задумался. Выхожу с Воронцовской улицы, спускаюсь вниз и направляюсь к Новоспасскому монастырю. День выдался на удивление солнечным и тёплым — не верится, что уже ноябрь. На душе — тихое, необъяснимое предвкушение. Странное ощущение, особенно если учесть, что никаких встреч я не планировал. Вечером мне выходить на большую сцену: говорить с москвичами о матушке Феодосии, петь о ней. А пока хочется просто тишины и молитвы.
Новоспасский монастырь я люблю именно за это — за особую атмосферу, которую сложно найти где‑то ещё. Здесь будто слышно само время: что‑то есть от старины, от настоящей молитвенной глубины. Поднимаюсь по ступеням. Людей — море. Служат молебен перед иконой Всецарицы. Вижу людей в колясках, кого‑то ведут под руки. И детей — очень много детей. Господи, помоги им всем.
И тут эту удивительную атмосферу разрезает голос позади:
— Куда идёте, мужчина? Стойте на месте!
Я молчу. Двигаюсь осторожно, прошу прощения. Женщина громко вздыхает, крепче прижимает к себе сумку. Ещё раз тихо извиняюсь, аккуратно прохожу к лавке, покупаю свечи и поднимаюсь снова по ступеням на второй этаж.
Здесь тихо. Лёгкий дымок от догоревших свечей и запах ладана. Этот запах я очень люблю: он возвращает меня в детство. Мне шесть лет, первая исповедь в родной Никольской церкви. Помню, как стоял, переминаясь с ноги на ногу, и боялся поднять глаза на батюшку. Тогда ладан был особенным — насыщенным. Теперь такой встречается только в монастырях.
Поворачиваю голову — и замираю. Не может быть… Неужели…
— Отец Гавриил! Вот это встреча!
Его икона. От радости начинаю ставить свечи. Смотрю на образ: отец Гавриил глядит серьёзно, но в уголках губ под бородой будто прячется улыбка. Как будто он знал, что я приду.
Рядом — скамеечка. Сажусь. Молчу. Тишина и благодать. Встреча, оказывается, бывает и такой: негромкой, неожиданной, наполненной тихой радостью. Внешне ничего особенного не случилось. Кто‑то, может, и назовёт это мелочью. Но это мой любимый святой, и я понятия не имел, что здесь есть его икона. Что‑то же с утра потянуло именно сюда — за благословением перед концертом. И вот он, отец Гавриил. Вот она, та самая радость, которую ни с чем не перепутаешь и которую не вызовешь по желанию. Словно кто‑то обнимает тебя и тихо говорит: не волнуйся, доверь всё Богу. Вот так встреча — неожиданная, в самом сердце Москвы.
Посидел ещё немного. Приложился к иконе и спустился вниз.
Молебен уже закончился. Тихо. У иконы Всецарицы — никого. Я приложился и попросил Царицу Небесную не оставить всех, кто сейчас болеет и скорбит.
Спускаюсь вниз по ступеням, и вот я уже иду московскими переулками в сторону Покровского монастыря. На душе светло. Трудностей в моей жизни ровно столько же, сколько было час назад. Только тревоги уже нет. У Матронушки солнце играет на образах Покровской церкви. Аромат цветов смешивается с ладаном и запахом восковых свечей.
Всё будет хорошо. Трудности в этой жизни — временные. Впереди вечность, так стоит ли скорбеть? Нет. Впереди — выступление с песней о матушке Феодосии. Она претерпела всё до конца. Если я пою о ней — значит, и мне нужно потерпеть.
— Куда идёте, мужчина? — невольно вспоминается тот голос из толпы. Тогда я не знал, что ответить: ну как же, в храм, логично. Но теперь понимаю: все мы куда‑то идём. Пути бывают разные. Но пусть они приведут каждого из нас к Богу.
А я снова иду по московским переулкам, и в груди уже не предвкушение, а тихая уверенность: всё будет хорошо.
Снова передо мной ступени, уходящие вверх. Главное тут — двигаться размеренно, не пытаясь перескочить через две сразу, иначе есть риск скатиться обратно. Впрочем, в духовной жизни всё то же самое — как и говорила матушка Феодосия: «Осторожно по ступенечке двигаться вверх!»
30.10.2026 г.
Алексей Фадеев (автор‑исполнитель)
Фото из личного архива автора с места события, 10.11.2024 г.
Новоспасский монастырь я люблю именно за это — за особую атмосферу, которую сложно найти где‑то ещё. Здесь будто слышно само время: что‑то есть от старины, от настоящей молитвенной глубины. Поднимаюсь по ступеням. Людей — море. Служат молебен перед иконой Всецарицы. Вижу людей в колясках, кого‑то ведут под руки. И детей — очень много детей. Господи, помоги им всем.
И тут эту удивительную атмосферу разрезает голос позади:
— Куда идёте, мужчина? Стойте на месте!
Я молчу. Двигаюсь осторожно, прошу прощения. Женщина громко вздыхает, крепче прижимает к себе сумку. Ещё раз тихо извиняюсь, аккуратно прохожу к лавке, покупаю свечи и поднимаюсь снова по ступеням на второй этаж.
Здесь тихо. Лёгкий дымок от догоревших свечей и запах ладана. Этот запах я очень люблю: он возвращает меня в детство. Мне шесть лет, первая исповедь в родной Никольской церкви. Помню, как стоял, переминаясь с ноги на ногу, и боялся поднять глаза на батюшку. Тогда ладан был особенным — насыщенным. Теперь такой встречается только в монастырях.
Поворачиваю голову — и замираю. Не может быть… Неужели…
— Отец Гавриил! Вот это встреча!
Его икона. От радости начинаю ставить свечи. Смотрю на образ: отец Гавриил глядит серьёзно, но в уголках губ под бородой будто прячется улыбка. Как будто он знал, что я приду.
Рядом — скамеечка. Сажусь. Молчу. Тишина и благодать. Встреча, оказывается, бывает и такой: негромкой, неожиданной, наполненной тихой радостью. Внешне ничего особенного не случилось. Кто‑то, может, и назовёт это мелочью. Но это мой любимый святой, и я понятия не имел, что здесь есть его икона. Что‑то же с утра потянуло именно сюда — за благословением перед концертом. И вот он, отец Гавриил. Вот она, та самая радость, которую ни с чем не перепутаешь и которую не вызовешь по желанию. Словно кто‑то обнимает тебя и тихо говорит: не волнуйся, доверь всё Богу. Вот так встреча — неожиданная, в самом сердце Москвы.
Посидел ещё немного. Приложился к иконе и спустился вниз.
Молебен уже закончился. Тихо. У иконы Всецарицы — никого. Я приложился и попросил Царицу Небесную не оставить всех, кто сейчас болеет и скорбит.
Спускаюсь вниз по ступеням, и вот я уже иду московскими переулками в сторону Покровского монастыря. На душе светло. Трудностей в моей жизни ровно столько же, сколько было час назад. Только тревоги уже нет. У Матронушки солнце играет на образах Покровской церкви. Аромат цветов смешивается с ладаном и запахом восковых свечей.
Всё будет хорошо. Трудности в этой жизни — временные. Впереди вечность, так стоит ли скорбеть? Нет. Впереди — выступление с песней о матушке Феодосии. Она претерпела всё до конца. Если я пою о ней — значит, и мне нужно потерпеть.
— Куда идёте, мужчина? — невольно вспоминается тот голос из толпы. Тогда я не знал, что ответить: ну как же, в храм, логично. Но теперь понимаю: все мы куда‑то идём. Пути бывают разные. Но пусть они приведут каждого из нас к Богу.
А я снова иду по московским переулкам, и в груди уже не предвкушение, а тихая уверенность: всё будет хорошо.
Снова передо мной ступени, уходящие вверх. Главное тут — двигаться размеренно, не пытаясь перескочить через две сразу, иначе есть риск скатиться обратно. Впрочем, в духовной жизни всё то же самое — как и говорила матушка Феодосия: «Осторожно по ступенечке двигаться вверх!»
30.10.2026 г.
Алексей Фадеев (автор‑исполнитель)
Фото из личного архива автора с места события, 10.11.2024 г.