▶ video
В новом выпуске «Цифровой истории» Александр Бутягин и Егор Яковлев разобрали личность самого известного археолога после Индианы Джонса — Генриха Шлимана.
Смотрите, если пропустили:
ВК
На YouTube
На RuTube
Проект Егора Яковлева «Цифровая история»
YouTube:https://www.youtube.com/channel/UCmNDf2w5wy9m61bq7IqmWZg
ВК: https://vk.com/dighistory
Номер заявления регистрации в Роскомнадзоре: № 4966819380
The section failed to load.
The data did not refresh — the previous period is still shown.
22 October — 28 October 2026
Loading…
+116subscribers in the period
+31 biggest gain · 23 Oct 2026
76/ 100Good
Tip: verify the channel via the datool.ru bot — this is part of Trust.
60 343views in the period 24.4 %
Average post reach — 3 354 views (posts older than two days).
5.46 %ER = reactions ÷ views 0.9 pp
1.0citation index · change since 23 October 206.2 %
Place among similar channels — higher than 57 %. To reach the “high” level, the channel needs to overtake 745 more channels.
#10 670 in MAX · More — the “Mentions” tab
Higher means more views, bigger means more reactions. Click a dot to open the post.
Click a metric to see it across the period below
By views for the period
Pale bars are days, the line is the 7-day average: you can see whether the channel is speeding up or slowing down
Data updated at 11:34 Moscow time. Views are the current counts of posts published on those days; average reach counts posts older than two days. How the quality index is calculated
Loading…
▶ video
«Для меня в мире моды всё начинается и заканчивается Пьером Карденом. Это эталон вкуса, фантазии, красоты… Он никогда не устаревает».
– В чем была специфика отечественных спецслужб?
– Зачем снесли памятник Феликсу Дзержинскому?
– Как Большой театр стал местом встречи агентов иностранных разведок?
– Как связаны гостиница «Националь» и советская разведка?
— Де Голль и его разрыв с США: возврат золотого запаса и выход из НАТО
— Визит де Голля в Москву в 1966 году: Байконур, Новосибирск, могила Сталина
— Жорж Помпиду и активизация советско-французских отношений
— Вилли Брандт и новая восточная политика ФРГ
— Московский договор 1970 года и «газ в обмен на трубы»
— Как Кеннеди и Джонсон искали диалог с СССР
— Ричард Никсон и Леонид Брежнев: отцы разрядки
— Договоры ОСВ-1 и ПРО
— Идея «великой четвёрки»: Брежнев, Никсон, Помпиду, Брандт
— Почему 1974 год на самом деле стал переломным в мировой истории
«Сейчас я проигрывал первую часть своего Концерта... По-моему, вся часть эта испорчена и стала мне с этой минуты положительно противна»
1. «Апофеоз войны», 1871
2. «У крепостной стены. Тсс!...пусть войдут!», 1871
3. «Побежденные (Панихида)», 1878−1879
4. «Перед атакой. Под Плевной», 1881
5. «После неудачи», 1868
6. «Дорога военнопленных», 1878–1879
7. «Конец Бородинского боя», 1899–1900
8. «Шипка-Шейново. Скобелев под Шипкой», 1878–1879
9. «Смертельно раненый», 1873
«Стихи Ваши я знаю мало: раз слышала Вас с эстрады, Вы тогда сплошь забывали, книги Вашей не видела. То, что мне говорил Эренбург — ударяло сразу, захлестывало: дребезгом, щебетом, всем сразу: как Жизнь. Бег по кругу, но круг — с мир (вселенную!). И Вы — в самом начале, и никогда не кончите, ибо смертны».
«Последний месяц этой осени я неустанно провела с Вами, не расставаясь, но с книгой. Я одно время часто ездила в Прагу, и вот ожидание поезда на нашей крохотной станции. Я приходила рано, в начале темноты, когда фонари загорались. (Повороты рельс.) Ходила взад и вперед по темной платформе — далёко! И было одно место, фонарный столб — без света — это было место встречи, я просто вызывала сюда Вас, и долгие бок о бок беседы — бродячие. В два места я бы хотела с Вами: в Веймар, к Goethe, и на Кавказ. (Единственное место в России, где я мыслю Гете.)
Я не скажу, что Вы мне необходимы, Вы в моей жизни необходимы, как тот фонарный шест. / Куда бы я ни думала, я Вас не миную. / Фонарь всюду будет со мной, встанет на всех моих дорогах. Я выколдую фонарь. Тогда, осенью, я совсем не смущалась, что Вы этого ничего не знаете, не смущалась и тем, что всё это без Вашего ведома <вариант: соизволения> Я не волей своей вызывала Вас, если хочешь — можно и расхотеть, хотенье — вздор. Что-то во мне хотело. Я то <оборвано>
“На вокзал” и к Пастернаку было тождественно. Я не на вокзал шла, а к Вам. И поймите, никогда нигде вне этой асфальтовой дороги. Уходя со станции, я просто расставалась: зрело и трезво. И никогда нарочно не шла. Когда прекратились (необходимые) поездки в Прагу, кончились и Вы.
Рассказываю Вам всё это, п.ч. прошло.
Нет, впрочем, лгу! Еще о союзничестве. Когда я кому-нибудь что-нибудь рассказывала и другой не понимал, первая мысль: Пастернак. Надежная, спокойная. Как домой шла. Как на костер шла. Вне проверки».
«Я собирал этнографические коллекции, без стеснения останавливал прохожих, чтобы посмотреть надетые на них вещи, без спроса входил в дома и пересматривал утварь, терял голову, стараясь добиться сведений о назначении какого-нибудь предмета у не понимавших, к чему все это, хараритов. Надо мной насмехались, когда я покупал старую одежду, одна торговка прокляла, когда я вздумал ее сфотографировать, и некоторые отказывались продать мне то, что я просил, думая, что это нужно мне для колдовства. Для того, чтобы достать священный здесь предмет — чалму, которую носят харариты, бывавшие в Мекке, мне пришлось целый день кормить листьями ката (наркотического средства, употребляемого мусульманами) обладателя его, одного старого полоумного шейха. И в доме матери кавоса при турецком консульстве я сам копался в зловонной корзине для старья и нашел там много интересного. Эта охота за вещами увлекательна чрезвычайно: перед глазами мало-помалу встает картина жизни целого народа и все растет нетерпенье увидеть ее больше и больше. Купив прядильную машину, я увидел себя вынужденным узнать и ткацкий станок. После того, как была приобретена утварь, понадобились и образчики пищи. В общем, я приобрел штук семьдесят чисто хараритских вещей, избегая покупать арабские или абиссинские».
Loading…
Loading…
Loading…
Loading…
Loading…
Loading…
Loading…
Loading…