Russia
🤔В музыкальном колледже меня не учили быть педагогом, а в музыкальной школе — не учили быть артистом.
Спросите, чему же меня учили? Быть исполнителем.
Уже после получения музыкального образования, я, конечно, освоила всё необходимое, чтобы стать и артистом, и педагогом. Но закрадывается вопрос: почему моё обучение было построено так странно?
Можно было бы упрекнуть нашу систему музыкального образования в нелогичности, однако не будем спешить с выводами. Исполнительство само по себе — искусство сложное, ему посвящается большая часть жизни музыканта. Вот и получается, что ни педагогика, ни артистические навыки в обучение не вписываются. Ты просто музицируешь и музицируешь в классе.
И вот когда, посвятив много лет созданию учебного музыкального центра, я взялась за второй этап своего проекта — концертную систему, способную реализовывать программы и работать на нужды юных артистов, — я поняла, почему образовательная система не отвечала моим потребностям артиста.
Всё потому, что концертная система — это нечто иное, нежели учебный центр или музыкальная школа.
Учить — одно. Создавать систему, где реализуются творческие проекты, — совсем другое.
С такой системой, как «Детская филармония», я прежде не сталкивалась. В городах, где я жила ее не было.
Изучив опыт детских филармоний в других городах, я поняла: именно этого нашему музыкальному образованию не хватает.
Ведь делать концерты — отдельный труд, и для него требуются другие люди. Педагог по инструменту или вокалу научит исполнять музыку. А поставить на сцену и научить быть конкурентоспособным сможет продюсер, режиссёр, концертный директор — в списке много специальностей.
Итог: система, которую можно назвать «Детской филармонией», — недостающее звено для музыкальной школы или колледжа. Звено, которое дополняет музыкальное образование до реальности и заполняет недостающий пробел между обучением и профессией.
Спросите, чему же меня учили? Быть исполнителем.
Уже после получения музыкального образования, я, конечно, освоила всё необходимое, чтобы стать и артистом, и педагогом. Но закрадывается вопрос: почему моё обучение было построено так странно?
Можно было бы упрекнуть нашу систему музыкального образования в нелогичности, однако не будем спешить с выводами. Исполнительство само по себе — искусство сложное, ему посвящается большая часть жизни музыканта. Вот и получается, что ни педагогика, ни артистические навыки в обучение не вписываются. Ты просто музицируешь и музицируешь в классе.
И вот когда, посвятив много лет созданию учебного музыкального центра, я взялась за второй этап своего проекта — концертную систему, способную реализовывать программы и работать на нужды юных артистов, — я поняла, почему образовательная система не отвечала моим потребностям артиста.
Всё потому, что концертная система — это нечто иное, нежели учебный центр или музыкальная школа.
Учить — одно. Создавать систему, где реализуются творческие проекты, — совсем другое.
С такой системой, как «Детская филармония», я прежде не сталкивалась. В городах, где я жила ее не было.
Изучив опыт детских филармоний в других городах, я поняла: именно этого нашему музыкальному образованию не хватает.
Ведь делать концерты — отдельный труд, и для него требуются другие люди. Педагог по инструменту или вокалу научит исполнять музыку. А поставить на сцену и научить быть конкурентоспособным сможет продюсер, режиссёр, концертный директор — в списке много специальностей.
Итог: система, которую можно назвать «Детской филармонией», — недостающее звено для музыкальной школы или колледжа. Звено, которое дополняет музыкальное образование до реальности и заполняет недостающий пробел между обучением и профессией.