Бессонницу Майкла Джексона лечили наркозом. Прямо в спальне

«Личный врач» звучит успокаивающе. Представляешь специалиста, который следит за здоровьем, замечает опасность и вовремя вмешивается. У Майкла Джексона эта история закончилась уголовным приговором человеку с медицинским дипломом.

После смерти певца эксперты описали старые шрамы, поредение волос и другие изменения, которые публика могла обсуждать бесконечно. Однако заболевания, способного объяснить его смерть, вскрытие не выявило. Это важная деталь для тех, кто привык считать, что организм артиста к тому моменту просто окончательно разрушился.

Причиной смерти стала острая интоксикация пропофолом, а дополнительным фактором — действие бензодиазепинов, успокоительных препаратов.

Джексон страдал бессонницей. Его личный кардиолог Конрад Мюррей вводил ему пропофол — внутривенный анестетик — дома, ради сна. При этом необходимого оборудования для полноценного наблюдения, точного дозирования и реанимации в спальне не было.

Получилась страшная версия обслуживания знаменитостей: больничный препарат доставили к кровати, а требования безопасности посчитали необязательной частью комплектации.

25 июня 2009 года Джексон перестал дышать. В 2011‑м Мюррея признали виновным в непредумышленном убийстве и приговорили к четырём годам заключения.

Я читаю это и думаю, насколько опасно, когда заботу начинают путать с готовностью выполнить любое пожелание. Особенно если человек измучен, отчаянно хочет уснуть и доверяет тому, кто стоит рядом.

Иногда самая необходимая работа личного врача — сказать: «Нет, я этого делать не буду». Даже если перед ним Король поп‑музыки.