Музей журналистики

Дмитрий Холодов (1967–1994) — журналист, для которого правда была не просто профессиональным принципом, а жизненным ориентиром.

Сначала Дмитрий служил в морской пехоте, затем с отличием окончил МИФИ и некоторое время работал инженером. Стремление говорить о важном в итоге привело его в журналистику: в 1992 году Холодов пришёл в «Московский комсомолец».

В «МК» Дмитрий полностью раскрыл свой талант расследователя. Он бесстрашно поднимал острые темы: писал о коррупции в армии и нецелевом расходовании средств, предназначенных для военных. Ради правдивых репортажей он не раз отправлялся в горячие точки: побывал в Абхазии, Чечне, на таджикско‑афганской границе. Журналисту запрещали посещать официальные мероприятия, чинили препятствия в работе, но это не заставило его отступить.

17 октября 1994 года Дмитрий получил кейс с документами, которые должны были стать основой для нового расследования. Когда он открыл его в редакции, сработала мина. Журналисту было всего 27 лет. Виновных в этом преступлении так и не нашли.

В память о Дмитрии Холодове назвали улицу и школу в его родном Климовске, а на здании редакции «МК» установили мемориальную доску. Для многих журналистов он остаётся символом профессиональной смелости, принципиальности и честности.

Забытые профессии: ретушёр

Ретушёр подправлял фотографии до печати: убирал дефекты, усиливал контраст, дорисовывал недостающее. Профессия родилась вместе с фотографией, первую правку приписывают дагеротиписту Изенрингу, который в 1841 году выскребал серебро со снимка, чтобы «зажечь» глаза модели. Массовой она стала в 1860-е, когда фотоателье завели штатных ретушёров, а с 1880-х ретушь прочно поселилась в газетах и журналах, ведь сырой снимок не выдерживал растрового клише.

За одним названием скрывались отдельные ремёсла. В фотоателье это был художник, который по заказу клиента сглаживал кожу, убирал морщины, дорисовывал фон. В редакции или типографии ретушёр готовил снимок к печати. Он усиливал контраст, обрабатывал поля и фон, вычищал царапины. Мог вырезать фигуру скальпелем и переклеить на другое место, соединить несколько негативов в один кадр, а следы ножниц залить тушью через пульверизатор. Читатель редко догадывался, что картинка собрана заново. В СССР существовали специалисты, которые удаляли с фотографий неугодных власти людей. Это вызвало справедливую критику за попытку подменить историческую реальность.

Главным инструментом ретушёра был специальный станок - деревянный ящик с матовым стеклом и подсветкой снизу, над которым мастер работал в тёмной накидке, как фотограф под старой камерой. Негатив покрывали лаком и правили карандашами «Ретушь», плотные места осветляли скребками и кислотами, отпечатки подчищали акварелью, с 1880-х добавился аэрограф. Требовались художественная школа и знание анатомии. В России ретушью негативов занимались даже художники Крамской и Зичи.

Работу изменил цифровой фотопроцесс. Снимки перестали существовать на плёнке, и функции ретушёра забрали Photoshop и встроенные редакторы. В газетах 1990-х-2000-х профессия ретушёра в газетном деле ушла вместе с фотоцинкографией и корректурой.

Сегодня предпечатная и рекламная ретушь - это отдельный, активно развивающийся рынок, где ключевую роль играет не «лак и карандаш», а графический планшет.

Как буква стала газетой: типографская азбука в железе
Сегодня текст рождается за секунды: набрал, нажал «опубликовать». А ещё пару веков назад каждая страница газеты собиралась руками, буква за буквой. Рассказываем, как это работало и чем всё заканчивалось.
Литера. Это маленький металлический брусок, на торце которого выпуклая зеркальная буква. Именно зеркальная: на оттиске она «переворачивается» и читается правильно. Литеры отливали из гартового сплава свинца, олова и сурьмы. Он быстро застывает и достаточно твёрдый, чтобы выдержать тысячи оттисков. В наборной кассе у каждой буквы своя ячейка, а чтобы набрать страницу, наборщик должен был «читать наоборот» и делать это очень быстро.
Верстатка. Это небольшой металлический лоток с упором, в который наборщик по одной выставляет литеры, строка за строкой. Отсюда и слово «верстать», которое мы до сих пор используем, даже когда работаем в компьютерной программе. Сверстанные строки собирали в полосу, стягивали шпагатом и закрепляли в раме. Одна опечатка означала, что строку нужно набирать заново.
Наборная касса. Это плоский деревянный ящик с десятками ячеек, в которых по отделениям лежат литеры: каждая буква в своей ячейке. Самые частые буквы получали самые большие и удобные ячейки, а редкие вроде «ъ» или «ф» убирали подальше. Прописные и строчные буквы хранились в разных кассах: верхняя называлась «верхней кассой», а нижняя «нижней». Отсюда пошли термины «верхний» и «нижний регистр», которыми мы пользуемся до сих пор, нажимая Caps Lock. Опытный наборщик находил нужную литеру на ощупь, не глядя, и набирал строку за считаные секунды.
Высокая печать. Так называется способ, при котором краска ложится только на выступающие части формы: на торцы литер. Валик накатывает краску, лист бумаги прижимается к форме, и на нём остаётся оттиск. Если на бумаге внимательно рассмотреть буквы, иногда можно заметить лёгкое продавливание, «тиснение», которое оставляет высокая печать. Именно так печатали книги и газеты с середины XV века и почти до конца XX.
Печатный станок. Иоганн Гутенберг около 1450 года соединил подвижные литеры с прессом, подобным винодельческому, и этот союз изменил мир: книги перестали быть штучным товаром. Позже ручной станок сменили тигельные и цилиндровые машины, а затем ротационные, которые выдавали уже тысячи экземпляров газеты в час. Без них не было бы ни массовой прессы, ни профессии журналиста в привычном нам смысле.
Гильотинный резак. Отпечатанные листы нужно обрезать ровно, и для этого служил гильотинный резак для бумаги: тяжёлый нож опускается на стопку и обрезает её одним движением. Название «гильотина» заслуженное: нож действительно опасный, поэтому на современных резаках ставят двуручное управление и защитные барьеры. Работать с ним учили долго и внимательно.
Почему это важно сегодня. Многие слова из наших редакционных будней родом из типографии: «верстка», «шрифт», «кегль», «гарнитура», «полоса», «набор», «тираж», «в печать». Каждый раз, когда вы выбираете шрифт в текстовом редакторе, вы пользуетесь наследием наборной кассы.
А ещё в нашем музее вся эта техника не просто стоит за стеклом: часть экспонатов рабочая, их можно увидеть вблизи и понять, как всё устроено. Приходите на экскурсию, а если вы студент или школьник, расскажите об этом одногруппникам и одноклассникам!
Знали ли вы, что слово «литера» пришло из латинского littera, «буква»? Пишите в комментариях, какие «типографские» слова вы используете в повседневной речи, сами того не замечая.
#МузейЖурналистики #историяпечати #типография #журналистика #УлГУ