Audio · Open in MAX
Анна Гостева
Деревня 1955–1972 глазами приезжей: учительница, фельдшер, агроном — чужая, которой здесь жить. Здесь — начало истории и аудиорассказ, полностью — на моём канале в Дзене.
The section failed to load.
The data did not refresh — the previous period is still shown.
Dashboard
24 October — 30 October 2026
Loading…
Audience growth
+3subscribers in the period
+2 biggest gain · 26 Oct 2026 −1 biggest loss · 25 Oct 2026
Quality index
Views and reach
Subscriber engagement
Citation index
The citation index has not been calculated yet: it will appear after the nightly calculation once other channels mention the channel.
When and how much it posts
Post formats
Every post is a dot
Higher means more views, bigger means more reactions. Click a dot to open the post.
Period totals
Click a metric to see it across the period below
Ads in the channel
Top posts
By views for the period
Posts by day
Pale bars are days, the line is the 7-day average: you can see whether the channel is speeding up or slowing down
Data updated at 18:21 Moscow time. Views are the current counts of posts published on those days; average reach counts posts older than two days. How the quality index is calculated
Posts for the period
Loading…
Табурет Лидия вынесла на крыльцо медпункта и поставила у двери, в тень от наличника. Табурет был крашеный, голубой, с прорезью посередине сиденья, и за месяц на него не сел ни один человек.
В медпункте пахло хлоркой и кипятком. На примусе в стерилизаторе постукивали пинцеты, два зажима и шприцы, которые Лидия кипятила каждое утро и которые каждое утро никому не требовались. Клава, санитарка, домывала пол у порога. Пол был чистый со вчерашнего дня и чистым остался бы до завтра, но Клава мыла его второй раз, по привычке, заведённой ещё при прежней хозяйке.
На стене висел плакат про мух, с оборванным нижним углом. Лидия в первый же день собиралась его снять и так и не сняла.
— Три деревни, — Лидия смотрела в окно на пустой табурет. — Лопатино, Сухоречье, Выселки. Покос в самом разгаре. И ни пореза, ни нарыва, ни одной занозы за месяц. Так не бывает, Клава.
Клава выжала тряпку над ведром.
— Бывает.
— При председателе ключ давали, помнишь? Он ещё при всех объявил: три деревни ваши, так в направлении записано, так и будет. И шкаф с лекарствами мне при нём сдавали.…
🎧 Аудиорассказ целиком (20 мин) — ниже. Дочитать текстом — по кнопке.
Audio · 29:19 · Open in MAX
Изба к одиннадцати часам выстыла так, что Зоя, войдя с рулоном кумача под мышкой и банкой зубного порошка в озябшей руке, не стала снимать ватник, а только сдвинула платок на затылок и положила кумач на стол, подальше от холодной стены.
Лампу она зажгла на ощупь. Фитиль закоптил, пришлось убавить. На шестке, где днём стоял чугунок, было пусто и чисто, даже сажу кто-то смёл гусиным крылом. Зоя глянула туда и отвернулась к подтопку. Подтопок стоял в углу, маленький, с железной дверцей и своей вьюшкой, и был холодный с самого утра.
Кумач надо было расписать к празднику. Шесть лозунгов, самый длинный через всю сцену. Порошок она развела в блюдце на клейстере, обмакнула кисть. Первая буква вышла толстая, вторая поползла вбок. Пальцы не держали.
Она присела к подтопку и потянула вьюшку. Та подалась со скрежетом.
— Вьюшку не трогай, — донеслось с печи.
Лукерья Ивановна спала на печи, и там у неё держалось тепло до утра: кирпич остывает долго, это внизу, у окон, выдувает к полуночи.
— Я только посмотреть.…
🎧 Аудиорассказ целиком (29 мин) — ниже. Дочитать текстом — по кнопке.
Audio · 36:05 · Open in MAX
Часть первая.
Ростепель, и от станции до Липягов одиннадцать вёрст раскисшего большака. Валя держалась обочины, где ещё лежала прошлогодняя трава, и прижимала под пальто бутылку с молоком. Соску она обмотала чистой тряпицей, а бутылку грела собой: на ветру молоко затянуло бы ледком. На левой руке у неё спала девочка в двух байковых одеялах, из щёлки между углами шёл пар. В правой был фанерный чемодан с железными уголками, и ручку его Валя давно перестала чувствовать. Дважды она ставила его в грязь, перекладывала девочку на другую руку и шла дальше, считая столбы вдоль большака, чтобы не считать вёрсты.
За Ракитным её догнал молоковоз. Пустые бидоны гремели в кузове, машину водило по колее, и Лёнька Рябов высунулся из кабины раньше, чем затормозил.
— Сомова? Валька? — Он распахнул дверцу. — Лезь, пока не утопла. Чемодан кидай в ноги.
Она подала ему сначала свёрток, потом чемодан и только потом забралась сама. Лёнька держал девочку на вытянутых руках, боком, и боялся дышать.
— Это что у тебя?
— Не что, а кто. Давай сюда.
— Мать-то знает?
— Узнает.…
🎧 Аудиорассказ целиком (36 мин) — ниже. Дочитать текстом — по кнопке.
Audio · 33:58 · Open in MAX
Часть первая.
Подвода с соломой пришла на ферму раньше света, и Нина вышла ей навстречу с фонарём, придерживая его у самой земли, и в жёлтом круге видны были белая от изморози колея, обломки наста под копытами и мокрый след колеса от самых ворот.
— Рано ты, Демьян.
— А чего тянуть. — Возчик скинул вожжи на облучок и полез за вилами. — К Покрову велено убрать, вот и убираю.
Она отворила воротину плечом, фонарь повесила на гвоздь у столба. Телята в дальнем станке услышали свет и заходили, застучали по доскам. Нина взяла вилы, не дожидаясь, пока возчик слезет, и начала метать солому в проход сама: так выходило быстрее, а к семи надо было выпоить весь ряд.
— Ты, что ли, одна нынче?
— Фрося на молотьбе.
— Тогда я тебе поближе накидаю.
Он накидал поближе. Нина отнесла первую бадью, придержала телёнка коленом, чтобы не лез мордой через край, и стала считать глотки, как её учили в апреле: не по времени, а по глоткам, тогда видно, который сдал. Третий слева сдал. Она отставила бадью и пошла за дёгтем.…
🎧 Аудиорассказ целиком (34 мин) — ниже. Дочитать текстом — по кнопке.
Audio · 17:56 · Open in MAX
Противень Зина вынесла во двор. Пироги пекли у Матрёны: своя печь столько не брала, а у Матрёны летняя, под навесом, топленная с четырёх утра. Парило перед грозой. Куры лезли под самый порог, и Матрёна отгоняла их ногой, не глядя.
— На лавку ставь. И рядном накрой, — окликнула она. — Мухи сядут, сраму не оберёшься.
Зина поставила противень и обмахнула ладони одну о другую. Мука въелась под ногти и не сходила.
Печь у Матрёны была сложена низко, и заглядывать в неё приходилось согнувшись. Зина подкинула два полена, подвинула ухватом чугун с холодцом и отодвинулась от устья. Под навесом на верёвке досыхали рушники — двадцать шесть штук, она перестирала их все и сама же развесила, и теперь они пахли не домом, а чужой золой.
У плетня ждали своей очереди к печи ещё две бабы. Дуся-скотница смотрела прямо, глаз не отводила.
— Это Пелагея тебе ключ дала?
— Дала.
— При людях?
— При людях. — Зина взялась за второй противень. — Сказала: у Зины будет, она считать умеет.
Дуся переглянулась с Матрёной.…
🎧 Аудиорассказ целиком (18 мин) — ниже. Дочитать текстом — по кнопке.
Loading…
Loading…
Loading…
Loading…
Loading…
Loading…
Loading…
Loading…