Глава 22. Последняя запись (Продолжение)
- Игорь Андреевич, - сказала Марина. Голос - ровный. Не дрожал. - Достаточно.
Северов обернулся. Медленно. Улыбка - та же. Мягкая, тёплая. Как будто - не в подземелье. Как будто - не с заложником.
- Марина. И вы. - Кивок. - Ждали вас. Ваша мать - говорила о вас. Каждый день. Десять лет - одно имя. Марина. Марина. Марина.
- Отпустите Артёма.
- Зачем? - Он - не враг. Он - свидетель. А свидетели - молчат. Или - остаются. - Он шагнул к ней. Ближе. Голубые глаза - спокойные, как лёд. - Марина, вы - тоже свидетель. Последний. Что будете - молчать? Или - останетесь?
- Ни то, ни другое.
Северов поднял руку. В ней - пистолет. Чёрный, маленький, не табельный - личный.
- Тогда…
Свет - яркий, белый, слепящий. Из-за спины Марины - из хода. Фонари, голоса, топот. Лера - первой, с пистолетом, за ней - шестеро, в форме, со щитами.
- Руки! На голову! На пол! - Лера кричала - не своим голосом, срывом. - Игорь Северов - на пол!
Северов замер. Улыбка - исчезла. Впервые - Марина увидела: не маску. Лицо. Серое, старое, с каплями пота на лбу. Рука с пистолетом - дрогнула. Опустилась. Пистолет - упал на землю. Северов - встал на колени. Медленно, без слов. Патрульные - навалились, наручники, щелчок.
- Артём, - Марина бросилась, рвала стяжки. Нож - из рук патрульного. Пластик - лопнул. Артём поднялся - пошатнулся. Обнял - крепко, мокро, грязно.
- Ты - сумасшедшая, - прошептал он.
- Ты - тоже.
Наверх. Вдвоём, медленно. Ход, лестница, паркинг, комната. Наталья - ждала. У двери, в свете лампы. Стояла - сама, без поддержки. Худая, бледная, живая.
- Мама.
- Доченька.
Марина обняла - и не отпустила. Долго. Минуту, две. Лера стояла рядом, молча, с мокрыми глазами. Патрульные - молчали. Юлия - в углу, неподвижная, смотрела. Впервые - не сквозь. На них. Живо.
***
Через неделю Марина открыла дневник Юлии. Последняя страница - написана в комнате, под землёй, карандашом, мелко, торопливо:
«17 сентября. Не знаю, какой день. Свет - всегда. Темно - всегда. Мужчина приходит. Говорит - тепло, мягко. Кормит. Приносит книги. Я читаю - не помню, что. Карандаш - нашла в книге. Пишу. Если кто-нибудь найдёт - я была здесь. Жила. Дышала. Ждала. Юлия Тимохина, журналист. Не молчите.»
Марина закрыла дневник. Положила на стол. Рядом - кулон. Серебряный, с бирюзой. Мамин.
Она открыла канал. Набрала - последнюю строку:
«Они живы. Все. Молчали - десять лет. Теперь - говорят. Город - слышит.»
Опубликовать.
Конец.👉
Сетка моих каналов в Max