Каждый есть оба: мифологическая, юнгианская и бионианская перспективы – 1
Фраза «каждый есть оба» в книге Джозефа Кэмпбелла "Тысячеликий герой" описывает преодоление иллюзии разделения между субъектом и объектом, внутренним миром и внешней реальностью.
Контекст цитаты в книге
У Кэмпбелла эта мысль раскрывается в разделе, посвященном мистическому опыту любви и единству противоположностей:
• Иллюзия двойственности: Человеческому разуму свойственно видеть мир разделённым на «я» и «другой», мужское и женское, время и вечность, героя и мир.
• Формула тождества: Под этой поверхностной разделённостью скрывается глубинное единство — «каждый есть оба». Если герой — это царь мира, то мир — это продолжение его самого; если он — воин, то его противник или возлюбленная — отражение его собственной судьбы.
• Космический масштаб: Такое осознание стирает границы между отдельными существами. Человек начинает видеть общее начало во всем — от людей и животных до растений и камней.
Основные смысловые уровни фразы
• Единство противоположностей (Non-duality): В восточных философских традициях и мифологии (на которые опирается Кэмпбелл) свет и тьма, созидание и разрушение исходят из одного источника. Внутри каждого человека уже заложены оба полюса.
• Взаимное отражение: В отношениях или в столкновении с внешним миром «другой» является зеркалом самого наблюдателя. То, что человек пытается найти или побороть вовне, на самом деле находится внутри него.
• Снятие масок: Все мифологические фигуры — чудовища, боги, наставники и спасители — это лишь разные личины («тысяча лиц») одной и той же универсальной психической и духовной реальности, носителем которой является любой человек.
Продолжение следует.
__________
#Кэмпбелл, #Тысячеликий_герой, #единство_противоположностей, #мифология, #психология, #Юнг, #проекция, #тень, #Бион, #проективная_идентификация, #контейнирование, #любовь, #отношения, #психика, #самость
Отшельник сообщает Парсифалю, что Грааль не содержат рыбу, но гостию, которой кормится Король. Таким образом, Грааль представлен как чисто символический сосуд, обеспечивающий духовное, а не физическое средство к существованию. Можно сказать, что он явно означает тот этап в развитии человеческого духа, когда человек не может больше довольствоваться материалистическим взглядом на мир или эффективностью действующих вещей, но выходит за рамки этого и наделяет конкретное символическим значением. Несомненно, что естественный человек также признаёт нематериальные свойства вещей. Но для него они не символические, а магические, а это значит, что они носят практический характер, столь же конкретный, как реальный объект. Способность создавать символические концепции — это нечто другое и предполагает несколько более высокую степень сознания. Этим достижением знаменуется чрезвычайно важный шаг на пути духовного развития: переход от природно‑магического к духовному или мистическому мировоззрению (Weltanschauung). В данный момент Парсифаль переживает этот переход благодаря учению отшельника.
Разница между магической и мистической ментальностью, возможно, характеризуется тем, что в магическом мировоззрении эго выходит на первый план, в том смысле, что либо оно подвержено влиянию неведомых сил, либо само пытается воздействовать на эти силы. В любом случае цель магии заключается в том, чтобы эго получило власть над этими неизвестными силами, а через них — над людьми и вещами. Мистическое же отношение к вещам не устанавливает никаких отношений с эго, но стремится выше и за его пределы и даже достигает своей кульминации в растворении эго. Таким образом, можно сказать, что магическое мировоззрение соответствует тому уровню развития или уровню сознания, в котором эго ещё недостаточно сознательно или целостно, и поэтому оно должно быть усиленно акцентировано. Часто случается, что люди, которые ведут себя в значительной мере эгоцентрично, часто находятся в постоянной опасности быть поглощёнными другими людьми или ситуациями, и в таких случаях эгоцентризм можно рассматривать как своего рода защиту от этой тенденции. Несомненно, наличие эго важно. Иначе не могло бы быть ни роста сознания, ни любого другого духовного развития, и даже Самость немыслима без предварительного этапа эго.
Мистическое отношение, с другой стороны, соответствует той стадии или фазе, когда эго уже достаточно укреплено и когда задача состоит в выходе за грани эго и в достижении Самости, «второго я» или чего‑то запредельного. Речь не идёт, однако, лишь о стадии развития, достигаемой за всё время существования человечеством или нацией; в единичных случаях этот постепенный переход также имеет место быть в жизни современных людей. Кроме того, две фазы часто существуют бок о бок в дополняющих друг друга отношениях. В общем и целом вполне можно сказать, что природа религии и языческой древности обладает более магико‑эгоцентричным характером, тогда как христианству, с его духовной ориентацией, соответствует мистическое мировоззрение. Объединение этих двух подходов можно найти в алхимии, где на более высоком уровне воссоединились два аспекта: архаичная магия и чисто духовная мистика. Среди западных народов переход от более конкретного к более духовному типу мышления стал особенно заметен во времена Карла Великого и привёл с двенадцатого по четырнадцатый век к золотому веку мистики.
Э. Юнг, М.-Л. фон Франц. Легенда о Граале
Самость, не являясь полной, всё же присутствует в нас как потенция, которая может проявиться только в ходе конкретного процесса. При этом она не всегда реализуется через раскрытие естественных биологических процессов жизни: часто многие жизни проходят без её проявления.
Тогда каким образом и с помощью каких средств Самость может проявиться? Она воспринимается до той степени, в которой жила в опыте повседневной жизни. Нельзя считать, что Самость достигнута ни когда она появляется в символической форме во снах и внутренних образах, ни когда сознание обретает особую степень ясности, ни когда психологические функции достигли высокой степени дифференциации. Сознание, несомненно, важно и при правильном использовании служит неоценимым средством для реализации Самости, но само по себе не является определяющим фактором. Оно зависит не столько от знаний, способностей или определённой степени интеллекта, сколько от того, как эти качества применяются, и прежде всего — от психического отношения, которое человек проявляет, сталкиваясь с различными жизненными обстоятельствами и судьбой.
Как нити ткани вплетены в узор, так и Самость, как живая одежда божественности, соткана из множества решений и кризисных ситуаций, которые сами по себе, возможно, незначительны, но под влиянием которых мы находимся в течение жизни. Такие ситуации случаются на всех уровнях жизни и разума и в любой среде; приведут ли они к проявлению Самости — зависит только от нас. Многие наблюдали, что даже очень маленькие дети, сталкиваясь с определёнными трудностями, относятся к ним так, что многие взрослые могут только позавидовать. То «нечто», отсутствие которого мы переживаем как бездушие, — это «некто», кто занял позицию, кто ответственен, кто предан идее. Там, где это высшее, ответственное эго отсутствует, не может быть Самости. При этом Этос (нравственный облик) и Самость взаимозависимы. По этой же причине позиция «вне добра и зла» (та, что высоко ценится во многих кругах, особенно после Ницше) является лучшим способом предотвращения появления Самости.
Из вышеизложенного видно, что притяжение может исходить из чего‑то пустого: оно стремится к завершению, как невидимая форма, которая требует принятия вещества. Индивидуум отдаёт себе отчёт в существовании этого призыва и в росте этого притяжения, не зная, что же взывает к нему. Влияние, исходящее из скрытого Грааля, может быть приравнено к такому вызову.
Эмма Юнг, Мария-Луиза фон Франц. Легенда о Граале
_____________
#глубинная_психология, #Юнг, #самость, #бессознательное, #активное_воображение, #архетипы, #символизм, #психологическая_индивидуация, #этос, #Мейстер_Экхарт, #символы_пустоты, #юнгианский_анализ, #внутренний_путь, #психическое_развитие
