1. Экономическое двоевластие в стране, когда исполнительная власть…
1. Экономическое двоевластие в стране, когда исполнительная власть отвечает за стратегическое планирование и регулирование реформ, исходя из цели повышать уровень жизни людей и обеспечивать их безопасность, а Центробанк ориентирован на извлечение прибыли кредитными учреждениями независимо от социальных показателей, является уникальным явлением в мировой экономике.
2. Такая ситуация обусловлена особым конституционным статусом регулятора, который не имеет прецедентов в мире. В абсолютном большинстве стран мира, включая лидеров — США, Германию, Италию, Францию, Испанию, Китай и др., центробанк не имеет конституционного определения. А в тех немногих государствах, где упоминания о регуляторе включены в Конституцию (Вьетнам, Кения, Мексика, Чили, Венгрия, Албания и др.), жёстко оговорена его зависимость от законодательной и исполнительной власти и, в той или иной форме, обязательства служить общему интересу страны.
3. Таким образом, российский регулятор по Конституции фактически не имеет юридических обязательств поддерживать благосостояние общества и избавлен от контроля за своей деятельностью со стороны демократически сформированных органов власти. Однако не может быть и речи о неуправляемости банка: алгоритмы его работы определены договором с Международным валютным фондом (Всемирным банком), подконтрольным США. Этот договор размещён на сайте российского ЦБ и содержит юридические формулировки его обязательств, которых руководство Банка России неукоснительно придерживается.
4. На протяжении почти тридцати лет был налажен отток капиталов за рубеж (по разным оценкам — до двух триллионов долларов), а неустойчивый баланс между общегосударственными целями и интересами финансового капитала был нарушен после начала СВО, что привело к фактической рецессии экономики в 2025–2026 годах, когда темпы промышленного роста ушли в отрицательную зону на фоне положительной динамики банковского сектора..
2. Такая ситуация обусловлена особым конституционным статусом регулятора, который не имеет прецедентов в мире. В абсолютном большинстве стран мира, включая лидеров — США, Германию, Италию, Францию, Испанию, Китай и др., центробанк не имеет конституционного определения. А в тех немногих государствах, где упоминания о регуляторе включены в Конституцию (Вьетнам, Кения, Мексика, Чили, Венгрия, Албания и др.), жёстко оговорена его зависимость от законодательной и исполнительной власти и, в той или иной форме, обязательства служить общему интересу страны.
3. Таким образом, российский регулятор по Конституции фактически не имеет юридических обязательств поддерживать благосостояние общества и избавлен от контроля за своей деятельностью со стороны демократически сформированных органов власти. Однако не может быть и речи о неуправляемости банка: алгоритмы его работы определены договором с Международным валютным фондом (Всемирным банком), подконтрольным США. Этот договор размещён на сайте российского ЦБ и содержит юридические формулировки его обязательств, которых руководство Банка России неукоснительно придерживается.
4. На протяжении почти тридцати лет был налажен отток капиталов за рубеж (по разным оценкам — до двух триллионов долларов), а неустойчивый баланс между общегосударственными целями и интересами финансового капитала был нарушен после начала СВО, что привело к фактической рецессии экономики в 2025–2026 годах, когда темпы промышленного роста ушли в отрицательную зону на фоне положительной динамики банковского сектора..