Рассказы

— Может, неглазированный возьмут? — с сомнением поинтересовалась Полина.
— Да вы что, это же наш самый ходовой товар, — сказал главный инженер. — Меня Максимом, кстати, зовут.
— Полина, — представилась она, забыв об отчестве. — А причину проблем установили?
— А чего её устанавливать, когда я уже месяц вашего зама терзаю на эту тему? — горько выпалил Максим. — Говорю, что сырьё привезли не того качества. Глазурь на нём получается серой, трескается, и у изделия нетоварный вид. Они же какао-масло вообще непонятно где закупили. Вот я прямо сейчас анализ сырья в лаборатории делал и вас увидел.
— А технологи что говорят? — спросила Полина, натягивая белый халат и шапочку. Рядом облачилась в такой же костюм Тамара Семёновна. Она держалась с Максимом сдержанно, не выдавая родства, чтобы не навредить сыну на работе.

ПРОДОЛЖЕНИЕ- ЗАВТРА
 ПЕРЕЙТИ К НАЧАЛУ ТРЕТЬЕЙ ЧАСТИ РАССКАЗА

— Мы поступим вот как, — предложила Полина. — С завтрашнего дня моим приказом вы переходите ко мне секретарём. Работы пока немного, но скоро прибавится. Начнёте пока входить в курс дела. Я лично предупрежу отдел кадров, чтобы без моего распоряжения никто не мог вас уволить. Вы не плачьте. Раз пришли сюда с бумагами, значит, ваша совесть чиста.
— А как же с уборщицей-то? — испуганно поинтересовалась Галина Петровна.
— С ней тоже решим вопрос, — улыбнулась Полина. — Станислав, сможешь отвезти Галину Петровну домой? Пару дней вы можете побыть в мини-отпуске, приведите нервы в порядок, и, разумеется, всё будет оплачено. А потом буду вас ждать.
Секретарь рассыпалась в благодарностях. Она бы и не знала, что сказать. Дела на фабрике, очевидно, шли настолько скверно, что их прятали под толстым слоем лжи и предательства. Полина так и не успела связаться с Тамарой Семёновной. Хотела рассказать о результатах их мини-расследования, но прилегла ненадолго и уснула. Слишком много всего навалилось на хрупкие плечи этой девушки.
Следующие несколько дней прошли в хлопотах. Заместитель изо всех сил изображал, что проводит аудит. Про смену секретарской должности пошутил, что та поднимается по карьерной лестнице накануне пенсии. Но Полина заранее посоветовала Галине Петровне не реагировать на его слова, и та смотрела на своего бывшего начальника как каменный стукан, совершенно без эмоций. В её лице наследница приобрела неожиданного и очень преданного союзника.
А через несколько дней среди ночи Полину разбудил настойчивый телефонный звонок. Это был Станислав.
— ЧП у нас. Или даже сказать можно диверсия намеренная. Это уж как посмотреть, — заявил начальник охраны. — Вы бы приехали, Полина Андреевна.
— А что случилось? — спросила она.
— Да заказ новогодний для крупной торговой сети запороли, — рычал Станислав. — Самый важный заказ. А у нас вся глазурь трещинами пошла. На новую денег нет. Да и не успеем уже поставить.
— А что технологи говорят? — Полина стояла, щупая босой пяткой сучок на полу. Руки мелко и противно дрожали. В горле пересохло.
— Да ничего, миллионы в топку выбросили и молчат, — продолжал бушевать Станислав.
— Найдите и привезите на фабрику Тамару Семёновну, — потребовала Полина.
— А зачем нам там уборщица? — уточнил начальник охраны. — Там пока не намусорено.
— Ой, и вы туда же, — обиделась девушка. — Да постойте же, что я говорю. Я буду в течение часа.
Она положила трубку и помчалась одеваться. Вскоре хозяйка фабрики уже ехала в цех, где произошло ЧП. Настроение было совершенно безрадостным. Полина отлично знала теперь, как важен для фабрики новогодний заказ. В последние годы он почти не приносил денег. А всё потому, что клиенты уходили к другим поставщикам. Раньше же предновогодние дни буквально кормили весь год.
С Тамарой Семёновной они встретились на проходной. Охранник скандалил, требовал пропуск. Полина потребовала выписать временный. Спорить с хозяйкой он не решился, черкнул что-то на бумажке и вручил бывшей техничке.
— Ну и что там? — поинтересовалась Тамара Семёновна.
— А вон к нам главный инженер бежит. Сейчас узнаем, — сказал Станислав. — Вляпались мы по уши. Беда.
Главный инженер безошибочно вычислил владелицу фабрики и обращался к ней.
— Самый важный заказ, и вся первая партия в брак. Глазури уже замешана. Делать повторно не из чего. Да и некогда. Отгрузка зефира должна была быть через три дня.

Они встретились через час. Мужчина лет сорока с непроницаемым лицом и военной выправкой когда-то служил в полиции, был комиссован по ранению, ушёл в охранную деятельность. У папы работал последние пять лет. И о событиях двадцатипятилетней давности имел смутные представления. Он выслушал Полину и предложил отсмотреть записи камер наблюдения. Оказалось, что по приказу Андрея Николаевича кабинет, который теперь занимала новая собственница, был оснащён камерами.
Начали они с вечера накануне, но никто в кабинет не заходил. Уборщица, закончив работу, ушла, так что пришлось смотреть дальше.
— О, а вот и гости! — усмехнулся Станислав при виде женщины, крадущейся по коридору. — Только это вовсе не наша несчастная техничка, а секретарь Аркадия Михайловича собственной персоной. Интересно, что она в семь утра делает в офисе?
— Папки воруют, — вздохнула Полина. — Но неужели они были так уверены, что не попадутся?
— Люди для нашего Аркадия просто расходный материал, — мрачно пояснил Станислав. — Ну а вот и папка. Видите, она её несёт. Ну а дальше я вам не помощник. У нас в этой части здания нет камер.
На то и был, видимо, расчёт, чтобы доказать её невиновность стало невозможным.
— Какая мерзость. — Полина едва не плакала. — Ну и как мне со всеми этими коллегами работать?
— Ничего, Полина Андреевна, как-нибудь. — Он сочувственно посмотрел на наследницу. — Ещё вам чем-нибудь помочь?
Их беседу неожиданно прервал звонок домофона. Полина отправилась открывать. Вскоре в прихожей, растерянно озираясь, стояла женщина. Та самая, что минуту назад на плёнке выносила краденую папку. При виде начальника охраны Галина Петровна побледнела, а потом едва слышно произнесла:
— Станислав, и вы здесь? Наверное, так даже лучше. Я с повинной пришла, будете свидетелем.
— Что случилось? — допытывалась Полина, желая услышать правду.
— Да грех у меня на душе. — Галина Петровна беззвучно заплакала. — Я ведь столько лет здесь. Ещё у твоего отца секретарём была. Потом уже перешла работать к Терентьеву и никогда не думала, что до такого дойдёт. В общем, заставил он меня совершить очень неблаговидный поступок под предлогом того, что иначе сократит меня, уволит за год до пенсии, а мне нельзя работу терять. Муж болеет сильно. Лекарства дорогие. А адрес ваш я у водителя служебного узнала, когда он вас домой отвозил.
— Галина Петровна, проходите. — Полина бережно провела женщину в кабинет. — Так, бросьте взгляд на экран, где висел стоп-кадр. А выходит, сами уже всё знаете.
— Я-то каяться побежала, — усмехнулась секретарь.
— Да что вы, это тоже очень важно. — Полина принесла ей стакан воды. — Хотелось бы понять, кто чего стоит в офисе. Вот вы явный человек совестливый. А где бумаги из папки? Вы их забрали?
— Да не думала, что станут проверять, — кивнула та. — Я так рассудила, что раз он мне угрожает, то тоже имею полное право защищаться. Вот и припрятала. А с этими бумагами и другие сегодня забрала. Копии договоров с этим подставным холдингом. Я же всё вижу и понимаю, где настоящая работа ведётся, а где липа. Вам-то он, конечно, красиво напоёт.
— И где сейчас эти бумаги? — поинтересовался у неё начальник охраны.
— Да вот же, принесла, — улыбнулась Галина Петровна. — Как знак доброй воли. Чтобы вы знали. Эх, двадцать лет я на этого человека горбатилась, а заслужила в итоге только шантаж и угрозы.

Жених с дядей тайком скупали фабрику невесты за бесценок. А когда она привела уборщицу, дядя узнал в ней ту, кого выжил (часть 3)

ГЛАВА ТРЕТЬЯ
Полина начала поиски, вспомнив, как настойчиво Аркадий Михайлович пытался заглянуть в эти бумаги. Теперь она не сомневалась, что папку забрали намеренно. Вскоре к ней присоединился весь офис, и тут Аркадий Михайлович нанёс заготовленный удар.
— Судя по пропускной системе, вчера в офисе последняя оставалась уборщица Соловьёва, — заметил он. — Её отмечали почти в полночи. Я полагаю, воровка найдена. Ни у кого же нет в этом сомнений.
— И зачем ей что-то красть? — холодно поинтересовалась Полина, понимая, что враг просто наносит упреждающий удар.
— А вот давайте и проверим, — усмехнулся он. — Обыщем её шкафчик. Если там что-то будет, папка ведь охрана накануне не заметила, значит я прав.
— Да прекратите вы, Аркадий Михайлович, что вы так разошлись, — удивилась девушка. — Сразу и суд, и следствие, приговор, а человек, возможно, не виноват.
— Полина Андреевна, я понимаю, вам всего двадцать шесть лет. В молодости свойственно ошибаться, но у нас налицо факты. Весь офис их слышал, и мы просто обязаны это проверить.
— Что ж, а может просто предоставите мне копию результатов и забудем обо всём этом? — предложила Полина.
— Увы, все материалы были в единственном экземпляре. Вы же понимаете, вопрос конфиденциальности, — пожал плечами Аркадий Михайлович. — Обычная практика. Её вёл ещё ваш отец. Он не доверял компьютерам.
И с этими словами заместитель распахнул двери кладовки, подошёл к шкафчику и триумфально извлёк из него папку, которую вчера Полина оставила на своём столе. Вот только никаких бумаг внутри не было. Аркадий Михайлович развёл руками и предположил, что уборщица уничтожила их. Он был настолько уверен в своей безнаказанности, что даже не допускал мысли, будто кто-то мог его подвести.
— Наверняка заказ конкурентов, — уверенно заявил он. — Знаете что? Я прямо сейчас разорву контракт с этой клининговой службой. Сами понимаете, мы просто не можем так рисковать. Эта фирма с нами всё равно долгосрочный контракт не заключила, только по месячной, поэтому рисков никаких.
— А если я против? — поинтересовалась Полина.
— Ну перестаньте, — недовольно поморщился он. — Это дело в моём ведении. Ну не вам же, хозяйке компании, заниматься расчётом обслуживающего персонала. Я уверен, инцидент будет исчерпан. В общем, Полина Андреевна, не берите в голову. А новый аудит нам сделают. Я лично им займусь, чтобы точно овладеть информацией.
Полина проводила зама взглядом. Он явно упивался тем, что сделал. Выставил наследницу идиоткой при всех. Да ещё и вывел из игры мешающую ему уборщицу. Она невольно восхитилась тем, как ловко этот человек распоряжался чужими судьбами, но подыгрывать ему не собиралась.
Девушка сделала вид, что крайне расстроена, и уехала домой прямо посреди рабочего дня, но не стала впадать в панику. Вместо этого ещё с дороги позвонила начальнику охраны. В последние годы именно Станислав был доверенным лицом папы, и Полина знала, что он был искренне предан Андрею Николаевичу. Теперь ей нужна была помощь этого человека.

— И какова цель? Он же тогда совсем мелкой сошкой был, — не понимала Полина.
— Ну, успел клин между нами вбить, — вздохнула уборщица. — Был мелкой сошкой, стал покрупнее, потом и вовсе первый зам генерального. Убрать соучредителя логичнее всего. Я ведь тогда тоже была молодая. Во всё лезла и хищение со склада вполне могла заметить. Так что всё просто, никаких тайн. Люди нечистоплотные.
— И что теперь вы скажете? — допытывалась Полина. — Но неужели папа не смог вас переубедить?
— Тут он ещё дальше пишет, что искал меня несколько лет, — вздохнула Тамара Семёновна. — Не нашёл. Доверил это дело заместителю. Ну а тот, ты сама понимаешь, землю носом не рыл. Не в его это интересах. В общем, папа вроде твой как сожалеет. Пишет, что своей последней волей пытается восстановить справедливость. И вообще советует верить не бумагам, а тому, что сердце подсказывает, и просит предостеречь тебя от ошибок. Примите наследство, пожалуйста.
Полина смотрела на женщину чуть не со слезами на глазах.
— Это и для меня тоже важно. К тому же фабрике нужна твёрдая рука.
— Ладно, пока не скажу нет, подумаю, — уклончиво ответила уборщица и вышла.
Кажется, она была немного выбита из колеи. У Полины же день пошёл как обычно, с потоком посетителей. В её кабинет заглядывал то жених, извивавшийся ужом, то Аркадий Михайлович, осведомлявшийся о проверке контрагента. Он так старался заглянуть в бумаги Полины, что той стало не по себе. Молодая женщина отстранилась и поинтересовалась, когда же будут результаты аудита. К её удивлению, зам отчитался, что всё уже готово. Она сказала принести папку, но тут оставили уже перед её самым уходом. Полина просто не успела ничего просмотреть. Возможно, в этом и состоял хитрый план. Девушку уже торопил жених, а она не хотела обнаружить свои подозрения слишком быстро, так что офис они покинули вместе. Утром же папки с результатами аудита в кабинете уже не было.
ПРОДОЛЖЕНИЕ - ЗАВТРА
ПЕРЕЙТИ К НАЧАЛУ ВТОРОЙ ЧАСТИ РАССКАЗА

Следующее утро началось со звонка нотариуса. Полина уже была знакома с Людмилой Павловной, которая занималась завещанием отца, но оглашение по какой-то причине отложили. И вот теперь нотариус попросила её приехать.
— Вы готовы к принятию наследства? — спросила Людмила Павловна.
— Да, конечно, — кивнула Полина.
— Я сразу скажу, по поводу личного имущества никаких сомнений нет. Всё переходит к вам. А вот по поводу фабрики. — Нотариус замялась. — Есть второй наследник, вернее, наследница, но ваш отец уверял, что её невозможно найти. Семьдесят процентов ваше, а тридцать получает Соловьёва Тамара Семёновна. Указано, что она раньше была сотрудницей фабрики. Мы обращались за помощью господину Терентьеву, но он ответил, что в отделе кадров данных нет.
— Он солгал. Тамара Семёновна работает прямо сейчас, — сказала Полина. — Только через стороннюю компанию. Она уборщица. И фамилию Соловьёвой она называла мне лично, когда мы знакомились. Так что теперь я понимаю, что это она и есть.
— Ясно. Сможете передать ей, чтобы заехала? Ей нужно либо принять наследство, либо от него отказаться, — попросила Людмила Павловна. — Ну а чтобы решение принять было легче, вот передайте. Ваш отец просил, чтобы перед своим решением Тамара Семёновна прочитала это.
— Хорошо, передам. Ну а уж там как она решит, — кивнула Полина. — Удивительно, что папа всё продумал именно так.
— Ну, я вижу, вы не сильно-то расстроены, — улыбнулась нотариус. — А я уже целую речь приготовила, как Тамара Семёновна стояла у истоков фабрики и как формально она из состава учредителей так и не вышла.
— Спасибо, — просияла Полина. — Ну а свою часть наследства я, конечно, принимаю.
— Прекрасно, — обрадовалась её собеседница. — Подпишите вот здесь и передайте мне документы для снятия копии.
Полина сидела и смотрела, как нотариус управляется с копировальным аппаратом. От бессилья хотелось плакать. Выходило, что свою схему заместитель отца строил и с учётом Тамары Семёновны. Он хотел, чтобы та пропустила сроки вступления в наследство, и тогда Полина вступила бы во владение всем. Но женщина, к счастью, нашлась и теперь угрожала разрушить отлаженную схему.
От нотариуса Полина отправилась прямиком в офис, разыскала уборщицу на одном из этажей и пригласила её к себе в кабинет. Та вошла прямо с ведром и тряпкой, под насмешливыми взглядами окружающих, но сейчас это не имело ровно никакого значения. Полина твёрдо решила выполнить волю отца, чего бы это ей ни стоило.
— Вы ведь теперь моя совладелица, понимаете? — втолковывала девушка Тамаре Семёновне.
А та будто и не обрадовалась новости.
— Мне чужого не надо, — буркнула уборщица. — И подачки его сейчас тоже ни к чему. Оставьте себе. Я съезжу и откажусь.
— Так как же вы можете своими руками отдавать фабрику в их руки? Я чуть не плачу. Ну не слушайте меня, ладно. Ну хотя бы вот это прочтите. Папа для вас оставил послание.
— Ладно, давайте. — Тамара Семёновна нехотя протянула руку. — Посмотрим, что он там написал. Если там не очень лично, можно вслух.
— Тоже хотелось бы во всём разобраться, — попросила Полина.
— Да, вроде нет тут никаких секретов, — сказала уборщица. — Быльём все наши тайны уже давно поросли. В общем, пишет твой отец, что пять лет назад на пенсию уходил старый кладовщик Пётр, и он вдруг решил душу облегчить. Пришёл, плакал, да и рассказал, как всё было. Его заставили те накладные подбросить, а принёс эту подделку хорошо тебе известный Аркадий Михайлович.

На следующее утро Полина с самого начала дня без всякой цели колесила по городу, пока не притормозила у кофейни, чтобы взять стаканчик горячего напитка. Стоя в очереди, она выглянула в окно и увидела на парковке торгового центра Кирилла: тот усаживал в свою машину Регину, начальницу отдела кадров. С этой точки открывался отличный вид на их страстный поцелуй прямо в салоне. Полина печально усмехнулась — иллюзии рушились одна за другой. Со смертью папы всё прежнее и вправду переставало иметь смысл.
Она поехала домой. В кабинете отца включила компьютер, зная, что он всегда держал у себя личную копию всех дел сотрудников, и открыла файл с данными на Кирилла. После увиденного на парковке Полина решила проверить, не связан ли жених с махинациями на фабрике, и начала с его личного дела. Раньше ей и в голову не приходило проверять жениха, но теперь обстоятельства переменились. Файл оказался с особой отметкой. Полина пока не разобралась в системе каталога отца, однако точно такая же метка стояла на личном деле Аркадия Михайловича. Это показалось ей любопытным. Она открыла оба дела подряд и увидела в них пометку о родстве: Кирилл приходился племянником заместителю отца. Теперь становилась понятна его высокая позиция на фабрике в относительно молодом возрасте. Аркадий Михайлович, судя по всему, был настолько уверен в своей безнаказанности, что даже не потрудился скрыть родство в документах.
А на следующий день Полина приехала в офис, прошла в кабинет Аркадия Михайловича. Тот тут же изобразил на лице радость, но она сразу перешла к делу.
— Раз уж мы готовимся к сделке, можно хотя бы просмотреть документы.
— Конечно, девочка. Только разве ты что-то в этом поймёшь? — ласково спросил зам, словно новая хозяйка фирмы была просто избалованной девицей. — Хочешь, посмотрим вместе? Я дам пояснение.
— Нет, спасибо, для начала сама, — ответила Полина, играя предложенную ей роль. — Что там разбираться? Хочу просто увидеть цифры на бумаге. Вы же не будете возражать?
— Нет, что ты. Мы здесь все готовы оказать любое содействие, — широко улыбнулся он. — С любыми вопросами приходи сразу ко мне.
— Конечно, — кивнула девушка. — Папа вам так доверял, так что я тоже буду прислушиваться.
С папкой в руках она прошла к себе в кабинет и сразу поняла, что подготовку к сделке явно намеренно саботировали. Бумаги положили ровно те, которые не давали никакой информации, но теперь у неё появились регистрационные данные фирмы. Она позвонила коллеге из банка, в котором до недавнего времени работала, и попросила проверить этого контрагента.
— Погоди немного, — попросила её Лида, — и продиктуй мне данные полностью.
Полина продиктовала цифры.
— Хм, ненадёжный контрагент, — резюмировала Лида через пару минут. — Всего полгода, как зарегистрирован, владелица некая Инна Терентьева. Деятельность не ведётся, движения по счетам нет.
— Хм. А по бумагам это успешный холдинг, — усмехнулась Полина. — Погоди-ка, Терентьева? А я ведь слышала эту фамилию. Она замужем.
— Супруг Терентьев Аркадий Михайлович, — продиктовала Лида.
— А, теперь ясно. Ладно, спасибо, увидимся.
Полина закончила разговор. Она отодвинула папку, словно в той скрывалась ядовитая змея. Впрочем, почти так и было. Под видом покупателя ей пытались подсунуть левую фирму под управлением доверенного лица. Аркадий Михайлович сам желал завладеть фабрикой, а уж действовал он в своих интересах или в пользу кого-то ещё, было не так уж и важно. Теперь ей стала понятна вся схема, которую пытались разыграть. Жених был не зря приставлен к наследнице. Его игра почти удалась. Стоило Полине подписать генеральную доверенность, и сделку заключили бы без её участия. От осознания масштабов этого предательства стало больно, но она выдержалась, ведь папа явно верил, что она справится.

Жених с дядей тайком скупали фабрику невесты за бесценок. А когда она привела на совет директоров уборщицу, дядя узнал в ней ту, кого выжил (часть 2)

ГЛАВА ВТОРАЯ
Впрочем, уже дома преобразившись, Полина перебирала в памяти весь этот день, и происходящее на фабрике ей совершенно точно не нравилось. Тем не менее, Тамара Семёновна была права. Без аудита они вряд ли могли бы понять, в чём причина проблем. У отца спросить возможности, естественно, не было. Полина корила себя за то, что так мало интересовалась его делами и бизнесом. Чаще папа звонил и спрашивал, всё ли в порядке. Присылал деньги, пока она училась, не баловал, спрашивал с неё строго, но никогда не говорил плохо об отчиме и маме. Виделись они действительно нечасто. Обычно в папин день рождения. В этот день он возил её в ресторан, устраивал им день вдвоём и никогда не озвучивал, что собирался оставить ей свой бизнес. Впрочем, умирать папа тоже не собирался. У него оторвался тромб. Всё произошло внезапно, совершенно неожиданно для всех. Она до сих пор не могла привыкнуть к мысли, что нельзя ему позвонить.
Полина ходила по его квартире, трогала вещи, сидела за столом в кабинете, пока звонок домофона не прервал её размышления. Это приехал жених. С Кириллом она познакомилась чуть больше полугода назад, и почти сразу у них закрутился роман. Парень уже даже просил руки Полины у отца, но Андрей Николаевич тогда посоветовал не спешить. Они лишь отпраздновали помолвку. И с тех пор на руке Полины сияло дорогое кольцо, но она понимала, что в течение ближайшего года обязана соблюдать траур по папе, так что о свадьбе не было и речи. Хотя Кирилл намекал, что готов идти в загс хоть сейчас.
— Милая, ну ты как? — он ворвался в квартиру с улыбкой. — Прости, что не мог быть там с тобой. Очень хотел, но сама понимаешь. Переговоры с партнёрами тоже важны.
— Ничего страшного, справились, — улыбнулась она.
— Что там была за женщина? — поинтересовался он. — Ты какого-то юриста наняла?
— Что-то вроде того. — Полина не хотела вдаваться в подробности. — Кирилл, а ты что-нибудь знаешь о проблемах фабрики?
— Ну, конечно. Твой отец нам многое закрывал глаза, — вздохнул жених. — Слушай, а зачем тебе вообще забивать свою хорошенькую головку такими глупостями? Не мучайся, ты просто напиши доверенность, а я решу все проблемы. Понимаю, ты расстроена его смертью, и нужно время, чтобы пережить такое горе.
— Да, ну спасибо, я в порядке, — ответила Полина. — Насчёт доверенности подумаю. Это ведь непростое решение, но я очень ценю твою заботу. Знаешь, вообще хотела бы попробовать сама немного войти в курс дела. И сегодняшнее совещание явно показало на проблемы. Я не хотела бы втравливать тебя в это. Пока не сделаю аудит, не буду принимать каких-то решений. Хочу для начала разобраться, насколько положение ужасное.
— Да чего тут думать? — Кирилл был мягок, но настойчив. — Солнышко, ну ясно же, что это предложение от холдинга лучшее, что мы имеем. Если слишком промедлим, можем и за эти деньги не продать.
Она отвернулась, не желая продолжать этот разговор, а через час отправила Кирилла, приехавшего с ночёвкой, домой. Хотелось побыть одной. В его словах Полина интуитивно чувствовала какую-то фальшь, хотя не могла бы объяснить, в чём именно она заключалась.

Полина вышла из кладовки, оставив уборщицу заниматься своими делами. Она размышляла о том, как удачно наткнулась на Тамару Семёновну. Эта женщина сумела озадачить совет директоров, который готовился к встрече с наивной наследницей. И за это Полина была ей благодарна. Затем она вышла из офиса, не сменив образ серой мышки на привычный для себя.

ПЕРЕЙТИ К НАЧАЛУ ПЕРВОЙ ЧАСТИ РАССКАЗА
Сетка моих каналов в МАКС

— Я так понимаю, ответов у вас нет, — усмехнулась Тамара Семёновна. — Советую заранее готовить уроки, господа. Встретимся через месяц. За это время на фабрике должен пройти полный аудит.
Тамара Семёновна вышла из зала переговоров, чеканя шаг. Вслед за ней бросилась Полина, изображавшая её секретаршу. Уборщицу она догнала только в каморке, где та принялась яростно срывать с себя деловой костюм. Потом Тамара Семёновна стёрла красную помаду с губ, а Полина уселась на подоконник кладовки и посмотрела на неё.
— А откуда Аркадий Михайлович вас знает и что это вообще было за представление? — спросила она.
— Да всё просто, — ответила Тамара Семёновна. — Двадцать пять лет назад мы с твоим отцом купили разорившуюся фабрику. Первый взнос дал мой муж. Мы влезли в кредиты, заложили квартиры. Я была молодым технологом, не слишком опытным, зато глаза горели. Твой отец же был продажником от Бога, искал клиентов, деньги, и благодаря его усилиям у нас появились первые контракты. Тогда же на работу взяли и Аркадия.
— Точно. Папа говорил, что они работают больше двадцати лет вместе, — вспомнила Полина. — А как же так вышло, что теперь вы моете полы?
— Ой, я эту фабрику любила как своего ребёнка. — Тамара Семёновна украдкой смахнула слезу. — Вся рецептура, которая её прославила, моя. А сейчас страшно смотреть, во что превратили производство. Вы наш зефир видели из последней партии? Да его же есть невозможно.
— Вы не ответили на мой вопрос, — напомнила Полина.
— О, вся в отца, — сощурила глаза женщина. — Три года мы работали рука об руку, кредиты выплатили, понемногу выправили ситуацию. Наконец-то я и спать спокойно смогла. А потом случилось. На складе обнаружилась крупная недостача сырья. На накладных стояли мои подписи. Очень аккуратные, филигранно выполненные, но я их не подписывала. А твой отец поверил тому, что видел.
— И вы не пытались доказать правду? — спросила Полина.
— Андрей просто поверил этим бумагам, — спокойно ответила Тамара Семёновна. — Мы бы всё равно не смогли дальше работать вместе. Есть вещи, которые нельзя простить. Я ушла сама. Мы не стали доводить дело до суда. Компенсировала ему убытки и хлопнула дверью. Муж меня в этом поддержал. Мы уехали в другой город, где я работала технологом, потом овдовела.
— Вы на пенсии? — уточнила Полина.
— Да, рабочая группа инвалидности. Ну, ничего ужасного, — кивнула женщина. — Для обычной пенсии по возрасту ещё не подхожу, но пенсия — это совершенно копеечная, на неё никак не прожить. И вот вернулась сюда поближе к сыну. Пошла офис убирать через клининговое агентство. Сначала даже не предполагала, что на родную фабрику попаду, а когда сообразила, ну, платок натянула, чтобы лишний раз не отсвечивать. Видишь, как меня Аркадий сегодня мгновенно раскусил.
— Выходит, до этого дня вы оставались неузнанной, — улыбнулась Полина. — Похоже, я сорвала джекпот, выбрала вас наугад по камерам и не ошиблась. Да, такой ценный кадр будет очень полезен. А вы поможете мне разобраться в том, что происходит на фабрике?
— Ой, так не хочу в эти дела лезть, — поморщилась Тамара Семёновна. — Хватило уже одного раза. Боюсь снова оказаться обманутой, как тогда с подписями.
— А вы думаете, тот, кто тогда подделал подписи, всё ещё работает здесь? — уточнила Полина.
— Не знаю, доказать не могу. — Пожала плечами уборщица, повязывая платок. — Но ты видела, кого сегодня чуть удар не хватил? Побелел весь. Бог ведь шельму метит.