ЗУБ: записки учителя биологии

Что это за танцующий пух на ветке?

А это не пух. И даже не плесневые грибки – это буковые шерстяные тли (Grylloprociphilus imbricator), также известные как буги-вуги-тля.

Эти крошечные североамериканские насекомины большими группами собираются на ветвях американского бука и самым наглым образом питаются его соками.

Тело тли имеет голубоватый оттенок, но его почти не видно, так как насекомое выделяет из брюшка длинные, густые нити из белого воска. Когда сотни, а порой и тысячи особей облепляют ветви бука, то образуют сплошной пушистый ковёр, и со стороны кажется, будто часть дерева посреди лета засыпало снегом или кто-то в шутку облепил её сладкой ватой. Для самих тлей эта «вата» служит щитом: хищник, попытавшийся закусить насекомым, быстро уходит не солоно хлебавши, в лучшем случае набрав лишь полный рот безвкусного воска.

Но главная фишка этих тлей – даже не сомнительная пригодность в пищу, а их реакция на опасность, так что до забивания чьих-то жадных ротков «ватой» дело обычно и не доходит.

Когда к колонии приближается хищник или ветку задевает человек, огромные группы насекомых одновременно поднимают свои покрытые белым пухом пятые точки и начинают синхронно раскачиваться из стороны в сторону. Этакая членистоногая дискотека или лесной флешмоб. Специалисты полагают, что такой массовый «танец» сбивает с толку хищников и мешает им «навести прицел» на конкретную жертву. Да и вообще, ни черта не понятно, что оно такое, а значит лучше и не трогать.

Для своих несерьёзных размеров буковая тля поглощает очень серьёзное количество древесного сока. Гораздо больше, чем может в ней поместиться. Но зачем? А дело в том, что сахаров в соке гораздо больше, чем других питательных веществ, без которых насекомым не выжить, вот и приходится добирать количеством. Излишки сахара тля выделяет в виде липкой медвяной пади, которая капает с конца брюшка и скапливается на листья и ветках буков.

Но в природе ничего не пропадает зазря, и на этой сладкой подложке вырастает уникальный сажистый гриб Scorias spongiosa. Он разрастается до размеров крупных черных губок, покрывая нижние ветви и землю под деревом, напоминая куски угля или мокрой золы.

Можно подумать, что из-за действия тлей буки должны сильно страдать, но это не совсем так. То количество сока, которое способна вытянуть даже крупная колония тлей для большого дерева не является существенной потерей, да и растущий на его нижних ветвях грибок не является паразитом и не проникает в ткани растения, питаясь исключительно медвяной падью. Впрочем, справедливости ради стоит сказать, что если массивная сажистая «шуба» покроет молодую буковую поросль, развивающуюся под взрослым деревом, то ей навредить она вполне способна.

Зато пока гриб ещё не затвердел и выглядит как золотисто-жёлтые игольчатые кристаллы, то он сам может послужить источником пищи для многих насекомых. Свежие скопления гриба буквально пропитаны сахарным сиропом, что привлекает кучу летающих и ползающих букашек, которые используют поверхность гриба как «столовую». Ну до чего же круто всё в природе взаимосвязано!

Снова суббота, а это значит, что я несу вам четыре факта, которыми удивляю школьников на уроках биологии. Сегодня подборка посвящена удивительным гусеницам, имитирующим змей.

Вы только посмотрите на эту крошку! Ну ведь практически пчёлка, опыляющая цветочек, а не зверь. Впрочем, цветок на видео довольно крупный, так что пушистый опылитель, конечно, поувесистее пчёлки будет, и всё же очень и очень мал.

Зовётся это австралийское сумчатое недоразумение поссумом-медоедом, и весит всего 10-15 г при длине тела в 7 см. Вопреки названию, настоящий пчелиный мёд этот поссум не ест, и его рацион на 100% состоит из нектара и пыльцы, которые он ловко слизывает длинным, похожим на кисточку языком из глубины цветов.

Тяга мини-поссума к сладкому огромна: за сутки малявка выпивает от 7 до 10 мл нектара, да ещё и пыльцой активно закусывает. По итогу за день медовый поссум потребляет количество сладкого, сопоставимое с собственным весом. Представляете, если бы человек весом 70 кг за сутки выпил 70 литров сладкой газировки? Нас бы с вами такое убило, а вот малышу-поссуму самое то. Как так?

А всё дело в том, что у этих зверьков один из самых высоких уровней обмена веществ среди млекопитающих, и им требуется колоссальное количество энергии, чтобы поддерживать температуру тела и оставаться активными. И если сахар идёт в дело, то от избытков воды приходится избавляться. Из-за такой диеты почки поссума-медоеда адаптированы выделять невероятное количество мочи в день – тоже больше собственного веса. Удивительно!

До чего же трогательное видео!

После 16 месяцев лечения и восстановления этого андского кондора по кличке Сайани наконец-то выпустили в дикую природу, после того как в 2012 году в аргентинской провинции Катамарка Сайани подобрали волонтёры. Он находился в критическом состоянии из-за сильнейшего отравления ядохимикатами, и, к сожалению, такие случаи – не редкость.

Туши павшего скота, начинённые ядом, раскладывают в Андах местные фермеры, пытающиеся таким незаконным образом защитить свои стада от нападений хищных млекопитающих. Хотя приманки нацелены на пум и лис, сильнее всего от этого варварского метода страдают андские кондоры – священные для региона и находящиеся под угрозой исчезновения птицы, поскольку именно туши погибших животных составляют основу их рациона.

Лысые головушки кондоров – это как раз одно из важнейших свидетельств их падалепоклонничества. В процессе питания кондоры засовывают голову и шею прямо внутрь туши, и если бы на их головах были перья, то они испачкались бы в крови и разлагающихся тканях, что привело бы к размножению бактерий и вероятной гибели птицы. Голую же кожу гораздо проще содержать в чистоте. А вот мясистый лысый гребень на черепушке имеется только у самцов и является элементом полового диморфизма.

Но почему падаль, а не охота? Казалось бы, такие возможности, а главное – такие габариты…

Андский кондор действительно входит в пятёрку самых крупных летающих птиц в мире и является самой тяжёлой летающей птицей. Вес взрослого самца достигает 15 кг, а размах крыльев – 3,3 м. Да, самцы некоторых дроф или лебедей-шипунов, живущие в парках, могут отъедаться до 18-20 кг, но в этом случае они уже неспособны подняться в воздух. А кондор летает! Однако такие габариты, а ещё строение когтей делают его совершенно никудышным охотником.

В отличие от подавляющего большинства Ястребообразных – отряда, к которому относятся андские кондоры – когти у этих громадин относительно прямые и не заостренные, а пальцы слабые, что не позволяет им эффективно хватать, удерживать и убивать добычу. А также переносить её по воздуху.

Но самое главное, что при такой огромной для птицы массе, взлёт и активный полёт требуют от кондора колоссальных усилий, поэтому погоня за живой жертвой если не невозможна, то энергетически невыгодна. Зато андские кондоры – настоящие боги парения.

О том, что кондоры преимущественно парящие птицы, говорят особенности их анатомии – относительно небольшой киль на грудине и, соответственно, слабые грудные мышцы, столь необходимые для активного полёта. Набрав высоту, кондоры очень редко делают взмахи крыльями, вместо этого используя энергию воздушных масс и тем самым экономя свою собственную.

И как экономя! Орнитологи из аргентинского Национального университета Комауэ выяснили, что андские кондоры входят в число позвоночных с наименьшими затратами на свое передвижение. В процессе исследования они навесили на восемь кондоров треккеры, фиксирующие все параметры полёта и даже частоту взмахов крыльев, и получили крайне любопытные данные: 75% взмахов крыльев у андского кондора приходится на момент взлёта.

А непосредственно во время полёта эти птицы практически не машут крыльями, используя восходящие потоки воздуха для планирования, и способны таким образом держаться в воздухе длительное время, не прилагая особых усилий. Рекорд, который был зафиксирован биологами в ходе этого исследования, составил 5 часов полёта на расстояние в 172 километра без единого взмаха крыльев. Впечатляет!

Перед вами друзья, муравьед от мира рыб. Ну до чего похож!
 
Правда учёным, раздававшим животинам наименования, этот отросток на рыбьей физиономии больше напомнил хобот, поэтому Campylomormyrus rhynchophorus вполне официально называются также рыбами-слониками. Водяные слоники широко распространены в центральной и западной части Африки, где населяют заросшие густой растительностью участки рек с небольшим течением и мутной, тёмной водой. И их знаменитый «хобот» как раз является приспособлением к таким местам обитания.
 
Экзотическая деталь слоника – один из инструментов, участвующих в формировании его удивительной способности к электролокации. В основании хвоста у слоника расположен орган, содержащий специальные клетки-электроциты, способные генерировать короткие электрические импульсы. А на голове и хоботке кожа рыба щедро утыкана кучей нервных окончаний – приёмных антенн живого электролокатора. Чувствуя мельчайшие искажения электромагнитного поля, слоник ориентируется в пространстве, ищет пищу, замечает приближение хищников, общается с соплеменниками и находит партнёров для размножения.
 
Так это что, слоник может шибануть кого-то током? Нет, не может – слишком уж низкое у него выходит напряжение. Для электролокации его вполне хватает, а вот чтобы превратиться в живой электрошокер, уже маловато будет.

В-третьих, у них заметно отличаются пищевые привычки. Опоссумы всеядны и молотят всё, что не приколочено: растительная пища, насекомые, мелкие грызуны, ящерицы и лягушки и много-много падали. Обыкновенный поссум же на 95% растительноядный и лишь иногда дополняет рацион из эвкалипта, ягод и семян белковой пищей в виде личинок насекомых и птичьих яиц. Впрочем, если обнаружит свежую тушу какого-нибудь павшего кенгуру, то тоже может остановиться полакомиться, но это, скорее, исключение, чем правило.

В-четвёртых, у поссумов и опоссумов очень разный подход к воспитанию детишек. Да, вынашивают они их в сумках, но малышей-опоссумов рождается невероятно много – до 18 штук. Однако сосков у самки на всех не хватает, поэтому обычно выживает не более десяти. В сумке они проводят около двух месяцев, а потом забираются на мамкину спину и катаются так ещё месяца полтора. Ну а когда их возраст перевалит за 100 дней оставляют мать-героиню в покое и отправляются на все четыре стороны – кто к свободному болотцу, а кто и на мусорную свалку, тут уж как повезёт.

У обыкновенных поссумов обычно рождается только один детёныш. В сумке матери он проводит гораздо больше времени – от 4 до 6 месяцев, но потом тоже становится настоящим спиногрызом и беззастенчиво катается несколько месяцев на спине родительницы. Если сравнить, то одного таскать как будто не так уж сложно, как десяток, однако и таскать приходится до тех пор, пока он не станет почти с маму размером.

Но вот в одном поведенческом аспекте поссумы и опоссумы страсть как похожи. И те и другие являются самыми настоящими ворами-рецидивистами. Если рядом есть человеческое жилище, в котором найдётся чем поживиться, то что поссум, что опоссум молниеносно забывают про всю свою любовь к уединению и бегут тырить, а в процессе порой так увлекаются, что их потом находят в обожравшемся состоянии и совершенно не способными к побегу. Ну что ж, зато поели от пуза!

Поссум и опоссум – казалось бы, всего одна буква, а какая разница!

Ну конечно же, это совершенно разные звери, и, если говорить о происхождении, то объединяет их лишь то, что и те и другие являются представителями инфракласса Сумчатые. Этим, собственно, и обусловлено сходство их названий. Слово «опоссум» пришло из языка североамериканских индейцев, которые веками существовали бок о бок с этими зверями.

А вот название «поссум» появилось из-за забавной ошибки, которую совершил капитан Джеймс Кук. Встретившись в Квинсленде с одним из поссумов, он решил, что это просто такой местный опоссум, однако в своем отчёте о путешествии по ошибке или незнанию пропустил первую букву и вместо «опоссум» написал просто «поссум». Поскольку в систематическом отношении эти две группы совершенно различны, зоологи решили сохранить эту случайно возникшую разницу в названиях, и австралийские зверьки стали именоваться поссумами.

Но чем же они так сильно различаются?

На самом деле, в семействе Поссумы, или Кускусовые, как их чаще называют у нас, далеко не один род и множество видов, как, впрочем, и в отряде Опоссумы, так что для примера возьмём типичных представителей – виргинского опоссума и обыкновенного поссума, который более известен широкой общественности под именем лисий кузу.

Начнём с того, что это жители разных континентов. Никого не удивить тем, что сумчатые поссумы – дети Австралии, но вот то, что не менее сумчатые опоссумы – коренные американцы, известно не всем. Однако на самом деле ничего странного в этом нет. Общие предки всех сумчатых появились на территории современной Северной Америки, а оттуда распространились на юг. В то время Австралия, Антарктида и Южная Америка были соединены в один гигантский суперконтинент – Гондвану, которая раскололась на части намного позже. Но вышло так, что на американских землях из всего многообразия обитавших там когда-то сумчатых сохранились только три отряда опоссумоподобных, а вот в Австралии сумчатые стали плодиться и множиться, приобретя невероятное разнообразие. Вот и выходит, что несмотря на название, поссумы куда более родственны кенгуру, нежели американским опоссумам.

Поведение у поссумов и опоссумов очень разное. Виргинский опоссум – зверь сердитый и социальных связей строить не пытается. Ведя одиночный образ жизни, взрослые опоссумы готовы в любой момент растерзать непрошенного гостя своего же вида. Ну ладно, прямо сразу убивать не станут – сначала предупредят как следует.

Но если что-то пошло не так и не его территорию зашёл кто-то с точки зрения опоссума непобедимый, то наш герой не очень героически убегает – взлезает на дерево или отважно бросается в водоём и уплывает метров так на сто в сторону. Этого зачастую хватает, чтобы противник прекратил преследование.

Но если от врага не удаётся ни убежать, ни скрыться на дереве, ни уплыть, то опоссум притворяется мёртвым. Делает он это не специально, его организм так реагирует на стресс, но это работает. По сути, это просто глубокий обморок или кататония. При сильном испуге опоссум падает на землю, поджимает конечности, раскрывает пасть, пускает слюну и валяется так от нескольких минут до нескольких часов. При этом ещё и зловонный секрет выделяет из параанальных желёз, что только больше убеждает любого нападающего не трогать эту гадость. Ну его.

Обыкновенный поссум в «обмороки» не падает, да и вообще товарищ исключительно миролюбивый. Чужаков на своей территории он тоже не уважает, но в драку не вступает никогда, предупреждая конкурентов запаховыми метками, ворчанием и уморительно смешным растопыриваем лапок. Да и плавать он добровольно ни за что не пойдет: сбегать – так только на макушку дерева.

Окончание в следующем посте

Ну вы только оцените этого великолепного зверя! Сложно даже определиться, чем восхищаться в первую очередь: изяществом форм, восхитительной полосатостью или отличным аппетитом.

С людьми полосатой циветте живётся очень удобно – пищу подают не только уже убитой, но и разделанной, а в дикой природе, где эти циветты населяют азиатские тропики, тонким и лёгким красоткам приходится изрядно потрудиться ради обеда. Этот вид циветт практически невесом: при длине тела от 40 до 60 см весит зверь от полутора до трёх килограммов.

Лёгкость и гибкость делают её невероятно стремительной, но из-за малых размеров крупная добыча циветте не по зубам, так что на обед в самом лучшем случае будет упитанная полёвка, которую циветта настигает сзади. Вцепившись зубами в нижнюю часть шеи, она хватает добычу передними лапами, впиваясь в бока своими выдвижными, почти кошачьими когтями. Жертве уже не уйти. И тогда циветта поднимается на задние лапы, трясёт и разрывает добычу на куски, а потом глотает их, смешно запрокидывая голову. Видимо, так больше влезет.

Но это я вам описала удачный день циветты. В обычный день у неё в меню сплошь ящерки да лягушки, а в неудачный – и вовсе черви с насекомыми. Ну и что, что так себе хищник, зато красивая!

Какая маленькая креветочка и какая цветная – ну словно игрушка или конфетка! Но разве выгодно такой малявке иметь столь кричащую окраску?

Как не парадоксально, да. Во-первых, обитает это чудо с говорящим именем креветка-арлекин среди коралловых рифов Индо-Тихоокеанского региона, и на фоне пёстрых кораллов, ярких губок, актиний и морских звёзд этот хаотичный рисунок из ярких пятен и полос неплохо так размывает контуры тела креветки. Хищникам становится гораздо сложнее распознать в ней единый живой организм.

Но главная фишка креветки всё-таки не в маскировке. Главная фишка в том, что эта кроха – хищница, причём хищница специализированная. Креветкам-арлекинам по вкусу исключительно морские звёзды. Но как же креветка длиной от силы сантиметров пять может атаковать, убить и съесть иглокожее?

Да, креветки-арлекины – животинки медлительные, но их добыча ещё медлительнее. «Вынюхав» своими антеннами обед, креветка вцепляется в один из лучей морской звезды крупными клешнями, забирается под него и совершенно некреветочьим усилием переворачивает жертву кверху пузом. Да, звезда – штука нелёгкая, ну так она и сопротивляться толком не способна. Маленькому арлекину даже вполне по силам отволочь звезду в своё укрытие и там пару дней ей завтракать, обедать и ужинать.

Но атакуют эти креветки не только маленьких и безобидных звёзд – порой они покушаются на крупных и ядовитых. Этих в укрытие не оттащить, но можно медленно есть, не отходя от кассы, как говорится. А токсины их креветкам нипочём, устойчивы они к ним. И вот тут становится понятнее вторая причина их яркой окраски: хорошенько накопив токсинов из пищи, маленькие арлекины становятся ядовитыми сами, так что их цветастые узоры – ещё и предупреждение для хищников покрупнее.

Но самое очаровательное заключается в том, что все эти манипуляции креветки обычно производят вдвоём. В отличие от подавляющего большинства ракообразных, да и вообще беспозвоночных, арлекины – ребята моногамные. Встретив в юном возрасте свою пару, креветки остаются вместе на всю жизнь, а это, между прочим, от трёх до семи лет – не так-то и мало для столько миниатюрного существа.

Плотность арлекинов на коралловых рифах невелика, но это не значит, что им не приходится бороться за территорию – у них там на рифах тоже есть козырные и некозырные места, знаете ли. Когда парочка не терроризирует морских звёзд, то патрулирует территорию и атакует каждого неугодного, размахивая клешнями и сверкая пёстрыми «ядовитыми» боками. Этакие подводные Бонни и Клайд, хотя «мы с Тамарой ходим парой» тоже подходит, поскольку маленькие хищные креветки для кораллов – вполне себе толковые санитары, спасающие рифы от излишков морских звёзд, некоторые из которых очень сильно им вредят. Звёзд, кончено, жалко, но и кораллам расти нужно!

Что за странное создание нам показывают?

А показывают нам удивительного рекордсмена – самую быструю рыбу на нашей планете. Зовётся это чудо парусником и в коротком броске он способен развивать скорость до 110 км/ч. Ну, то есть это такой морской гепард. Но если гепард ставит свои рекорды с помощью длинных ног, гибкого позвоночника и обтекаемого тела, то как же удаётся паруснику – с таким-то выростом на спиняке?

А вырост у него складной! Во время скоростного движения большой спинной плавник полностью складывается в специальную выемку на теле для уменьшения сопротивления воды. А в остальном парусник – тот же гепард, ну сами посмотрите: тело его длинное, узкое и сжатое с боков, а тонкий, но невероятно сильный хвост создаёт мощную тягу.

Однако если парус, чтобы плыть быстро, нужно прятать, то зачем он вообще тогда нужен? А он нужен – и даже очень.

Во-первых, плавник пронизан множеством кровеносных сосудов. Тушка-то у парусника колоссальная – в среднем 3,5 метра длиной и весом около 100 кило. Нагреваясь на солнце у поверхности воды, плавник-парус помогает рыбе быстро согревать кровь и мышцы для поддержания высокой активности.

Во-вторых, во время охоты парусники поднимают плавники, чтобы визуально казаться больше. Как следует напугав своими габаритами стайки мелкой рыбы, вроде сардин или анчоусов, они загоняют их в плотное кольцо и принимаются трапезничать.

Ну а в-третьих, парус помогает маневрировать. При резких поворотах и остановках парусник раскрывает плавник, создавая дополнительное сопротивление. В общем, не согласен парусник с расхожим выражением о том, что тормоза придумал трус. Иногда тормозить всё-таки надо – даже если ты самая быстрая рыба на планете.