Книгочейское логово

568-569 в домашней библиотеке. Мне так интересно, куда двинутся наши отношения с Диккенсом, что я его даже не читаю. Точнее, не тороплюсь. Но дойдёт и до чтения.

Страшнее романтизма.

Эрнст Гофман, "Житейские воззрения кота Мурра" (1822).

Эту реплику - о том, что страшнее романтизма только ранний немецкий романтизм, - обронил когда-то кто-то из собеседников, и обронил удачно, потому что как нельзя точнее описал суть явления. Гофман - это не ранний, а наоборот, поздний романтизм, но от этого не легчает нисколько.

Сразу скажу о достоинстве книги, а оно хоть и заключается не только в коте, но кот - это тот трепетный образ, который никак не даёт бросить чтение, как бы уже ни тошнило. Повадки и характер кота одновременно вообразимы и наполнены символикой - невольно начинаешь смотреть на своих зверей несколько пристальнее, чем раньше: вдруг паче чаяния там тоже растёт и зреет литературный или философский гений, а то и что похлеще.

Написано, конечно, красиво, и художественный вымысел замечательный, и глубинность философская есть, но... тяжело было читать.

"Кошачья" линия сюжета оказывает огромную услугу "человеческой", ибо только на попытке запараллелить, на контрасте, на любом способе сопоставления воспринимается этот донельзя позднеромантический сюжет о Крейслере и остальной массе персонажей. Однако именно из-за людей и читается тяжело, ведь ясное дело: где каждый - исключительный, там нет исключительности. И в этом смысле книга тяжела, как тяжело есть масло без хлеба или сахар без чая.

И, кстати, возможно, будь это ранним романтизмом, который всё ещё мечтал подружить страсти и разум, личность и общество, книга была бы легче, полностью превратившись в сказку. Пессимизм утяжелят и несколько приземляет её, но не тем, что мы называем жизнеподобием, обобщением, наблюдением (эти вещи скорее в "кошачьей" линии можно найти), а самим собой. И поэтому кот погиб во всех смыслах: погиб, пытаясь спасти книгу.

Жаль, что мы с ней не сошлись, ведь Гофман же, - но. Исторические литературные направления - вещь не для душевного чтения, а для изучения, это тоже следует помнить. Я подзабыла. Но не понравилось мне - значит, не понравилось мне. Я не романтик ни разу. Но если вам сердечно дороги Лермонтов, Шелли и Байрон, и Гюго, и Санд, и Мюссе - читайте Гофмана, он крут.