ЗАПИСКИ ЁШКИНОЙ МЕТЛЫ
29 октября.
Ни свет ни заря кто-то начал в дверь долбить. Как будто у нас не избушка, а крепость под осадой. Кикимора с лавки грохнулась от неожиданности, всех перебудила. Яга отёкшую голову подняла, с печи спустилась недовольная. Говорит: мол, это мы с тобой что-то опростоволосились. Мало было избушку развернуть, надо было ещё и тропинки запутать. А то ходят тут всякие.
Но делать нечего. Богатырь пришёл — надо открывать. Работа у Яги такая.
Вышла-таки.
«Ты кто таков, — спрашивает его, почёсывая отлежанный бок и стараясь прямо на него не дышать, чтоб репутацию не портить, — и куда путь держишь?»
«К тебе, — отвечает, — и держу. Василий я».
«И чего тебе от меня, Вася, надо?»
Ну да, грубовато. Но чем он думал, когда спозаранку в дверь тарабанил?
«Ты же, — говорит, — должна помочь богатырю одолеть врага, так?»
«Ну допустим, — говорит Яга. — Против войска, что ли, чего надо? Гребёнку, которая превращается в лес, или полотенце, которое в реку?»
«Да не, — говорит, — не против войска. Меня мужик из соседней деревни задирает».
Тут Баюн вылез и говорит: «Ну так дай ему в жбан — и всего делов».
Вася говорит: мол, я бы с удовольствием, только это брат моей зазнобы. Она мне его бить не велела.
«Тьфу на вас, — расстроился Баюн. — Ну раз драки не будет, то разбирайтесь сами».
Яга руки в бока упёрла: «И чего ж тогда тебе надо?»
«А есть шапка-невидимка?» — говорит Вася.
«Ща», — сказала Яга и утопала в дом. Крышку сундука подняла, давай копаться там. Нашла. «Вот, — говорит. — Только когда всё уладится — вернуть не забудь».
Вася радостный шапку схватил, побежал, даже «спасибо» не сказал. Яга из кармана клубок ниток достала и прямо в маковку им Ваське запустила.
Вот это я понимаю — прощание.
Попала точно в цель. Вася развернулся: «Чего, — говорит, — дерёшься?»
Яга и отвечает: мол, ты попросил, но попросил без уважения. А к нечисти уважение иметь надобно, а то из леса можно и не выйти.
Вася засопел обиженно: «Да я, — говорит, — ничего такого не имел в виду. Просто всю ночь по лесу круги наворачивал, чудом на избушку вышел — вот и запамятовал».
«Запамятовал он, — проворчала Яга. — Клубок возьми, кулёма, он тебе путь обратный укажет».
Вася ляпнул «благодарствую» и был таков.
В общем, отправили молодца, в избу вернулись. Сидят Яга с Кикиморой, рассольчик из-под огурчиков попивают. Кикимора и спрашивает: мол, думаешь, не забудет шапку-то вернуть?
«Ты его видела? — говорит Яга. — Не зря его брат невесты шпыняет. Видать, и там без уважения разговаривал. Не сегодня-завтра снова явится!»
Баюн хвостом дёрнул.
«Так зачем ты дуракам помогаешь?»
«Без них, - говорит Яга, - скучно жить будет. А так хоть повеселимся! И то хлеб!»
29 октября.
Ни свет ни заря кто-то начал в дверь долбить. Как будто у нас не избушка, а крепость под осадой. Кикимора с лавки грохнулась от неожиданности, всех перебудила. Яга отёкшую голову подняла, с печи спустилась недовольная. Говорит: мол, это мы с тобой что-то опростоволосились. Мало было избушку развернуть, надо было ещё и тропинки запутать. А то ходят тут всякие.
Но делать нечего. Богатырь пришёл — надо открывать. Работа у Яги такая.
Вышла-таки.
«Ты кто таков, — спрашивает его, почёсывая отлежанный бок и стараясь прямо на него не дышать, чтоб репутацию не портить, — и куда путь держишь?»
«К тебе, — отвечает, — и держу. Василий я».
«И чего тебе от меня, Вася, надо?»
Ну да, грубовато. Но чем он думал, когда спозаранку в дверь тарабанил?
«Ты же, — говорит, — должна помочь богатырю одолеть врага, так?»
«Ну допустим, — говорит Яга. — Против войска, что ли, чего надо? Гребёнку, которая превращается в лес, или полотенце, которое в реку?»
«Да не, — говорит, — не против войска. Меня мужик из соседней деревни задирает».
Тут Баюн вылез и говорит: «Ну так дай ему в жбан — и всего делов».
Вася говорит: мол, я бы с удовольствием, только это брат моей зазнобы. Она мне его бить не велела.
«Тьфу на вас, — расстроился Баюн. — Ну раз драки не будет, то разбирайтесь сами».
Яга руки в бока упёрла: «И чего ж тогда тебе надо?»
«А есть шапка-невидимка?» — говорит Вася.
«Ща», — сказала Яга и утопала в дом. Крышку сундука подняла, давай копаться там. Нашла. «Вот, — говорит. — Только когда всё уладится — вернуть не забудь».
Вася радостный шапку схватил, побежал, даже «спасибо» не сказал. Яга из кармана клубок ниток достала и прямо в маковку им Ваське запустила.
Вот это я понимаю — прощание.
Попала точно в цель. Вася развернулся: «Чего, — говорит, — дерёшься?»
Яга и отвечает: мол, ты попросил, но попросил без уважения. А к нечисти уважение иметь надобно, а то из леса можно и не выйти.
Вася засопел обиженно: «Да я, — говорит, — ничего такого не имел в виду. Просто всю ночь по лесу круги наворачивал, чудом на избушку вышел — вот и запамятовал».
«Запамятовал он, — проворчала Яга. — Клубок возьми, кулёма, он тебе путь обратный укажет».
Вася ляпнул «благодарствую» и был таков.
В общем, отправили молодца, в избу вернулись. Сидят Яга с Кикиморой, рассольчик из-под огурчиков попивают. Кикимора и спрашивает: мол, думаешь, не забудет шапку-то вернуть?
«Ты его видела? — говорит Яга. — Не зря его брат невесты шпыняет. Видать, и там без уважения разговаривал. Не сегодня-завтра снова явится!»
Баюн хвостом дёрнул.
«Так зачем ты дуракам помогаешь?»
«Без них, - говорит Яга, - скучно жить будет. А так хоть повеселимся! И то хлеб!»