💡 В культуре постоянного контакта буквально негде стало взрослеть. (Часть 2)



Когда негде научиться отделяться от тех, кто важен, любая мысль о расставании сразу пугает. И человек выбирает самый простой путь: не разбираться с вопросом «чего я хочу?», а будто «затормозить» саму способность хотеть. Всё замирает — и боль, и желания, и способность что-то решать. Сепарация (умение быть отдельно) откладывается — а вместе с ней откладывается и встреча с самым тревожным местом: с пустотой, где никто не подскажет, чего ты хочешь.

💡 Получается замкнутый круг: чтобы не сталкиваться с расставанием, человек словно «замирает». И в этом замирании он перестаёт отвечать на вопрос «чего я хочу?». Это и называют депрессией — не «упадок сил», а остановка субъекта, который заморозил саму способность хотеть.

Тревога и депрессия — спутники многих людей новых поколений, и растут они из одной почвы, но по-разному. Депрессия — когда вопрос «чего я хочу?» так и не открылся, и хотеть стало незачем. А тревога — это когда сам вопрос «чего я хочу?» становится невыносимым. Человек даже не будет пытаться сформулировать, чего хочет, потому что сам вопрос слишком тревожен: в нём звучит эта пустота, где никто не подскажет. И причина этой тревоги — в том, что Другой, из которого должно было прийти желание, не отступает никогда. Мама уходила — и в этой паузе как раз и рождалось место для своего «хочу». Отсюда и тревога: не от того, что Другой далеко, а от того, что он слишком близко и не даёт места, чтобы вопрос вообще смог прозвучать. Да и не только у новых поколений: цифровой средой в той или иной мере захвачены все — а значит, слишком близкий Другой и закрытый вопрос о желании стали массовыми.

💡 Не случайно «депрессия» и «тревога» стали словами эпохи: это две стороны одного и того же — невозможности дать вопросу о желании прозвучать.

Но дело не в том, чтобы объявить экран врагом. Среда не злая — она просто стала другой. Раньше, чтобы просто жить, приходилось каждый день тренироваться в живом контакте: смотреть в глаза, считывать интонации, договариваться голосом. Нужно было трудиться и чего-то желать. Сейчас эта ежедневная тренировка стала необязательной: чат, стикер, автозаказ, голосовые помощники — всё устроено так, чтобы контакта с живым человеком можно было избегать, а заодно — избегать контакта со своим желанием.

Задача не в том, чтобы вернуть «как было»: человечество в аналоговый мир уже не вернётся. Задача — создать островки, где взросление всё ещё может случиться. Где можно отделиться — и не рассыпаться. Где можно потерять и не броситься тут же заменять. Где можно молчать и услышать, как из молчания появляется слово — не правильное, а своё.

💡 Сегодня среда знает про человека почти всё: что он смотрел, что лайкнул, кого листал. Кроме одного — чего он хочет. Ответ на этот вопрос не подберёт ни один алгоритм. На него может ответить только сам субъект, взяв на себя ответственность за желание, которое никогда не было полностью его. И именно это желание он теперь и признаёт своим — не потому что сам его придумал, а потому что отвечает за то, как с ним быть. В этом и состоит взрослость. И психоанализ сегодня — одно из последних мест, где взросление ещё возможно.
Просмотры: 20
Открыть в MAX Сообщить о неточности

Репосты публикации

Публикация канала

Сообщить о неточности

Опишите, что нужно исправить. Если есть источник, добавьте ссылку.

Вы покидаете datool.ru

Ссылка ведёт на внешний сайт. datool.ru не отвечает за его содержимое — проверьте адрес, прежде чем вводить пароли или платёжные данные.

Переход через 10 с

Перейти