А у нас — тошнота, а у вас?

Практика психологическая и практика любви.
 
В процессе любой аналитической психотерапии могут оживать все ранние инфантильные способы агрессивной защиты. Терапевт — не вычислительная машина, действующая исключительно на основании логических операции.
Способность чувствовать — одно из главных достоинств терапевта, которое должно постоянно в нем присутствовать. Вспомним замечательную фразу Винникотта о том, что «мать ненавидит ребенка задолго до того, как ребенок начинает ненавидеть мать, и до того, как он узнает, что мать его ненавидит».
Винникотт считал, что терапия будет неполной, если пациент никогда не придет к пониманию того, что пришлось вынести терапевту ради поддержания терапевтического процесса. Без такого понимания, полагал Винникотт, пациент «в какой-то мере находится в положении ребенка, который не в состоянии понять, чем он обязан своей матери». Отсюда становится ясно, что при такой психотерапии терапевт платит определенную цену за то, чтобы понять пациента. Нейтральное отражающее зеркало известной метафоры Фрейда превращается в процессе лечения тяжело нарушенных пациентов в зеркало Алисы из сказки Льюиса Кэрролла: пациент совершает прыжок и «приземляется» на нашей эмоциональной территории, вызывая у нас удивление, изумление, оцепенение и, возможно, удовольствие.
 
«Психотерапия. Искусство постигать природу»
Шелдон Роут
 
Я задумалась, что означает «практиковать» в практическом смысле? Я веду психологическую практику, но что именно я практикую, когда работаю с клиентами? Можно сказать, я практикую экзистенциальную или жизнеизменяющую терапию, и тогда как будто бы всё становится понятно, хотя на самом деле только запутывает: слишком общее определение, описывающее всё и ничего.
 
В юности, когда я осваивала в колледже свою первую профессию юриста, я проходила практику на втором и третьем курсах – у приставов и в арбитражном суде соответственно. И тогда всё действительно было понятно. Я приходила в организацию, чтобы отрабатывать навыки, проверять знания и знакомиться с атмосферой своей будущей трудовой деятельности. Вопросы я задавала не о том, кто я и чем я тут занята, а о том, что и как делать, чтобы было правильно. Здесь можно совершить маленькую остановочку вывода: практиковать что-либо достаточно просто, если место и критерии верно/не верно мне заранее даны и мною уяснены и приняты.
 
В экзистенциальной терапии, безусловно, есть правила и ориентиры, но всё же экзистенциальная терапия остаётся довольно творческим совместным процессом.
 
Чем меньше в терапевтическом подходе правил, тем больше вопросов, неустойчивости, сомнений – так экзистенциальная психология раскрывает передо мной и моим клиентом простор и широту жизни и человеческого бытия, и мы пускаемся в их исследование. Можно сказать, что вместе с клиентом мы, таким образом, практикуем исследование, и кое-какая граница здесь уже появляется.
 
Ненадолго выдохнем, а на вдохе зададимся новым вопросом: как практиковать исследование? Если исследование производится в довольно свободном, неизученном пространстве, то какие ж тут правила и ориентиры. И тогда, чтобы не потеряться, нам придётся сузить восприятие до того, кто исследует – до самого человека. Исследователь становится мерой вещей и событий, главным героем и автором – основным действующим лицом, практикующим исследование. Со стороны клиента экзистенциальная терапия работает именно так и требует от него стремления и труда к исследованию себя, своей картины мира и флоры и фауны отношений.
 
продолжение в комментариях ↘️

Безутешные мужчины и культура действия.
 
Процессуально, то есть в течение жизни, и мужчины, и женщины испытывают схожие эмоции и реакции. Какими бы мы ни были разными, человеческая подложка у нас одна на всех – в своей терапевтической работе я всегда следовала этому принципу. Это помогает мне не заниматься делением людей на категории и, тем более, не приклеивать ни к кому заранее данные мне сомнительные общественные характеристики мужского-женского.
 
Отличия между женщинами и мужчинами, безусловно, имеются. Как минимум, на гендерно-биологическом уровне, однако ведущие и жизнеобразующие растут в психологическом поле – из семян социальных представлений и воспитательных правил. Именно они доставляют нам столько хлопот: стыда, вражды, непонимания, унижения и несправедливости.
 
Одно из таких отличий я обнаружила совсем недавно. Дело в том, что девочки, девушки и женщины получают гораздо больше утешения, нежели мальчики, парни и мужчины. Среди большинства людей будто бы существует удивительная и, вместе с тем, сомнительная истина: женщин можно и нужно гладить, жалеть и прощать, а мужчины обязаны находить выходы самостоятельно из любой сложной ситуации. Хорошо знакомые всем фразы «мужчины не плачут» и «она же девочка» – это верхушки изуродованных травматическими событиями гендерно-воспитательных убеждений в общепринятой социальной норме.
 
Хотя в утешении нуждается каждый человек вне зависимости от своего пола, получить, а главное, принять и усвоить способен далеко не каждый нуждающийся. Если девочкам дозволена эмоциональность и одобрена потребность в жалости и утешении, тогда внутрипсихически в будущих женщинах формируется своеобразный кластер для доброты, любви и слабости. Мужчины в большинстве своём такой привилегии лишены, как и женщины, воспитанные по мужскому типу и/или те, кому пришлось выживать, отринув свои человеческие нежность и хрупкость.
 
Непроходимость утешения формирует искажённый образ силы и устойчивости. Силён, якобы, тот мужчина, кто всегда невозмутим, его не колышет никто и ничто, а сам он – скала 24/7. Эта фиктивная, поддельная мощь всего лишь результат травматического воспитания людьми, которые и сами были подавлены по тем или иным причинам.
 
Таким образом, задавленные мальчики становятся насильственно волевыми мужчинами, не только неспособными к нежности и сочувствию, но и порой вершащими насилие над другими. Действием уничтожая, давя, подавляя и затыкая слабость снаружи, многие мужчины и многие женщины, о которых я упомянула выше, так расправляются со своей слабостью – уверены, что расправляются, хотя это совершенно не так.

Отличие в проходимости и непроходимости утешения пускает корни в обыденную жизнь женщин и мужчин. Ощущая боль – и физическую, и моральную – подавляющее большинство женщин с той или иной степенью бережности к себе обращается за помощью: к врачам, друзьям, родственникам, психологам, эзотерикам и другим. Женщина, обладающая кластером утешения, буквально воспринимает за данность возможность быть спасённой, приласканной и вылеченной.

Мужчины с непроходимостью утешения подолгу терпят боль. В их психической картине мира напрочь отсутствует перспектива успокоения и поддержки. Когда котёл терпения начинает выкипать, они разбираются с болью – совершают бесполезные действия, иллюзорно решающие проблемы, но не приносящие покоя, поддаются импульсивным желаниям, иногда помогающим получить разрядку, но, опять же, не заживляющим раны, а иногда творят насилие в разнообразных его формах.

Культура действия вместо утешения довольно популярна – я бы даже сказала, обиходна. Вместо того, чтобы горевать и оплакивать боль, ощущая себя ранимым и незащищённым, и запрашивать сочувствие и сострадание, человек с непроходимостью утешения берётся сам вершить свою судьбу. И на первый взгляд он выглядит отчаянным героем, хотя, стоит приглядеться, сердце сжимается, а глазам становится колко от слёз.

продолжение в комментариях

Без стыда не станешь человеком.

Альтернативный источник для просмотра:
https://www.b17.ru/media/183972/

Эффективность – враг стыда, а ответственность не анестетик

Раньше я никогда не смотрела на эффективность как на инструмент, которым человек пользуется, чтобы достигнуть чего-то ещё. Мне кажется, что чаще я закатывала глаза слыша или читая это слово, нежели пыталась вникнуть в феномен эффективности того или иного человека. Навесив на эффективность предосудительный ярлык, я сделала вид, что и так всё понятно, зачем разбираться и вникать? Но пришло время мне признаться, что я опростоволосилась.Случайно заглянув за занавес слова «эффективность», я попала в мир по ту сторону стыда. Воображение показывает результаты эффективности как представление на сцене, тщательно отрепетированное, выверенное и вылизанное. Для глаз зрителей этот конечный продукт – цельный в своей предъявленной сути. Кровь, пот, слёзы, трагедии и провалы остались за кулисами. Мало кто в зале параллельно с действием на сцене представляет себе, как артист падал или заикался на репетициях.

Хитрую человеческую уловку я обнаружила, когда услышала фразу: «Он за эффективностью прячется от стыда». Тогда я подумала, что всё так и есть: под гримом и в костюме да в ярком свете рамп исчезают лишние тени – исчезают все неугодные, некрасивые, неприемлемые, неуместные «Я». Хотя они непременно вернутся, когда эффект эффективности, да простят мне читательские глаза тавтологию, сойдёт на нет. Ещё какое-то время после спектакля можно носиться по старым засценным коридорам на крыльях успеха, вот только выйти в тёмную обыденную улицу и вернуться домой однажды придётся.

Эффективность есть не пресловутая погоня за достижениями, это побег от себя – из душных коридоров и темных гримёрок закулисья на сцену с её идеальным светом и обстановкой.

Я приведу понятный пример такой эффективности через работу с психологом. Пример довольно грубый, широкими мазками – только лишь для того, чтобы обозначить мою мысль о том, как эффективность призвана уничтожить стыд за себя самого.

продолжение в комментариях ↘️

https://www.b17.ru/media/182328/?prt=662863

Мне стало мало больших текстов.

Уже несколько месяцев я наблюдала в себе порывы создавать что-то короткое в профессиональном ключе – что-то вроде мыслезаметок и небольших открытий.

Во встречах с коллегами и в терапиях порой такие красивые удивления случаются! За неделю их набирается по несколько пёстрых штук и далеко не все они превращаются в полноценные тексты. Моё внутреннее рефлексивное ухо уловило, как некоторые из них просятся стать малой формой мимопроходящих заметок.

Сначала я думала о заметках текстовых, но не пошло, усохло в зачатке. Создание моего текста – это полноценная эссеистская работа от А до Я, иначе для меня теряется всякий смысл. К тому же, текст, пусть даже самый живой и ощущательный, фактически мёртв, пока его не оживит читатель, и меня саму текст как бы омертвляет – упаковывает в рамочку букв, слов и абзацев. Так я поняла, что текстовая форма для желаемой заметочной спонтанности не годится.

Затем я размышляла, не попробовать ли записывать небольшие аудио? Мой голос, моя речь показались мне чудесным образцом спонтанности. В человеческом говорении так много всего: живости, пауз, эмоций, воздуха.

Думала я думу, думала, как вдруг моя коллега Лена Нагаева на своей страничке постит видео, родившее из меня спонтанный видеоотклик. Мне понравился процесс и порадовал результат.

Вуаля, решение для моего метущегося желания к короткому жанру найдено! Теперь и на моих страничках будут появляться небольшие видеозаписи, где я судачу о том, о сём профессиональном.

Я хотела бы сохранять ценность спонтанности. Это значит, что все видео будут записаны без подготовки, планов, конспектов и умных слов. Ну а я просто стану здесь и сейчас размышлять на камеру, делиться открытиями и говорить, как умею – и как говорю каждый день с клиентами и коллегами.

Как мама учила меня относиться к мужчинам и почему она была совершенно права.

Подхватываю в своём видеоответе крик души моей коллеги Лены – о странных, вредных и совершенно кривых убеждениях про отношения между мужчинами и женщинами.

Альтернативный источник для просмотра: https://www.b17.ru/media/180547/

Набор в терапевтическую группу: https://www.b17.ru/training.php?id=117866

КРИВОЙ ЯЗЫК ОТНОШЕНИЙ:
ЛЮБОВЬ И ДРУЖБА, ЦЕННОСТИ, БЛИЗОСТЬ
терапевтическая группа

Близкие отношения – наша базовая потребность. Поэтому мы изобретаем как языки любви, так и языки безопасности, но далеко не все они хороши, а то и просто-напросто «кривые» и отталкивающие друг от друга.

Люди говорят на них самые искренние и важные вещи, но несмотря на стремление к близости, совершенно не понимают друг друга – отталкивая, раня и конфликтуя.

За годы своей терапевтической практики мы, Елена и Ярдена, заметили, что люди изобретают не только свои языки любви, но и языки безопасности.

Так выходит, что далеко не все представления о личной безопасности в отношениях являются достаточно хорошими, зачастую они «кривые» и не способствующие близости. Поэтому участие в терапевтической группе может дать вам шанс увидеть свой лабиринт кривых зеркал и поискать выход из него.

Терапевтическая группа – это маленькая модель общества, микромир большого мира, в котором участники ведут себя так же, как в жизни, а значит, ваш привычный сценарий может развернуться с предельной точностью.

При этом, благодаря обратной связи от группы, каждый имеет возможность получить честное переживание и реакцию другого на свои действия и слова.

Группа дает возможность не только осознать свой опыт, но и опробовать новый способ контакта, который неизбежно приведет к изменениям в реальной жизни.


Если и вы замечаете, как в отношениях ваше внутреннее содержание разнится с внешним проявлением, а все разговоры и выяснения заводят в тупик и приводят к разрывам, длительная групповая терапия поможет вам сначала увидеть, а затем и уладить этот конфликт.

❗️Перед вступлением в группу понадобится небольшое знакомственное собеседование.

❓По всем вопросам можно обратиться ко мне: Ярдена.

👇 Подробности по ссылочке: https://www.b17.ru/training.php?id=117866

https://www.b17.ru/article/986519/

https://www.b17.ru/article/970944/