Стихи в картинках | рисует нейросеть v.2

Ночь, улица, фонарь, аптека,
Бессмысленный и тусклый свет.
Живи ещё хоть четверть века —
Всё будет так. Исхода нет.

Умрёшь — начнёшь опять сначала
И повторится всё, как встарь:
Ночь, ледяная рябь канала,
Аптека, улица, фонарь.
---------------------------------------------------------
Александр Блок. "Ночь, улица, фонарь, аптека…"
(отрывок из цикла «Пляски смерти»)

Послушайте!
Ведь, если звезды зажигают —
значит — это кому-нибудь нужно?
Значит — кто-то хочет, чтобы они были?
Значит — кто-то называет эти плево́чки жемчужиной?
И, надрываясь
в метелях полу́денной пыли,
врывается к богу,
боится, что опоздал,
плачет,
целует ему жилистую руку,
просит —
чтоб обязательно была звезда! —
клянется —
не перенесет эту беззвездную муку!
А после
ходит тревожный,
но спокойный наружно.
Говорит кому-то:
«Ведь теперь тебе ничего?
Не страшно?
Да?!»
Послушайте!
Ведь, если звезды
зажигают —
значит — это кому-нибудь нужно?
Значит — это необходимо,
чтобы каждый вечер
над крышами
загоралась хоть одна звезда?!
-------------------------------------------------------------
Владимир Маяковский. "Послушайте!"

Мороз и солнце; день чудесный!
Еще ты дремлешь, друг прелестный —
Пора, красавица, проснись:
Открой сомкнуты негой взоры
Навстречу северной Авроры,
Звездою севера явись!

Вечор, ты помнишь, вьюга злилась,
На мутном небе мгла носилась;
Луна, как бледное пятно,
Сквозь тучи мрачные желтела,
И ты печальная сидела —
А нынче… погляди в окно:

Под голубыми небесами
Великолепными коврами,
Блестя на солнце, снег лежит;
Прозрачный лес один чернеет,
И ель сквозь иней зеленеет,
И речка подо льдом блестит.

Вся комната янтарным блеском
Озарена. Веселым треском
Трещит затопленная печь.
Приятно думать у лежанки.
Но знаешь: не велеть ли в санки
Кобылку бурую запречь?

Скользя по утреннему снегу,
Друг милый, предадимся бегу
Нетерпеливого коня
И навестим поля пустые,
Леса, недавно столь густые,
И берег, милый для меня.
--------------------------------------------------------
А.С.Пушкин. "Зимнее утро"

Белая берёза
Под моим окном
Принакрылась снегом,
Точно серебром.

На пушистых ветках
Снежною каймой
Распустились кисти
Белой бахромой.

И стоит берёза
В сонной тишине,
И горят снежинки
В золотом огне.

А заря, лениво
Обходя кругом,
Обсыпает ветки
Новым серебром.
-----------------------------------------
Сергей Есенин. "Берёза"

Мы вспоминаем тихий снег,
Когда из блеска летней ночи
Нам улыбнутся старческие очи
Под тяжестью усталых век.

Ах, ведь и им, как в наши дни,
Казались все луга иными.
По вечерам в волнисто-белом дыме
Весной тонули и они.

В раю затепленным свечам
Огни земли казались грубы.
С безумной грустью розовые губы
О них шептались по ночам.

Под тихим пологом зимы
Они не плачут об апреле,
Чтобы без слез отчаянья смотрели
В лицо минувшему и мы.

Из них судьба струит на нас
Успокоенье мудрой ночи, —
И мне дороже старческие очи
Открытых небу юных глаз.
----------------------------------------------------------
Марина Цветаева. "Зима"

Крылышкуя золотописьмом
Тончайших жил,
Кузнечик в кузов пуза уложил
Прибрежных много трав и вер.
«Пинь, пинь, пинь!» — тарарахнул зинзивер.
О, лебедиво!
О, озари!
----------------------------------------------------------
Велимир Хлебников. "Кузнечик"

Мело, мело по всей земле
Во все пределы.
Свеча горела на столе,
Свеча горела.

Как летом роем мошкара
Летит на пламя,
Слетались хлопья со двора
К оконной раме.

Метель лепила на стекле
Кружки и стрелы.
Свеча горела на столе,
Свеча горела.
На озаренный потолок
Ложились тени,
Скрещенья рук, скрещенья ног,
Судьбы скрещенья.

И падали два башмачка
Со стуком на пол.
И воск слезами с ночника
На платье капал.
.
И все терялось в снежной мгле
Седой и белой.
Свеча горела на столе,
Свеча горела.

На свечку дуло из угла,
И жар соблазна
Вздымал, как ангел, два крыла
Крестообразно.

Мело весь месяц в феврале,
И то и дело
Свеча горела на столе,
Свеча горела.
-------------------------------------------------------
Борис Пастернак. "Зимняя ночь"

Королева Британии тяжко больна,
Дни и ночи её сочтены,
И позвать исповедников просит она,
Из родной, из фанцузской страны.

Но пока из Парижа попов привезёшь,
Королеве настанет конец...
И король посылает двенадцать вельмож
Лорда-Маршала звать во дворец.

Тот верхом прискакал к своему королю,
И колени склонить поспешил:
- О, король, я прощенья, прощенья молю,
Если в чём-нибудь я согрешил.

- Я клянусь тебе жизнью и троном своим -
Если ты виноват предо мной,
Из дворца моего ты уйдёшь невредим,
И прощённым вернёшься домой.

Только плащ францисканца на панцирь надень?
Я оденусь и сам, как монах..
Королеву Британии завтрашний день
Исповедовать будем в грехах..

Ранним утром король и Лорд-Маршал тайком
В королевскую церковь пошли,
И кадили вдвоём, и читали псалом,
Зажигая лампад фитили.

А потом провели их в покои дворца,
Где больная лежала в бреду,
С двух сторон подступили к ней два чернеца,
Торопливо крестясь на ходу.

-Вы из Франции оба, святые отцы? -
Прошептала жена короля.
- Королева, - ответили ей чернецы,-
Мы сегодня сошли с корабля.

- Если так, я покаюсь пред вами в грехах,
И верну себе мир и покой.
- Кайся, кайся, - печально оветил монах,
- Кайся, кайся, - ответил другой.

- Я неверной женою была королю,
Это первый и тягостный грех,
Десять лет я любила, и нынче люблю
Лорда-Маршала больше, чем всех.

Но сегодня, о, Боже, покаюсь в грехах,
Ты пред смертью меня не покинь!
- Кайся, кайся, - сурово ответил монах,
А другой отозвался: - Аминь!

- Зимним вечером, ровно три года назад,
В этот кубок из хрусталя,
Я украдкой за ужином всыпала яд,
Чтобы всласть напоить короля!

Но сегодня, о, Боже, покаюсь в грехах,
Ты пред смертью меня не покинь!
- Кайся, кайся, - угрюмо ответил монах,
А другой отозвался: - Аминь!

- Родила я в замужестве двух сыновей,
Старший сын и хорош, и пригож!
Ни лицом, ни умом, ни отвагой своей
На урода отца не похож.

А другой мой малютка плешив, как отец,
Косоглаз, косолап, кривоног..
- Замолчи! - закричал косоглазый чернец,
Видно больше терпеть он не мог.

Отшвырнул он распятье, и, сбросивши с плеч
Францисканский суровый наряд,
Он предстал перед ней, опираясь на меч,
Весь в доспехах, от шеи до пят.

А другому аббату он тихо сказал:
- Будь, отец, благодарен судьбе,
Если б клятвой вчера я себя не связал,
Ты бы нынче висел на столбе!!!
---------------------------------------------------------------------
Английская народная баллада. "Королева Элинор" (Перевод Самуила Маршака)

Двенадцать месяцев в году,
Не веришь - посчитай.
Но всех двенадцати милей
Веселый месяц май.

Шел Робин Гуд, шел в Ноттингэм,
Весел люд, весел гусь, весел пес...
Стоит старуха на пути,
Вся сморщилась от слез.

- Что нового, старуха? - Сэр,
Злы новости у нас!
Сегодня трем младым стрелкам
Объявлен смертный час.

- Как видно, резали святых
Отцов и церкви жгли?
Прельщали дев? Иль с пьяных глаз
С чужой женой легли?

- Не резали они отцов
Святых, не жгли церквей,
Не крали девушек, и спать
Шел каждый со своей.

- За что, за что же злой шериф
Их насмерть осудил?
- С оленем встретились в лесу
Лес королевским был.

- Однажды я в твоем дому
Поел, как сам король.
Не плачь, старуха! Дорога
Мне старая хлеб-соль.

Шел Робин Гуд, шел в Ноттингэм,
Зелен клен, зелен дуб, зелен вяз...
Глядит: в мешках и в узелках
Паломник седовлас.
- Какие новости, старик?
- О сэр, грустнее нет:
Сегодня трех младых стрелков
Казнят во цвете лет.

- Старик, сымай-ка свой наряд,
А сам пойдешь в моем.
Вот сорок шиллингов в ладонь
Чеканным серебром.

- Ваш - мая месяца новей,
Сему же много зим...
О сэр! Нигде и никогда
Не смейтесь над седым!

- Коли не хочешь серебром,
Я золотом готов.
Вот золота тебе кошель,
Чтоб выпить за стрелков!

Надел он шляпу старика, -
Чуть-чуть пониже крыш.
- Хоть ты и выше головы,
А первая слетишь!

И стариков он плащ надел, -
Хвосты да лоскута.
Видать, его владелец гнал
Советы суеты!

Влез в стариковы он штаны.
- Ну, дед, шутить здоров!
Клянусь душой, что не штаны
На мне, а тень штанов!

Влез в стариковы он чулки.
- Признайся, пилигрим,
Что деды-прадеды твои
В них шли в Иерусалим!

Два башмака надел: один -
Чуть жив, другой - дыряв.
- "Одежда делает господ".
Готов. Неплох я - граф!

Марш, Робин Гуд! Марш в Ноттингэм!
Робин, гип! Робин, гэп! Робин, гоп!-
Вдоль городской стены шериф
Прогуливает зоб.

- О, снизойдите, добрый сэр,
До просьбы уст моих!
Что мне дадите, добрый сэр,
Коль вздерну всех троих?

- Во-первых, три обновки дам
С удалого плеча,
Еще - тринадцать пенсов дам
И званье палача.

Робин, шерифа обежав,
Скок! и на камень - прыг!
- Записывайся в палачи!
Прешустрый ты старик!

- Я век свой не был палачом;
Мечта моих ночей:
Сто виселиц в моем саду -
И все для палачей!

Четыре у меня мешка:
В том солод, в том зерно
Ношу, в том - мясо, в том - муку, -
И все пусты равно.

Но есть еще один мешок:
Гляди - горой раздут!
В нем рог лежит, и этот рог
Вручил мне Робин Гуд.

- Труби, труби, Робинов друг,
Труби в Робинов рог!
Да так, чтоб очи вон из ям,
Чтоб скулы вон из щек!

Был рога первый зов, как гром!
И - молнией к нему -
Сто Робингудовых людей
Предстало на холму.

Был следующий зов - то рать
Сзывает Робин Гуд.
Со всех сторон, во весь опор
Мчит Робингудов люд.

- Но кто же вы?- спросил шериф,
Чуть жив.- Отколь взялись?
- Они - мои, а я Робин,
А ты, шериф, молись!

На виселице злой шериф
Висит. Пенька крепка.
Под виселицей, на лужку,
Танцуют три стрелка.
-----------------------------------------------------------
Английская народная баллада. "Робин Гуд спасает трех стрелков" (Перевод М. Цветаевой)

Из вереска напиток
Забыт давным-давно.
А был он слаще меда,
Пьянее, чем вино.
В котлах его варили
И пили всей семьей
Малютки-медовары
В пещерах под землей.
Пришел король шотландский,
Безжалостный к врагам,
Погнал он бедных пиктов*
К скалистым берегам.
На вересковом поле
На поле боевом
Лежал живой на мертвом
И мертвый - на живом.

Лето в стране настало,
Вереск опять цветет,
Но некому готовить
Вересковый мед.
В своих могилках тесных,
В горах родной земли
Малютки-медовары
Приют себе нашли.

Король по склону едет
Над морем на коне,
А рядом реют чайки
С дорогой наравне.
Король глядит угрюмо:
"Опять в краю моем
Цветет медвяный вереск,
А меда мы не пьем!"

Но вот его вассалы
Приметили двоих
Последних медоваров,
Оставшихся в живых.
Вышли они из-под камня,
Щурясь на белый свет, -
Старый горбатый карлик
И мальчик пятнадцати лет.

К берегу моря крутому
Их привели на допрос,
Но ни один из пленных
Слова не произнес.
Сидел король шотландский,
Не шевелясь, в седле.
А маленькие люди
Стояли на земле.

Гневно король промолвил:
- Пытка обоих ждет,
Если не скажете, черти,
Как вы готовили мед!
Сын и отец молчали,
Стоя у края скалы.
Вереск звенел над ними,
В море - катились валы.

И вдруг голосок раздался:
- Слушай, шотландский король,
Поговорить с тобою
С глазу на глаз позволь!
Старость боится смерти.
Жизнь я изменой куплю,
Выдам заветную тайну! -
Карлик сказал королю.

Голос его воробьиный
Резко и четко звучал:
- Тайну давно бы я выдал,
Если бы сын не мешал!
Мальчику жизни не жалко,
Гибель ему нипочем.
Мне продавать свою совесть
Совестно будет при нем.
Пускай его крепко свяжут
И бросят в пучину вод,
А я научу шотландцев
Готовить старинный мед!

Сильный шотландский воин
Мальчика крепко связал
И бросил в открытое море
С прибрежных отвесных скал.
Волны над ним сомкнулись.
Замер последний крик...
И эхом ему ответил
С обрыва отец-старик.

-Правду сказал я, шотландцы,
От сына я ждал беды.
Не верил я в стойкость юных,
Не бреющих бороды.
А мне костер не страшен.
Пускай со мной умрет
Моя святая тайна -
Мой вересковый мед!
------------------------------------------------------
Р.Л.Стивенсон. "Вересковый мед" (Перевод Самуила Маршака)