Православные истории «Благовест»

☦️ Однажды меня послали проповедовать заключенным в тюрьме.

Я спросил тюремного священника:
– А как с ними надо разговаривать?

– Очень просто, найди какие-нибудь простые слова.

Я спросил:

– А какое для них самое обидное слово?

Тюремный священник говорит:

– Самое обидное для них слово – «козел».

«Отлично», – подумал я про себя, пришел, стал беседовать с ними и говорю им:

– Вы хотите в День Судный оказаться козлами?

Они так все засуетились, один вскочил даже. Я говорю:

– Вот давайте почитаем из Писания, – и стал читать: «Когда же приидет Сын Человеческий во славе Своей и все святые Ангелы с Ним, тогда сядет на престоле славы Своей, и соберутся пред Ним все народы; и отделит одних от других, как пастырь отделяет овец от козлов» (Мф.25:31–32). Я про этих козлов старался больше, чаще им говорить, и напоследок спрашиваю:

– Ну что, вы будете оставаться козлами, что ли?

– Ладно, когда исповедоваться надо? – Закричали.

Это очень важно, когда Господь пробивает наши сердца, когда словом Своим Он проникает до внутреннего мира каждого из нас, когда лучи света Евангелия начинают просвещать нашу душу.

Протоиерей Олег Стеняев

☦️ На протяжении пятнадцати лет я служил в храме при городской клинической больнице.

Треб очень много, и ни времени, ни сил мне не хватало. Однажды я, очень уставший, прихожу домой — сразу раздается телефонный звонок. Женщина в трубке начинает быстро рассказывать, плакать и уговаривать меня прийти, чтобы причастить ее родственницу. Она в коме, при смерти — цирроз печени. «Придите, причастите или пособоруйте, пожалуйста!» — так искренне, со слезами просила она.

— Хорошо, хорошо. Она ведь верующая?

— Нет, она не верующая.

— Как же мы ее причащать будем? Нельзя против воли…

— Так она ничего не понимает: в коме! — с невероятной простотой произносит она.

Женщина абсолютно искренне, не стыдясь и не утаивая, начинает рассказывать о злоключениях своей родственницы: «Она безбожница и пила всю жизнь, поэтому у нее и цирроз печени. Попов и Церковь материла, и вообще, если бы узнала, что я Вас зову, она бы… В общем, пользуемся случаем, батюшка, скорее, пока в сознание не пришла!»

Понимаю, что совершать таинство в данном случае нельзя, но ее умоляющие слова и горячая вера не дают мне покоя. Я соглашаюсь прийти, но плохо понимаю, что буду делать с такой болящей.

Я застал ее совсем одну, всеми оставленную. Врачи усердно занимались другими больными, но на нее никто не обращал внимания. Меня знали в реанимации, я служил там много лет, поэтому медсестра сразу поинтересовалась: «Батюшка, Вы к кому?» Когда я назвал имя, мне указали на ту самую кровать, добавив как-то равнодушно, что ей уже не помочь. У меня с собой был пузырек масла от лампадки со святого места. Соборовать я ее не могу: это все-таки таинство, а она неверующая, хоть в детстве и была крещена. Ну, помажу маслицем. Прочитал в требнике молитву за болящего, перекрестил, помазал и ушел.

На следующий день мне снова звонит эта женщина. Благодарит меня, и я слышу по голосу, что она очень спокойна. Думаю: «Умерла, наверное. Сейчас, скорее всего, попросит отпеть». Но разговор повернулся самым неожиданным для меня образом.

— Вы не могли бы прийти, чтобы причастить ее? Она в сознание пришла и попросила, чтобы к ней привели священника: хочет покаяться.

Я был в полном изумлении.

— Она в реанимации сейчас?

— Нет, ее в общую палату перевели.

Я пришел. Можно представить, как сильно я был потрясен, когда увидел ее, вчерашнюю больную без шанса на выздоровление, стоящей передо мной в коридоре. Она дружелюбно поздоровалась и сказала, что именно меня и ждет. Потом начала рассказывать, что, когда пришла в себя, то узнала от врачей о моем недавнем визите. Тогда же попросила позвать меня, чтобы поговорить и, если можно, причаститься. Я исповедовал ее, и это было удивительно искреннее раскаяние запутавшегося в жизни человека.

Через неделю я вернулся к ней снова. Она еще раз причастилась, а потом ее выписали. Женщина, позвонившая мне с просьбой помочь, потом рассказывала: ее родственница год ходила в храм, читала Евангелие, болела, конечно, но часто причащалась и неустанно молилась. Цирроз печени никуда не делся, но Господь дал ей годовую отсрочку — время на покаяние. Они жили в другом районе, далеко, поэтому после трех встреч в больнице я больше не получал о ней никаких известий… до дня, когда меня попросили ее отпеть.

Такие истории — большое утешение для тех, кто отчаялся привести к Богу близкого человека. Признаюсь, во мне было не так много веры в исцеление болящей, когда я пришел к ней с маслицем. Но, возможно, именно вера ее родственницы — простой, искренней, по-детски наивной женщины — дала ей шанс на спасение. Вера без тысяч «но», которыми мы подчас только преграждаем путь к Господу.

протоиерей Алексей Батаганов

☦️ Монахи — это радисты Матери-Церкви

Когда святой Паисий Святогорец служил в армии, его звали Арсений. В феврале 1949 года Национальная армия освободила от ополченцев город Карпениси. Рота, в которой служил Арсений, получила приказ дислоцироваться в городке Арахова в Навпактских горах и подключиться к обнаружению и уничтожению отрядов ополченцев.

В одну из ночей на высоте недалеко от Араховы 180 солдат разведроты оказались окружены отрядами ополченцев, общей численностью 1 600 бойцов. Всю ночь рота отчаянно оборонялась, укрывшись за скалами. Арсений пытался установить антенну, чтобы связаться с Центром и попросить помощи. Один лейтенант кричал: «Брось ерундой заниматься! Помогай лучше таскать ящики с гранатами!» Арсений таскал ящики, но снова и снова возвращался к рации.

Антенну постоянно сбивало пулями и осколками, и связь установить не удавалось. Наконец Арсению удалось связаться и прокричать в рацию несколько слов с их координатами и описанием тяжёлого положения. Этого оказалось достаточно: на рассвете прилетела штурмовая авиация и разбомбила ополченцев. Рота была спасена.

Потом преподобный Паисий приводил в пример этот бой, желая провести параллель между служением монаха и делом радиста.

«Монахи, — писал он, — это радисты Матери-Церкви. И уходя подальше от мира, они делают это по любви. Удаляясь от мира, они удаляются от мирских „радиопомех“ для того, чтобы быть в состоянии лучше установить связь с Богом. Так они помогают миру больше и результативнее.

Некоторые архиереи и церковные чиновники требуют, чтобы монахи спускались с уединённых горных вершин и возвращались в мир, „чтобы ему помочь“, но они ведут себя неразумно. Они похожи на тех не отличающихся великим умом военных, которые, видя, что их отряд окружён, истерично кричат, чтобы радист бросил рацию, схватил винтовку и начал стрелять вместе со всеми. Как будто ещё одна винтовка, прибавленная к уже стреляющим двум сотням, сможет что-то изменить.

А радист воюет по-другому. Он срывает голосовые связки, крича в микрофон непонятные для других слова: „Приём! «Душа»!.. Приём! «Душа»!..“ — а все вокруг думают, что он просто выбрасывает на воздух много пустых и ненужных слов.

Только вот радисты не дураки и не обращают на это внимания. Они не слышат, как сослуживцы осыпают их ругательствами, но изо всех сил пытаются установить связь с Центром. Как только связь установлена, они просят немедленной помощи у Генерального штаба, и тогда становится понятно, что „Душа“ — это позывной радиста. И помощь приходит — но уже не в виде лишней и по сути бесполезной винтовки, а целыми эскадрильями штурмовиков, бронетанковыми полками, до зубов вооружёнными линкорами и непотопляемыми эсминцами. Так люди спасаются из безвыходной ситуации».

☦ С Праздником Покрова Пресвятой Владычицы нашей Богородицы и Приснодевы Марии!

В Православной Церкви с трепетом отмечают данный праздник, который основан на одном эпизоде с видением Богородицы в церкви из жития св. Андрея Юродивого:

«Когда совершалось всенощное бдение в святой гробнице, находящейся во Влахернах, отправился туда и блаженный Андрей, творя то, что было у него в обычае. Был там также Епифаний и один из его слуг вместе с ним.
А поскольку он обычно стоял, сколько его рвение давало сил, иногда до полуночи, иногда до утра, уже в четвертом часу ночи увидел блаженный Андрей воочию святую Богородицу, очень высокую, появившуюся со стороны Царских Ворот с грозной свитой. В ее числе были и досточтимый Предтеча, и Сын Грома, держащие Богородицу под руки с обеих сторон, и многие другие святые, облаченные в белое, шествовали пред нею, а иные следовали за ней с гимнами и песнопениями духовными. И вот, когда они приблизились к амвону, подошел блаженный к Епифанию и говорит: Видишь ли ты Госпожу и Владычицу мира? Он же ответил: Да, отец мой духовный.
И пока они смотрели, Богородица, преклонив свои колени, долго молилась, орошая слезами богоподобный и пречистый лик свой. А после молитвы она подошла к алтарю, прося за стоящих вокруг людей. И вот когда она окончила молитву, с прекрасным достоинством сняла с себя мафорий, который носила на своей беспорочной голове и который видом был как молния, и, взяв его своими пречистыми руками, – а был он велик и грозен – распростерла над всеми стоящими там людьми. И его в течение долгого времени видели дивные сии мужи распростертым над народом и излучающим славу Божью, словно янтарь. И до тех пор, пока была там Святая Богородица, был виден и он, а после того, как она удалилась, его больше не было видно, ибо она, конечно, взяла его с собой, а благодать оставила находящимся там. Епифаний увидел это через посредничество богоносного отца: ведь сам он, имея возможность видеть все это, передал ему свое видение как посредник».

Князь Андрей Боголюбский, почитавший блаженного Андрея, с особенным вниманием отнесся к этому видению, восприняв его как особый знак для себя и своей земли. Введением праздника Покрова, Андрей, можно сказать, поручал Богородице свой народ, свою землю, русскую Церковь Ее защите и покровительству. И с тех пор Русь осознает себя одним из земных уделов Пресвятой Богородицы, а праздник Покрова становится одним из любимейших в народе.

Праздник отмечался на Руси со Средневековья (с XII или XIII века), предположительное место появления – Северо-восточная Русь (Владимиро-Суздальское княжество). В XVIII веке праздник был причислен к разряду великих недвунадесятых Богородичных праздников, в XIX веке этот праздник появляется в греческой традиции (до этого времени праздник был исключительно русским). После Второй мировой войны в Греции была написана новая служба, связанная с чудесными явлениями Богородицы во время боевых действий. Празднование было назначено на 28 октября.

☦ Как Иоанн Шанхайский шутками лечил

Как-то, в начале летних каникул, Валя приболела. Состояние девочки быстро ухудшалось, жар не спадал. Когда Валя из-за сильной боли в горле отказалась не только от еды, но и от питья, родители забили тревогу. Больница оказалась переполнена, свободных коек не имелось, и доктор, снабдив их лекарством, отправил домой. Ночь оказалась тяжелой для всей семьи: девочка то теряла сознание, то снова приходила в себя, ей стало трудно не только глотать, но и дышать.

Утром мама, осунувшаяся, с запавшими глазами, подошла к дочке и сказала нарочито бодрым голосом: – Валечка, Владыка здесь, он пришел навестить тебя!
Веки у больной были тяжелые, словно налитые свинцом, и она с трудом открыла глаза. В этот момент Владыка приблизился к ее кровати и, благословив, ласково сказал:– Я пришел рассказать тебе шутку.

И Владыка Иоанн начал рассказывать какую-то смешную историю, которую Валя не поняла и даже не расслышала ясно. Она лежала молча, и ей было так плохо, а Владыка тем временем начал сам смеяться над своей историей. В проеме двери показались лица Валиных родителей – они смотрели на епископа с недоумением, но он словно не замечал их.

– Тебе не понравилась эта шутка, хорошо, я расскажу тебе другую!
И Владыка рассказал ей несколько шуток подряд, сопровождая каждую громким смехом. Ни одна из них не показалась больной девочке смешной, и гримаса страдания так и не покинула ее бледное личико. Валя с трудом глянула в проем двери: ее отец уже не просто недоумевал, он сердился. Но Владыка не обращал никакого внимания на родителей Вали и продолжал:

– Я уверен, что следующая шутка тебя насмешит. Вот, слушай. Как-то у одного епископа, такого же, как я, подрались келейник и иподиакон. Подрались, а потом пошли к епископу, чтобы объяснить ситуацию. Епископ спрашивает у иподиакона: «Каким образом он тебя стукнул?» А иподиакон отвечает: «Не образом, а подсвечником!»

Тут Владыка засмеялся так задорно, что больная девочка не выдержала и засмеялась вместе с ним. Родители смотрели на них круглыми от изумления глазами, и от этого Вале стало еще смешнее. Пока девочка смеялась – в ее горле словно что-то взорвалось. Как узнала она позднее, у нее была тяжелая форма дифтерита – и при смехе лопнули нарывы, которые мешали ей глотать и дышать. Владыка тут же оборвал смех и сказал родителям:
– Очистите все, проследите, чтобы Валя прополоскала рот и горло. Теперь с ней все будет в порядке.

После этого он благословил девочку и ушел. Валя заметила, что вид у Владыки был страшно усталый, как будто это и не он сейчас так задорно смеялся. Когда она прополоскала рот и горло – почувствовала мгновенное облегчение и заснула. Сон ее был спокойным и легким, жар спал.

Днем пришел встревоженный доктор и осторожно спросил у Валиной мамы, жива ли больная. И мама ответила даже весело:
– Не только жива, но и здорова. У нее спала температура, и она спокойно спит. Доктор не мог поверить в ее слова. Осмотрев девочку, он сказал только:
– Это чудо. Это не что иное, как чудо.