Ольга Полянская

Еще один хороший панорамный рест Санкт-Петербурга – «Крыша 18». Из окон видно акваторию Невы, «Аврору», Сампсониевский мост и прилегающие городские пейзажи Петроградки.

Заказывала там черную паровую треску с брокколи, зеленым горошком, шпинатом и соусом бёрмонте (beurre monté с французского – буквально «взбитое масло»).

Как мне рассказали, это такая простая по составу, но тонкая в приготовлении подливка: теплое сливочное масло постепенно соединяют с небольшим количеством крепкого бульона. Главный фокус – не дать этому расслоиться, и получить гладкую, шелковистую, обволакивающую эмульсию с ярко выраженным сливочным вкусом.

Стану ли я с этим заморачиваться дома? Конечно нет. Для того и нужны рестораны.

Самый большой экспонат в Зоологическом музее РАН – скелет гренландского кита. 🐳 Рассматривают его, задрав головы.

Он меньше самого крупного животного планеты – синего кита – но входит в пятерку гигантов. В среднем весит 120 тонн, а в длину достигает 22 метров.

Впечатлил. По сравнению даже с его хвостом тот же морж – такой малыш.

Почти отмыла. Надо еще раз залить термоядерным жироудалителем для духовок и подождать.

Средство для холодильников тут тоже неслучайно – им я мыла полы и прочие гладкие поверхности, для ароматизации и поглощения запахов в квартире. А поглощать было что. Это случилось в один субботний день и в два эпических этапа.

Сначала я забыла, что у меня готовятся макароны, а именно тальятелле, которые я поставила варить в специально и заранее сваренном густом, очень крепком говяжьем бульоне - чтобы было вкуснее. Поставила, ушла, отвлеклась, забыла – спохватилась, когда из кухни уже потянуло сизым и горелым. Бульон весь выпарился, тальятелле превратились в пригорелый монолит.

Кухню проветрили. Верхнюю часть горелого панциря внутри кастрюли удалось отскрести, все остальное пришлось заливать вырвиглазным антижиром. Чтобы быстрее отмокло, добавила горячей воды и поставила на плиту – до закипания.

И вот не надо было снова уходить из кухни. Надо было дождаться, пока закипит, и снять с плиты. Но я ушла «на минутку». Далее согласно тем же граблям – отвлеклась, забыла. Спохватилась, когда из-под крышки уже лезла пена, а по квартире шел новый сногсшибательный аромат – гари, перемешанной с очень сложной и весьма недружественной человеческим рецепторам химией лучше бы еще раз сгорели макароны.

Проветривали полдня. Кухню мыла вот с этим самым аромасредством для холодильников. Ну кстати ниче так.

Это к вопросу о том, что жизнь нас учит преимущественно эмпирическим путем, и то не до всех доходит с первого раза.

Очень мне симпатичен наш новый резидент – художник Сергей Карев из Санкт-Петербурга. Люблю людей с выраженной внутренней сложностью, когда человек говорит, а ты понимаешь, насколько глубокий душевный и интеллектуальный опыт за этим стоит.

Весь год, с января, Сергей путешествует по арт-резиденциям. И запланировал, что эти переезды закончит в Норильске. Надеется отыскать здесь ответы на важные вопросы, чтобы выйти на новый творческий виток:

«Более подходящего места, чем Норильск, для этого не найти. Эта его удаленность на самом деле кажется мне приближенностью к чему-то, что я надеюсь уловить и уже понемногу ощущаю».

Как говорится, если надо объяснять, то не надо объяснять.

Пришел сезон ОРВИ. В моем окружении кто-то уже переболел, по нам с Женей тоже отрикошетило. Лечимся.

Мне сложно побороть стереотип, устоявшийся в голове со времен советского детства, однако доказательная медицина не стоит на месте – инфа от авторитетного иммунолога: при ОРВИ можно пить ЛЮБУЮ жидкость. Кола, горячий или холодный чай, кофе, апельсиновый сок, газированная вода, спортивные напитки, молоко столь же эффективны, как и простая вода.

Но я фанат травяных чаев, так что для меня выбор остается традиционным. Как учили.

Моя коллега по пресс-службе редко постит в ВК. Говорит, что там для нее сконцентрировано слишком много негатива. И я ее понимаю.

На днях в одном сообществе выложили видео с японским барменом. Ему 37, он владелец бара. В профессии 18 лет, завоевал титул чемпиона Японии по барменскому искусству пять раз, причем первый – в 22 года.

Места у стойки его бара бронируют за месяц. Потому что приготовление каждого коктейля – это завораживающее факирство и маленькое шоу. Он одет с иголочки, филигранно рубит лед самурайским ножом танто, лихо вкладывает его в ножны. Движения стремительные, четкие, сложно представить, сколькими репетициями они достигнуты. Нереальное мастерство. Смотреть, как на огонь, можно бесконечно.

И что мы видим в комментах самой миролюбивой на планете русскоязычной аудитории? «Понты корявые», «Японская рожа», «Столько лишних движений», «Платить за лед? Бредятина», «Хорош вы*бываться, водки налей», «Че за чурка узкоглазая». Скопище недоразвитых.

Да, в баре мы платим не за лед и не за две чайных ложки бейлиса или кюрасао. А за атмосферу. Бармена зовут Юдзо Комаи, и он высококлассный профи.

Можно погуглить другие видосы с ним. Реально впечатляют.

ДР был не у меня) До моего еще месяц.

Как интроверт и тревожник я очень не люблю публичные поздравления в большом коллективе. Для меня это всегда дискомфорт, неловкость, стресс и неоправданные эмоциональные энергозатраты.

После прошлогоднего коллективного поздравления я просто удалила дату своего рождения из общей аськи. Мне ближе приватность и личные знаки внимания. И это, конечно, не про нелюбовь к социуму, а про индивидуальную неспособность допускать людей в личное пространство.

Сама я люблю поздравлять тоже только тех, к кому искренне расположена. Все остальное – как в «Служебном романе»: если сегодня еще кто-нибудь родится, я останусь без обеда.