Антоний Сурожский: Проповеди и беседы

Любовь христианская

☦️ Во имя Отца и Сына и Святого Духа.

Из сегодняшнего Евангельского чтения с такой силой и ясностью выступает то, что составляет христианина, что характеризует его и что чуждо ему.

Христианин это человек, который от Бога научился любить так, как на земле никто любить не может. Христос нам говорит: если вы будете любить тех, кто вас любит, - чем вы отличны от других? Если вы будете давать тем, от которых вы ожидаете что бы то ни было в ответ, - чем вы отличаетесь от язычников? Любите врагов ваших, благотворите тем, кто вас ненавидит, давайте, не ожидая ничего взамен, и тогда вы будете подобны вашему Небесному Отцу, Который дает и неблагодарным и злым.

Христианин отличается от других не богослужением, не тем, как он внешне молится, не какой бы то ни было внешней формой, а внутренним содержанием, богоподобностью своей любви, и вне этого нет христианина.

Святой Ефрем Сирин говорит: Не заключай своей молитвы в одни слова, путь вся твоя жизнь, всякое твое действие будет богослужением… - т.е. прославлением Бога и служением Богу. Евангелие говорит об этом же: пусть люди видят дела ваши и прославят Отца вашего, Который на небесах… Пусть наша жизнь будет служением Богу, Который стал человеком, служением посильной, непобедимой, ни с чем не сравнимой любовью к людям, для того, чтобы в холодный, потемневший, чужой Богу мир вновь принести любовь непостижимую, ту любовь, которую человек сам в себе не находит, но которой он может уподобиться и приобщиться.

Примем эти слова Христовы к сердцу. Не благочестие делает христианина, а любовь, не те или иные поступки делают христианина, а любовь, - но любовь особенная, любовь, подобная Божьей, любовь, которая готова идти на любые жертвы и себя и своего для того, чтобы другому стало светло и чтобы жизнь вошла в его жизнь. Если будем так жить, то мы найдем путь и к молитве, и к поклонению Богу, потому что Он будет родной, потому что беседа с Ним будет естественная, потому что мы будем едины духом с Тем, Кто есть Дух животворящий, ибо Сам Господь Дух Святой в наших сердцах будет воздыханиями неизреченными возносить молитвы наши к Богу, и сделает нас детьми Божиими в том смысле, который нам позволит Его, Господа, назвать Отцом, став живыми членами Тела Христова. Без этого - врозь, порознь - мы не христиане, без этого наша община - не христианская община. А мы призваны быть Христовыми, друг друга принимать, как нас принял Христос. А на земле мы призваны быть перед всеми явлением того, что может сделать Бог с людьми, которые Ему поверят и отдадутся в Его руки, чтобы Он из них сделал общество, подобное таинственному Троическому обществу - Богу Единому во Святой Троице. Аминь

И каждый раз, как вы найдёте у себя что-то красивое — поблагодарите Бога. И постепенно вы обнаружите, что благодарность вытеснила тщеславие.

Если бы мы могли так прощать, то мы прощали бы крепко и навсегда. Мы не прощали бы в надежде, что человек переменился , а прощали бы для того, чтобы , окутанный поддержкой и укрепленный любовью, он мог перемениться, если Бог даст. Мы его приняли бы не потому, что он унизился перед нами, а просто потому, что он к нам пришел, проявил это смирение и доверие. И наконец, мы помнили бы, помнили бы с болью душевной, чт о случилось, чтобы никогда больше этого человека не поставить в то положение, в котором о н споткнулся, пал и разбился.

Подумайте об этом. Так нас принимает Христос и так мы призваны друг друга принимать. Мы часто гордимся перед теми, кто нас унижает: они слабы и пали, мы крепки — устояли. Так помните другие слова Писания: вам, сильным, надлежит носить тяготы слабых... И вот если это помнить, тогда можно перемениться и исцелиться . И тогда, может быть, наши человеческие отношения хотя бы похожи станут на то, как нас носит Христос. Аминь .

💎О ПРОЩЕНИИ

Во имя Отца и Сына и Святого Духа.

В одном из своих посланий апостол Павел нас призывает принимать друг друга так, как нас принял Христос. И я хочу обратить ваше внимание на две вещи. Во-первых, Христос нас принимает без разбора. А во-вторых, Он принимает нас и не требует отчета, не ставит нам условий. И эти две вещи мы не умеем делать и в этом мы так непохожи на Христа, Которого мы называем Своим учителем и наставником.

Христос умеет прощать, но прощать не так, как прощаем мы. Вспомните притчу о блудном сыне. Слова сына: «Отче, дай мне теперь то, что мне бы пришлось получить после твоей смерти», в сущности , значат: «Старик, ты зажился на земле, твоя жизнь мне не нужна, она мне только помеха. Сговоримся: умри! Сойди с моего пути, я забуду о тебе и буду жить, как будто тебя больше нет ». И после этих слов он уходит. И приходит время, когда он испытывает на себе точно то, что совершил сам над отцом : пока у него было богатство, люди его любили, его окружали . Когда он оказался обездоленным, люди без единого слова ему сказали то же самое, что сказал он отцу: «Теперь ты нам не нужен. Ты для нас никакого значения никогда не имел, только то было важно , чем мы могли от тебя поживиться ». И когда он это понял, тогда действительно до него дошло на опыте, что он сделал над отцом , о н вошел в себя, покаялся и пустился в путь. И он готовил целую исповедь: «Отче, я согрешил против неб а и перед тобой , я больше недостоин называться твоим сыном; но прими меня хотя бы как одного из твоих наемников ». И шел он, и шел он к отцу, называл его отцом, хотя з нал, что недостоин быть сыном.

Но смотрите, что сделал отец: когда сын еще был вдали, отец его увидел и не стал его ждать у дверей, не стал выжидать момента, когда тот в стыде, в позоре, в покаянии бросится к его ногам, признается во всем, не стал ждать его унижения для того, чтобы великодушно его простить, и «на пробу», как мы это делаем часто, его принять. Он побежал навстречу; он обнял сына раньше, чем тот одно слово сказал . И когда сын начал говорить, он ему дал сказать только начало: «Отче» — да, он признал, что у него есть отец, хотя он над ним совершил нравственное убийство: сойди с моего пути, чтобы тебя не было... он дал ему сказать: «Я согрешил на небо и перед тобой» — это правда; «я недостоин называться твоим сыном» — тоже правда; но тут его отец остановил; потому что недостойным сыном он ему мог быть, а добрым наемником — никогда . Отец остается отцом , он никогда по отношению к нам не согласится стать хозяином. Вот как принял отец блудного сына: достаточно было того, что сын вернулся, чтобы отец по верил искренности его раскаяния.

Не так мы поступаем. Мы требуем извинения, мы требуем полного признания . Мы говорим, что еще посмотрим: «Я тебя обратно возьму на пробу» — другом, мужем, женой… Не так поступает Христос . Он не требует ни одного слова о том, что было на стране далече . Ему достаточно: ты пришел, ты вернулся — значит, всё, что было тогда, это было кошмар, это было сон . Мы теперь проснулись , мы теперь в жизни, а не в безумном сне.

Часто, когда мы думаем о прощении, мы говорим — вот, я прощу; как бы мне забыть? Не надо забывать! Если бы мы могли забыть то, что случилось, мы непременно вернулись бы к тому, что было. Надо помнить; но не той злой памятью, которой мы помним. Мы помним: вот человек, с которым мы теперь примирились, однако в наших отношениях где-то еще трещина , где-то возможна неправда, где-то теснится возможность ссоры. Не так надо помнить. Надо помнить, что если человек против нас согрешил, значит , он в чем-то слаб, значит, где-то он уязвим и человеческими отношениями, и бесовским воздействием . Вот это надо помнить, чтобы изо всей силы и ценой собственного покоя, собственного благополучия его защитить от этого, не вспоминать ему, что было, а помнить, что здесь у него слабое место, и его целить и защищать.

☦️Воздвижение Креста Господня

Сегодня мы празднуем обретение Животворящего Креста Господня. Для нас Крест – знак Божией любви к нам. Мы знаем, что на кресте был распят Господь. Мы знаем, что на нем Он умирал долгой, страдальческой, человеческой смертью. Но чувство реальности смерти Богочеловека редко пронизывает нас тем ужасом и трепетом, которые должны бы всегда жить в наших душах.

Крест – это образ; однако было время, когда этот крест был мучительной реальностью умирания Человека Иисуса из Назарета. Для нас крест связан только с Ним и с тайной нашего спасения, но в то время крест был “просто”, как ни страшно употребить такое слово, орудием пытки и смерти. На крест пригвождались преступники, чтобы мучительной смертью заплатить за зло, принесенное людям, и чтобы их страшная смерть вселяла страх в жителей окрестных городов и деревень.

Крест был наказанием для преступников; и среди распинаемых оказался Тот, Которого мы называем своим Господом, – Иисус Христос. Суд Синедриона и римского прокуратора признали Его достойным смерти за преступления. В чем же преступления Христа, за которые Он принял муки?

Во-первых, образ Спасителя-Мессии, явленный людям Иисусом Христом, оказался несовместимым с тем образом, который они выработали для себя сами. Истинный, живой Богочеловек разбился об идола, созданного людьми из их представлений о том, каким Он должен быть. Фальшивый образ Мессии как будто восторжествовал над Богом, пришедшим во плоти.

Другим Его преступлением было Его учение о любви. Оно вносило страх и ужас в каждую душу, не готовую погибнуть ради благовестия, ибо Евангелие содержало страшную весть о том, что Царство Божие не допускает в себя никакого себялюбия, что человек должен отказаться от себя, чтобы жить только любовью к Богу, к людям. Ни тогда, ни теперь люди не могут этого принять легко, потому что это значит убить в себе все себялюбивое и низменное.

Господь “преступил” против людей еще тем, что разочаровал их. Они ожидали политического вождя, им нужна была только земная победа над поработившей их Римской Империей, над чужой, ненавистной властью, а Он предлагал им Евангелие: смирение и кротость. Он призывал их любить врагов, подобному тому, как Отец Небесный любит всякого человека, и теперь, после Креста Господня, можем сказать: любит крестной любовью, любит до пролития Своей Крови, до смерти Своего Сына.

В то отдаленное от нас время, когда был найден Крест Господень, все это было еще близкой реальностью, его можно было коснуться, тронуть рукой. Его дерево было еще конкретно, реально и жестко, как суд и смерть. Тогда он был принят с трепетом, ужасом и любовью и был воздвигнут – поднят на высоту – Патриархом Иерусалимским, чтобы все могли видеть древо крестное, на котором, как преступник, по злой воле людей умер Царь мира и Спаситель всех, Тот, Кого Бог послал не судить, а спасти мир.

Вспомним и мы эту страшную, конкретную реальность креста и распятия, и поклоняясь сегодня образу того Креста, перенесемся духом в те страшные дни, когда Бог смертью Единородного Своего Сына одержал победу над тьмой и спас нас от власти смерти, греха, диавола. Ответим любовью на любовь – мало поклониться Древу, если мы останемся чуждыми тому, ради чего принесена эта жертва.

Поклонимся Кресту. Осознаем, что Христос умер, потому что преступники мы. Апостол Павел говорит, что и за друга своего мало кто согласится отдать жизнь, разве что за благодетеля (Рим. 5, 7), а Христос умер за ненавидящих Его, за людей, которые способны, как и мы, пройти мимо Его жертвы и не дрогнуть душой, не преломиться волей, не перемениться до конца.

Обратим наш взор на Крест. Сказано в Писании: Воззрят на Него, Егоже прободоша (Ин. 19, 37), взглянут на Него те, которые пробили Его ноги, руки, ребро. Таковы мы, и если только Крест нас не обновит, то рано или поздно мы станем перед Ним в ужасе, потому что нам придется ответить перед своей совестью за то, что мы прошли мимо Крестной Божественной Любви. Аминь.

Если бы мы могли так прощать, то мы прощали бы крепко и навсегда. Мы не прощали бы в надежде, что человек переменился , а прощали бы для того, чтобы , окутанный поддержкой и укрепленный любовью, он мог перемениться, если Бог даст. Мы его приняли бы не потому, что он унизился перед нами, а просто потому, что он к нам пришел, проявил это смирение и доверие. И наконец, мы помнили бы, помнили бы с болью душевной, чт о случилось, чтобы никогда больше этого человека не поставить в то положение, в котором о н споткнулся, пал и разбился.

Подумайте об этом. Так нас принимает Христос и так мы призваны друг друга принимать. Мы часто гордимся перед теми, кто нас унижает: они слабы и пали, мы крепки — устояли. Так помните другие слова Писания: вам, сильным, надлежит носить тяготы слабых... И вот если это помнить, тогда можно перемениться и исцелиться . И тогда, может быть, наши человеческие отношения хотя бы похожи станут на то, как нас носит Христос. Аминь .

💎О ПРОЩЕНИИ

☦️Во имя Отца и Сына и Святого Духа.

В одном из своих посланий апостол Павел нас призывает принимать друг друга так, как нас принял Христос. И я хочу обратить ваше внимание на две вещи. Во-первых, Христос нас принимает без разбора. А во-вторых, Он принимает нас и не требует отчета, не ставит нам условий. И эти две вещи мы не умеем делать и в этом мы так непохожи на Христа, Которого мы называем Своим учителем и наставником.

Христос умеет прощать, но прощать не так, как прощаем мы. Вспомните притчу о блудном сыне. Слова сына: «Отче, дай мне теперь то, что мне бы пришлось получить после твоей смерти», в сущности , значат: «Старик, ты зажился на земле, твоя жизнь мне не нужна, она мне только помеха. Сговоримся: умри! Сойди с моего пути, я забуду о тебе и буду жить, как будто тебя больше нет ». И после этих слов он уходит. И приходит время, когда он испытывает на себе точно то, что совершил сам над отцом : пока у него было богатство, люди его любили, его окружали . Когда он оказался обездоленным, люди без единого слова ему сказали то же самое, что сказал он отцу: «Теперь ты нам не нужен. Ты для нас никакого значения никогда не имел, только то было важно , чем мы могли от тебя поживиться ». И когда он это понял, тогда действительно до него дошло на опыте, что он сделал над отцом , о н вошел в себя, покаялся и пустился в путь. И он готовил целую исповедь: «Отче, я согрешил против неб а и перед тобой , я больше недостоин называться твоим сыном; но прими меня хотя бы как одного из твоих наемников ». И шел он, и шел он к отцу, называл его отцом, хотя з нал, что недостоин быть сыном.

Но смотрите, что сделал отец: когда сын еще был вдали, отец его увидел и не стал его ждать у дверей, не стал выжидать момента, когда тот в стыде, в позоре, в покаянии бросится к его ногам, признается во всем, не стал ждать его унижения для того, чтобы великодушно его простить, и «на пробу», как мы это делаем часто, его принять. Он побежал навстречу; он обнял сына раньше, чем тот одно слово сказал . И когда сын начал говорить, он ему дал сказать только начало: «Отче» — да, он признал, что у него есть отец, хотя он над ним совершил нравственное убийство: сойди с моего пути, чтобы тебя не было... он дал ему сказать: «Я согрешил на небо и перед тобой» — это правда; «я недостоин называться твоим сыном» — тоже правда; но тут его отец остановил; потому что недостойным сыном он ему мог быть, а добрым наемником — никогда . Отец остается отцом , он никогда по отношению к нам не согласится стать хозяином. Вот как принял отец блудного сына: достаточно было того, что сын вернулся, чтобы отец по верил искренности его раскаяния.

Не так мы поступаем. Мы требуем извинения, мы требуем полного признания . Мы говорим, что еще посмотрим: «Я тебя обратно возьму на пробу» — другом, мужем, женой… Не так поступает Христос . Он не требует ни одного слова о том, что было на стране далече . Ему достаточно: ты пришел, ты вернулся — значит, всё, что было тогда, это было кошмар, это было сон . Мы теперь проснулись , мы теперь в жизни, а не в безумном сне.

Часто, когда мы думаем о прощении, мы говорим — вот, я прощу; как бы мне забыть? Не надо забывать! Если бы мы могли забыть то, что случилось, мы непременно вернулись бы к тому, что было. Надо помнить; но не той злой памятью, которой мы помним. Мы помним: вот человек, с которым мы теперь примирились, однако в наших отношениях где-то еще трещина , где-то возможна неправда, где-то теснится возможность ссоры. Не так надо помнить. Надо помнить, что если человек против нас согрешил, значит , он в чем-то слаб, значит, где-то он уязвим и человеческими отношениями, и бесовским воздействием . Вот это надо помнить, чтобы изо всей силы и ценой собственного покоя, собственного благополучия его защитить от этого, не вспоминать ему, что было, а помнить, что здесь у него слабое место, и его целить и защищать.

Слово Божие как Пророк

☦️Во имя Отца и Сына и Святого Духа.

Словами Священного Писания мы провозглашаем, что Господь Иисус Христос есть Царь, Пророк и Первосвященник всей твари.

Господь научил нас, что в христианской Церкви и царстве царь – не тот, который силой подчиняет себе других, чтобы привести их в безусловное и рабское послушание, но тот, кто служит другим и отдает жизнь свою за других. И святой Иоанн Златоустый учит, что всякий может править народом, но только царь может положить свою жизнь за народ свой, потому что он так отождествляется со своим народом, что у него нет ни существования, ни жизни, ни цели, кроме как служить своему народу всей своей жизнью, а если нужно – и смертью.

И сегодня, поклоняясь Кресту Господню, мы с новой силой можем понять, с новой глубиной можем уловить, что означает царское достоинство и служение Господа нашего Иисуса Христа: оно означает любовь такую всецелую, такую совершенную, что Христос может позабыть о Себе совсем, неограниченно; позабыть о Себе до такой степени и отождествить Себя с нами так, что Он соглашается, в Своем человечестве, утратить чувство Своего единства с Богом, с источником вечной жизни, – больше того: с вечной жизнью в Себе Самом, и соединиться с нашей мертвостью, с нашей смертностью. Такая любовь делает Господа Иисуса Христа нашим достойным Царем; перед такой царственностью преклоняется всякое колено (Флп. 2, 10)... И потому что Он таков, Он может быть и Первосвященником всей твари. Первосвященники языческого мира, первосвященники в Израиле совершали жертвоприношения, с которыми они отождествляли себя лишь в переносном смысле, символически, ритуально. Господь же Иисус Христос принес в кровавую жертву Самого Себя, хотя в Нем не было ничего, что осуждало бы Его на ту смерть, которую Он взял на Себя. Не говорит ли он в Своей Первосвященнической молитве, в присутствии и общении с учениками: Приближается князь мира, противник, и во Мне он не имеет ничего... Во Христе нет ничего, что принадлежало бы области смерти и греха. И Отцу Своему Он говорит: Я освящаю Себя за них, в священное жертвоприношение за Мой народ... Первосвященник, Сам принимающий заклание, освобождает все остальные твари от ужаса кровавого жертвоприношения, но тем самым и ставит нас перед бескрайностью, бездонной глубиной любви Божественной, которую иначе мы не могли бы себе и помыслить: Жизнь, соглашающаяся быть истощенной, Свет, соглашающийся быть угашенным, Вечность, соглашающаяся умереть смертью падшего мира...

И поэтому Слово Божие может говорить нам как Пророк. Пророк – не тот, кто предвещает будущее; пророк – тот, кто говорит от Бога. Одна из книг Ветхого Завета говорит, что пророк –это тот, с кем Бог делится Своими мыслями. Христос может не только говорить от Бога, но воплощает в действии, воплощает в Своей жизни и в Своей смерти любовь Божию жертвенную, всецелую, совершенную, отдающуюся.
Аминь.

☦️ ПРИТЧА О ВИНОГРАДНИКЕ И ВИНОГРАДАРЯХ

В течение всего Великого Поста и недель, которые следуют за Пасхой и за Пятидесятницей, мы читаем евангельские отрывки о том, как Господь проявил Свою милость, и Свою любовь, и Свою спасающую силу в человеческом роде; читаем о древнем и читаем о евангельском.

И вот сегодня, как бы прерывая этот ряд торжественных, радостных чтений, встает перед нами очень страшное евангельское чтение: рассказ о виноградарях, которые оказались предателями.

Эта притча отображает нам всю историю человеческого рода; но в контексте всего, что было раньше прочитано, она нам еще говорит о той страшной, в самом сильном смысле этого слова, страшной неблагодарности, которую не только человечество, но все мы проявляем по отношению к Богу: перед лицом всей Его любви, перед лицом всех Его чудес, всего того, что Он совершил, мы остаемся бесчувственны и себялюбивы, думаем о себе, не думаем о ближнем, еще меньше думаем о Боге: неблагодарность, сосредоточенность на себе, на том, что каждому из нас хочется, и любо, и кажется нужным.

Сегодняшнее евангельское чтение говорит нам, что создал Господь целый мир – прекрасный, дивный, оградил его Своей крепостью и Своим провидением, все приготовил в нем, чтобы он был местом Царства Божия, то есть Царства взаимной любви, Царства радости. И мы знаем, что мы, люди, сделали из этого мира: место, где страшно жить, где льется кровь, где совершаются бесчеловечные, жестокие поступки – и не только в широком, мировом масштабе, но в масштабе семьи, в масштабе прихода, в масштабе круга близких друзей.

И Господь из поколения в поколение посылал Своих вестников: патриархов, пророков, Ангелов, посылал Апостолов и проповедников, Предтечу, Сам пришел напомнить нам, что мир создан для любви. И так же, как в притче, виноградари взяли, вывели из вино-градника и убили сына, так и человечество отнеслось к воплощенному Сыну Божию. И когда я говорю “человечество”, я говорю не о других, а о нас самих, потому что нам жизнь вручена, чтобы из нее сделать торжество любви, братства, гармонии, веры, радости, и мы этого не делаем, потому что думаем только о себе самих... В ответ на все, что сделал для нас Бог: сотворил нас, открыл Себя нам, излил на нас всю Свою любовь, отдал нам Сына Своего на жизнь и на смерть – мы не отзываемся почти ничем, кроме как мгновенным “Спасибо!” – и таким же мгновенным забвением.
Вот о чем нам говорит сегодняшнее Евангелие: оглянитесь на все, что вы слышали в течение всего Поста, что вы видели в ночь Воскресения Христова, что было сказано вам в последующие недели всеми святыми, святыми земли Русской, святыми земли сей, Евангелием о любви и о человечности! Взгляните на все это и поставьте перед собой вопрос: Не виноградарь ли я, не тот ли я, который каждый раз, когда Христос вступает в жизнь, каждый раз Его отстраняю: Отойди, уйди с моего пути, выйди из моей жизни – я хочу быть богом, хозяином, я хочу править всем...

Так говорит каждый из нас: не так дерзко, не так богохульно, но поступками, но словом гнилым... Нам надо опомниться; я много раз говорил, что мы спасены, потому что Богом любимы – но не только любовью Божией, а и нашим ответом на эту любовь! Если мы хотим только пожать плоды Креста, распятия страстных дней, и ничего Богу не отдать и ничего не отдать ближнему, за которого Бог умер, кроме мгновенного воспоминания, то мы чужды тому, что Господь для нас совершил...

Станем же перед судом сегодняшнего Евангелия, предупреждения, напоминания и поставим себе вопрос: Где моя благодарность? Воплощаю ли я ее, не только в слова, которые тоже так редки, но в поступки?.. Произнесем над собою суд и начнем новую жизнь. А благодарность Богу заключается в том, чтобы быть Ему радостью и ближнему нашему укреплением, спасением и радостью... Начнем сегодня приносить плоды того, что мы сегодня от Бога, Христом, услышали. Аминь.
***

📚Книги митрополита Антония Сурожского на Ozon

☦️УСПЕНИЕ БОЖИЕЙ МАТЕРИ

Мы празднуем сегодня престольный праздник празднуем день Успения Святейшей всех святых - Божией Матери. Она уснула сном земли; но как Она была живой до самых глубин Своего естества, так и осталась Она живой: живой душою, вознесшейся к престолу Божию, живой и воскресшим телом Своим, которым Она предстоит теперь и молится о нас. Поистине Она является престолом благодати; в Нее вселился Живой Бог, в утробе Ее Он был, как на престоле славы Своей. И с какой благодарностью, с каким изумлением мы думаем о Ней: Источник жизни, Живоносный Источник, как называет Ее Церковь, прославляя Ее в одной из икон, - Живоносный Источник, Богородица, кончает Свою земную жизнь, окруженная трепетною любовью всех.

Но что же Она оставляет нам? Одну только заповедь и один дивный пример. Заповедь - те слова, которые Она сказала слугам в Кане Галилейской: Что бы ни сказал Христос - то исполните... И они исполнили; и воды омовения стали добрым вином Царства Божия. Эту заповедь Она оставляет каждому из нас: пойми, каждый из нас, слово Христово, вслушайся в него и не будь только слушателем, но исполни его, и тогда все земное станет небесным, вечным, преображенным и прославленным...

И Она оставила нам пример: о Ней говорится в Евангелии, что каждое слово о Христе и, конечно,  каждое слово Христово Она складывала в Свое сердце как сокровище, как самое драгоценное, что у Нее было...

Станем и мы учиться так слушать, как слушают всей любовью и всем благоговением, вслушиваться в каждое слово Спасителя. В Евангелии много сказано; но сердце каждого из нас отзывается то на одно, то на другое; и на что отозвалось мое или твое сердце - это слово, сказанное Спасителем Христом тебе и мне лично... И это слово нам надо сохранить как путь жизни, как точку соприкосновения между нами и Богом, как признак нашего родства и близости с Ним.

И если так будем жить, так слушать, так складывать в сердце своем слово Христово, как сеют семя во вспаханную землю, тогда и над нами исполнится то, что Елизавета сказала Божией Матери, когда Она к ней пришла: Блаженна веровавшая, ибо исполнится все, сказанное Тебе от Господа... Да будет это и с нами; да будет Матерь Божия нашим примером; воспримем Ее единственную заповедь, и только тогда прославление Ее нами в этом святом храме, который Ей дан в жилище, будет истинным, потому что мы поклонимся тогда Богу в Ней и через Нее и духом и истиной. Аминь.