Моделирование смыслов

Самоотверженность как особая форма тщеславия

Несколько человек сидят вечером за столом.
Кто-то предлагает выпить чаю.

Один говорит:
— Я не хочу чая. Но если остальные хотят, я выпью.

Другой слышит это и отвечает:
— Тогда не будем. Я тоже могу без чая.

— Нет, почему же? Я могу ради вас.

И разговор продолжается.

Один уже пожертвовал своим желанием.
Другой пожертвовал своим желанием не позволить первому пожертвовать.
В итоге чай никто не пьёт.

Каждый уступил.

Каждый проявил внимание.

И каждый в каком-то смысле остался недоволен, идя на жертву ради другого.

В этой маленькой сцене есть что-то гораздо более тревожное, чем просто нелепость.

Ведь никто не хотел ничего плохого.

Каждый хотел быть хорошим.

Но незаметно в центре разговора оказался уже не чай и даже не другой человек.

В центре оказался тот, кто уступает.

Тот, кто становится жертвой.

Ведь нет власти большей, чем власть жертвы.

Так и проходят годы — в борьбе за самоотверженность, за право быть тем, кто больше уступил, больше потерпел, больше пожертвовал.

И где-то между жертвой и благодарностью появляется власть.

Сегодня я хочу сделать вам очень подарок.

Понимаю, что большинство его обесценит. Возможно, кто-то даже возмутится. Но это не имеет значения. Подарок остается подарком.

Вот он:

Сделайте частью своей души знание, что в этом мире вам ничего не принадлежит.

Особенно — время.
Прочувствуйте это.

Нас учат обратному. Нам говорят, что единственное, что действительно принадлежит человеку, — это время его жизни.

Но именно здесь скрывается одна из самых больших ловушек.

Пока вы верите, что время ваше, вы обречены.

Кто-то звонит вам не вовремя — и вы раздражаетесь.

Кто-то требует вашего присутствия на собрании — и вы злитесь.

Кто-то заставляет вас ждать — и внутри появляется чувство, будто у вас что-то отняли.

Но задайте себе вопрос:

А было ли это когда-нибудь вашим?

Этот механизм работает не только со временем.

Вы поверили, что дом принадлежит вам. Пожар или обстоятельства покусились на него — и вы почувствовали несправедливость.

Вы поверили, что ребенок принадлежит вам. Он выбрал свой путь — и внутри возникает боль от того, что произошло не так, как вы хотели. Но ребенок никогда не был вашей собственностью. У него всегда была своя жизнь, своя воля и свой путь.

Вы поверили, что результаты ваших действий принадлежат вам. И это не так.

Вы поверили, что ваши мысли принадлежат вам. Но сколько из них действительно ваши, а сколько создано страхами, привычками, обществом и чужими убеждениями?

Даже Бог не принадлежит вам.

В тот момент, когда человек говорит: «Мой Бог», он может незаметно превратить бесконечное в объект обладания. И когда кто-то покушается на его представление о Боге, он начинает защищать.

Но если Бога нужно защищать от чужих слов — что именно мы защищаем? Бога или собственный образ Бога?

Из иллюзии обладания рождается еще одна большая иллюзия — несправедливость.

Сначала человек поверил, что что-то принадлежит ему.

Потом кто-то или что-то покусилось на это.

Он назвал это несправедливостью.

И решил восстановить справедливость.

Именно так рождаются беспокойство, гнев, борьба и насилие.

Самое опасное, что человек в этот момент часто уверен в своей правоте. Он чувствует себя благородным, потому что думает, что защищает справедливость.

Но если в самом начале была иллюзия обладания, то что именно он пытается восстановить?

Поэтому каждый раз, когда вы почувствуете раздражение, злость или желание бороться, спросите себя:
💀
Что сейчас у меня пытаются отнять?

А затем:

Было ли это действительно моим?

Этот простой вопрос способен вернуть вам спокойствие.

Потому что очень часто мы страдаем не от потери чего-то настоящего.

Мы страдаем от потери того, что никогда нам не принадлежало.

Сделайте частью своей души эту мысль:

Вам ничего не принадлежит.

Ни вещи.

Ни люди.

Ни время.

Ни даже ваши представления о мире.

И тогда вы обнаружите удивительный парадокс:

Если человеку нечего терять — у него нечего отнять.

А тот, у кого нечего отнять, обладает всем.

ДРУЖБА

Моему другу БигНику

​Древние философы много внимания уделяли дружбе. Они знали, что человек не может быть человеком без другого человека. Что в любой социальной связи человек ищет дружбы, и погибает без нее. Человек тоскует по человеку. Аристотель писал: «Дружба — это самая необходимая вещь в жизни, так как никто не захочет жить без друзей, даже если у него есть все остальные блага».
​В современном мире, полном виртуальных связей, дружба почти умерла. Люди разочаровываются, потому что ищут не то, чего хотят. Они принимают за дружбу нечто иное.
​Существует три вида дружбы, но лишь один имеет значение.

​Первый — по интересам. Вы встречаетесь, потому что любите хоккей или сплетни. Это просто и легко, пока есть общие интересы. Когда их нет, дружба исчезает.

​Второй — по выгоде. Один чиновник, другой асфальтоукладчик. Это крепче, но только до тех пор, пока есть выгода. Когда она пропадает, дружба уходит.

​Большинство людей живут с этими двумя видами дружбы. Они удивляются, почему друг исчезает, и не понимают, что причин для дружбы просто больше нет. Они хотят третий вид, но ошибочно думают, что у них был именно он. Это и есть разочарование.

​Третий вид дружбы — это любовь. Это общение равных, где принимается воля другого. Цицерон говорил: «Дружба — это согласие во всех делах божественных и человеческих, соединённое с взаимной любовью и привязанностью». Друг — это ДРУГой я. Это несовместимость взглядов на поверхности, но схожесть во внутренних, глубоких ценностях.

​Этот вид дружбы редок, потому что требует работы над собой. Нужно желать узнать человека не ради выгоды или интереса, а просто потому, что это естественно, как дышать. Для этого нужно усмирить своё эго. Нужно быть человеком, чтобы найти человека.

​Для тех, кто понимает, написанное может быть рецепт истинной дружбы. Для остальных — рецепт от разочарования. Вы разочаровываетесь не в дружбе, а в себе, потому что так и не смогли её найти в СЕБЕ.