CDM - Тех_дир

Будни.
Проект идет к завершению. Было сложно но интересно.
Кажется концепция была… «я одену все лучшее сразу»
Хотя нет. Ту наверно больше подходит. «Прямые углы? - нет, не слышали»

Почему мы стали делать стеклянные перегородки сами

Пять лет назад подрядчик оставил нас с недоделанными стеклянными перегородками, недопоставленным материалом и горящими сроками сдачи объекта.

Пришлось самостоятельно разбираться с заказом стекла и заканчивать чужую работу. Потеряли время и деньги.

После этого мы сменили подрядчика. Новый не раз нас выручал, но зависимость от чужих графиков и монтажных бригад никуда не исчезла.

Особенно сложно, когда подрядчик номинирован заказчиком. Ты не выбираешь исполнителя, не управляешь его ресурсами, но за сроки сдачи объекта всё равно отвечаешь.

И дело не в том, что крупные компании плохо работают. У нас общая задача — сдать объект вовремя и с надлежащим качеством.

Просто у них одновременно много объектов, ограниченное количество монтажников и длинные цепочки согласований. В результате даже небольшие ошибки могут обернуться серьёзными задержками.

Поэтому мы решили научиться делать перегородки сами.

Начали с собственного офиса, где я собрал три перегородки. Затем был MAN с перегородками на П-образном профиле, позже — Active с двойным остеклением.

Переходили постепенно. Часть объектов делали сами, часть отдавали подрядчику. Набирались опыта.

Сегодня мы самостоятельно закупаем материалы и монтируем стеклянные перегородки.

Что изменилось?

Сроки. Обычно укладываемся примерно в месяц вместо полутора-двух при работе с подрядчиками.

Контроль. Сами планируем монтаж, управляем поставками и решаем возникающие вопросы.

Деньги. Маржа остаётся внутри компании.

Но главное для меня даже не экономия.

Главное — возможность управлять процессом, за результат которого ты отвечаешь.

Я не считаю, что строительная компания должна всё делать своими силами. Хорошие подрядчики нужны.

Но если какой-то вид работ напрямую влияет на сдачу объекта, стоит хотя бы уметь выполнять его самостоятельно.

Потому что перед заказчиком за результат всё равно отвечать тебе.

«В Москве столько платят». Кто раздувает ставки на московских стройках?

Многие рабочие хотят получать 7000 рублей в день, а то и больше. Хорошо. Теперь вопрос: какой объём за эти деньги они делают?
Есть мастера, которые эти деньги вырабатывают. Им платишь спокойно: человек знает работу, делает качественно, за ним не нужно переделывать. Но, по моему опыту, таких процентов 20–30.
Остальные хотят получать столько же. Спрашиваешь, почему, — «а вот там столько платят».
При этом человек может не знать названий материалов, не понимать технологию, не уметь организовать свою работу. Назвался плотником или маляром — значит, рассчитывает на ставку мастера. А по навыкам ему ещё самому нужен мастер рядом.
Название профессии квалификации не добавляет

С подсобниками отдельная история. Их почти не осталось. Все плотники, маляры, помощники мастера. Подсобником называться никто не хочет: ставка меньше.
Новичкам так и советуют: скажи, что ты плотник. Не получается — помощник плотника. Только не подсобник. Получается, профессию выбирают по стоимости рабочего дня, а учиться ей собираются уже на объекте.
Потом приезжает большая машина материала. Кто будет разгружать и поднимать? Те же плотники, маляры, сантехники и вентиляционщики. Потому что людей на подсобные работы нет, а материал сам себя не разгрузит.
Но название профессии само по себе квалификации не добавляет. Как и количество лет в строительстве.
У меня есть ребята, которые работают с нами по четыре-пять лет. И всё равно на каждом объекте находится что-то, чего они ещё не умеют. Показываю, объясняю, стараюсь подтянуть.
Бывает, маляр с десятилетним опытом берёт неподходящий валик для чистовой покраски. Десять лет человек работает, а такую вещь приходится объяснять.
Валик, наждачка, шпатель, работа жирафом — всё это влияет и на качество, и на скорость. Неправильно подобрал инструмент, нарушил технологию — потом тратишь время и материал на переделку. Выработка падает, а ожидания по зарплате остаются прежними.
Поэтому желание получать больше должно подкрепляться умением работать. Повышением квалификации, качеством, объёмом. Одного аргумента «в Москве сейчас такая ставка» недостаточно.

Откуда берётся «московская ставка»

Есть компании, которые заходят в строительство без опыта и понимания, как организовать работу. Думают, что главное — выиграть объект, а дальше наберём людей и построим.
Но объект уже взяли, сроки идут, а планировать работу некому. Квалифицированных прорабов и инженеров нет. Люди работают как умеют, начинаются простои, переделки, отставание.
И всё это пытаются исправить количеством людей. Ещё нужны рабочие, срочно. Чтобы быстрее набрать, предлагают ставку выше.
Только если компания не умеет организовать работу двадцати человек, с чего она сможет организовать сорок? Расходы растут, а нужной выработки всё равно нет.
Зато информация о высокой ставке расходится быстро. Через знакомых, бригады, рабочие чаты. «Там платят восемь тысяч». Потом это превращается в «в Москве сейчас такая ставка».
Почему там столько предложили, какая у людей выработка и сможет ли компания рассчитываться до конца объекта — в этом сарафанном радио уже никто не разбирается.
И когда начинаешь объяснять, что при такой выработке работа этих денег не покрывает, тебя часто просто не слышат. Ответ один: «Но там же платят».
Вот так компании, которые не умеют строить, планировать и работать с людьми, разгоняют ожидания по всему рынку. А дальше эти ожидания предъявляют всем остальным.
Поэтому к строительным компаниям у меня отдельный посыл: прежде чем брать объект, нужно понимать, кто и как будет его строить. Нужны квалифицированные ИТР, планирование и контроль.
Пока дыры в организации закрывают только количеством людей и повышенной ставкой, проблема будет повторяться. И оплачивать её будут в том числе сами рабочие, когда у очередной такой компании закончатся деньги.