1816 - по "не до конца понятым причинам", в северном полушарии начался малый ледниковый период, продлившийся три года. В США его до сих пор называют «Eighteen hundred and frozen to death», то есть «тысяча восемьсот и насмерть замёрзший».
В марте температура в Северной Америке продолжала оставаться зимней. В апреле и мае было неестественно много дождей и града, внезапный мороз уничтожил большинство посевов, в июне две гигантских снежных бури привели к гибели людей, в июле и в августе реки замёрзли даже в Пенсильвании. Каждую ночь был мороз, а в Нью-Йорке и на северо-востоке США выпадало до метра снега. Германию терзали сильные бури. Многие реки, в том числе и Рейн, вышли из берегов. В Швейцарии стояла ужасная погода, каждый месяц шёл снег. Необычный холод привёл к катастрофическому неурожаю. Весной 1817 года цены на зерно в Европе выросли в 10 раз, а среди населения начался голод. Разгадка была «найдена» сто лет спустя. Исследователь У. Хамфрейс связал изменение климата в 1816-1819 гг. с извержением вулкана Тамбора на острове Сумбава. В настоящее время эта гипотеза считается общепринятой в научном мире. Хотя непонятно, почему взрыв вулкана южнее экватора так повлиял на климат Северного полушария, при этом не оказав никакого влияния на климат Южного? Извержения такой же мощности (около 800 мегатонн), происшедшие в 1883 г. в Индонезии (Кракатау), в 1912 г. на Аляске (Катмай) и в 1991 г. на Филиппинах (Пинатубо), привели к снижению температуры не более чем на полградуса. Не вызвав ни полуденной тьмы, ни снежных бурь посреди лета, ни массового выхода рек из берегов.
Интересно отметить, что пока Европа и Америка замерзали и голодали, в России в 1816-1819 гг. ничего необычного отмечено не было! Ни холода, ни голода. В смысле, всё как всегда. Между тем, Россия, скорее всего, и была источником климатических проблем и Европы, и Америки. О чём косвенно свидетельствует возраст современных лесов России и Белорусcии, которым на круг не более 200 лет.
Всем лесам! И сибирским, и русским, и белорусским! Этот факт можно объяснить только тем, что 200 лет назад все российские леса исчезли. Оптом. И древние и молодые. На центральной русской равнине лес был восстановлен в середине XIX века путем массовых посадок верстовыми квадратами. А сибирская тайга поднялась сама, поскольку здесь сажать деревья было уже практически некому.
По расчётам климатологов суммарная мощность оружия, применённого в феврале 1816 года на территории
Великой Тартарии, выжегшего все российские леса и вызвавшее трёхлетнюю «ядерную зиму» в Северном полушарии, составила около 800 мегатонн. Иначе говоря, 40.000 Хиросим. Часть воронок, оставшихся после взрывов и превратившихся в «карстовые» озёра, свидетельствует об использовании не только ядерных, но и термоядерных боеприпасов, мощностью от одной до десяти мегатонн. Но даже в этом случае, упомянутого количества бомб должно было хватить для гарантированного уничтожения всех населённых пунктов Великой Тартарии. И крупных городов, и маленьких скитов. И больших станиц, и отдельных хуторов. И знатных кремлей, и небольших пограничных острогов.
Вот почему после гибели Великой Тартарии на её территории не возникло несколько менее крупных государств, как это обычно происходит после крушения империй или при распаде больших стран! Вот почему тартары не подняли дубину народной войны, как это всегда делают славяно-арии в случае военного поражения. Вот почему безкрайние пространства от Урала до Аляски в середине XIX столетия, когда началось их освоение, оказались практически безлюдными. Вот почему освоение этих земель началось только в середине XIX столетия, когда радиоактивный фон снизился до безопасного уровня. Но даже полвека спустя переселенцы не рисковали приближаться к странным круглым озёрам, неизвестно отчего образовавшимся в самых удобных для заселения местах. И дали этим озёрам совершенно бессмысленные имена - Адово озеро, Шайтан-озеро, Чёртово озеро, Мёртвое озеро и т.п.