От операции отказались все клиники. Хирург взялся бесплатно - девочка была точной копией его дочери, утонувшей на даче. Очнувшись, она прошептала: «Пап, ты всё ещё с ней? Это же она меня тогда...»...
Николай Степанович оборвал объяснение на полуслове. Девочка на кушетке наконец подняла голову — и хирург медленно опустил снимки. Маленькая родинка над губой, серые глаза с тёмным ободком. А потом она согнула указательный палец и прикусила его сбоку. Именно так делала Настенька, когда боялась.
Его дочь объявили утонувшей пять лет назад. На даче, в июле. Три недели поисков не дали ничего, кроме чужих осторожных слов и пустоты, с которой он с тех пор просыпался каждое утро. Теперь напротив сидела тринадцатилетняя пациентка с незнакомой фамилией, а он боялся пошевелиться, словно одно движение могло разрушить это невозможное сходство.
В её истории болезни лежали четыре отказа. Опухоль находилась там, куда другие хирурги не решились добраться. Николай Степанович ещё раз посмотрел на заключения, закрыл папку и направился к заведующей. Та предупредила о риске, девяти часах у операционного стола и отсутствии денег. Он выслушал её стоя и ответил, что будет оперировать бесплатно.
Перед вмешательством девочка долго всматривалась в него, будто пыталась что-то вспомнить. Николай Степанович заставил себя выйти из палаты. Похожесть ничего не доказывала. Он повторял это по дороге в операционную, пока привычные приготовления наконец не помогли сосредоточиться на работе.
На четвёртом часу выяснилось: опухоль проникла глубже, чем показывали снимки. Остановиться означало оставить девочке прежний приговор. Хирург попросил следующий инструмент. На восьмом часу анестезиолог коротко сообщил о падении давления. Несколько десятков секунд Николай Степанович слышал только команды и собственное дыхание. Потом показатели удалось вернуть.
Закончив операцию, он сел прямо на пол. Пальцы не слушались, перчатки помогла снять медсестра. Домой он не поехал. Всю ночь просидел в реанимации, следя за бледным лицом девочки и запрещая себе называть её про себя чужим именем.
Ближе к полудню дрогнули её веки. Николай Степанович придвинул стул, наклонился и тихо сказал, что операция закончилась. Блуждающий взгляд остановился на его лице. Девочка слабо потянулась к его руке, шевельнула губами. Он наклонился ещё ближе, расслышал её первый шёпот — и застыл...
Просмотры: 189