В 1908 году британский физик Эрнест Резерфорд получил Нобелевскую премию по... химии за «исследование по дезинтеграции элементов и химии радиоактивных веществ». В своей речи он весьма тонко заметил, что в ходе изучения радиоактивности он наблюдал различные трансмутации, но такого быстрого превращения, как собственное из физика в химика, он ещё не видел.
***
Макс Планк стал профессором Берлинского университета весьма рано, в 31 год. Он был очень худ, скромен и больше напоминал бедного студента, чем профессора. Он не носил пышных бакенбардов, как остальные профессоры и очень плохо ориентировался в новом для себя здании университета.
Однажды он забыл, в какой аудитории у него будет лекция и обратился к пожилому заведующему канцелярии:
— Подскажите, в какой аудитории профессор Планк читает сегодня лекцию?
Старик снисходительно похлопал Планка по плечу и сказал:
— Юноша, не ходите туда. Вы ещё слишком молоды, чтобы понимать лекции нашего мудрого профессора Планка.
***
Французский ученый Жозеф Луи Шей-Люссак не получал Нобелевской премии, но, полагаю, лишь потому, что она появилась лишь спустя полвека после его смерти.
Его фамилию знают все, кто учился в школе, но не все знают, что в 1908 году при проведении опытов с калием он получил ожоги обоих глаз. С тех пор он не мог переносить яркого света, и всю жизнь его глаза оставались красными. Один глаз фактически ничего не видел.
Как-то раз его встретил самонадеянный богослов, епископ Сиезский и сказал Жозефу Луи:
— Не понимаю, как можно быть ученым, имея всего один глаз?! Что можно увидеть одним глазом?
— Побольше вашего, — не растерялся Гей-Люссак, — Вот, например, я вижу у вас два глаза, а вы у меня только один!
***
Когда молого Капицу отправили на учебу к Резерфорду, британский физик заявил, что все 30 мест уже заняты. Но Пётр Леонидович не унимался и спросил у Резерфорда, какую погрешность в научной работе он допускает? Резерфорд ответил, что обычно это 2-3%.
— В таком случае один сотрудник в дополнение к уже имеющимся тридцати — это как раз 3%, так что это не выходит за рамки требуемой точности, — заявил Капица.
Резерфорду ничего не оставалось, как спрятать улыбку в усы и взять Капицу в свою лабораторию.
***
Макс Планк стал профессором Берлинского университета весьма рано, в 31 год. Он был очень худ, скромен и больше напоминал бедного студента, чем профессора. Он не носил пышных бакенбардов, как остальные профессоры и очень плохо ориентировался в новом для себя здании университета.
Однажды он забыл, в какой аудитории у него будет лекция и обратился к пожилому заведующему канцелярии:
— Подскажите, в какой аудитории профессор Планк читает сегодня лекцию?
Старик снисходительно похлопал Планка по плечу и сказал:
— Юноша, не ходите туда. Вы ещё слишком молоды, чтобы понимать лекции нашего мудрого профессора Планка.
***
Французский ученый Жозеф Луи Шей-Люссак не получал Нобелевской премии, но, полагаю, лишь потому, что она появилась лишь спустя полвека после его смерти.
Его фамилию знают все, кто учился в школе, но не все знают, что в 1908 году при проведении опытов с калием он получил ожоги обоих глаз. С тех пор он не мог переносить яркого света, и всю жизнь его глаза оставались красными. Один глаз фактически ничего не видел.
Как-то раз его встретил самонадеянный богослов, епископ Сиезский и сказал Жозефу Луи:
— Не понимаю, как можно быть ученым, имея всего один глаз?! Что можно увидеть одним глазом?
— Побольше вашего, — не растерялся Гей-Люссак, — Вот, например, я вижу у вас два глаза, а вы у меня только один!
***
Когда молого Капицу отправили на учебу к Резерфорду, британский физик заявил, что все 30 мест уже заняты. Но Пётр Леонидович не унимался и спросил у Резерфорда, какую погрешность в научной работе он допускает? Резерфорд ответил, что обычно это 2-3%.
— В таком случае один сотрудник в дополнение к уже имеющимся тридцати — это как раз 3%, так что это не выходит за рамки требуемой точности, — заявил Капица.
Резерфорду ничего не оставалось, как спрятать улыбку в усы и взять Капицу в свою лабораторию.