Стефания Данилова

А что, если мы - поколение, что обречено на бессмертие?
Об этом идёт потепление, об этом не пишут в масс-медиа.
Не надо в больницы и клиники, к тибетским монахам прославленным,
не то чтобы снобы и циники, но помните, как там послали нас,
сказали нам, как искалечили, хотя вроде голосом ласковым:
что ждет впереди нас конечная, что будем ходить седовласые.
Что будем покинуты семьями, в коричневых пятнах и с тромбами,
и что не пожнем, что посеяли, и что жизнь до дыр надо пробовать,
дотла, до сосредоточения, сжигать ее, книгу бумажную,
а может быть, плыть по течению, и к сердцу прижать только важное.
Забудьте о мраморной старости! Не слушайте тех, кто сулит её.
Она - как занудная староста, девчонка, ужасно солидная,
в очках, без улыбки, сутулится, не ходит на тусы и за руку:
сбежим с ней вдоль солнечной улицы, поделимся смехом и завтраком,
научим читать не учебники, покажем весну и ужастики,
таким посвященьем в кочевники лицо изменилось без пластики.
Пусть будет единственным возрастом лишь молодость, молодость, молодость!
Мы, сладким измазавшись хворостом, прогоним декабрьскую холодность,
обнимемся крепко с любимыми, секунду назад не знакомыми,
дожди станут белыми винами, рисунки на окнах - иконами.
Мы звеньями станем кольчужными, и пальцы сплетутся аккордами,
не будем больными, ненужными, потерянными, злыми, гордыми.
Мы станем тут все музыкантами про жизнь и про семь цветов радуги,
беседовать будем загадками, как жемчуг рождают из раковин,
замалчивать бедное прошлое, седое, в морщинах и трещинах,
и будет отсутствовать пошлое повсюду в мужчинах и женщинах.
Нет больше ни внуков, ни правнуков - все словно друзья закадычные. Закидываем ногу на ногу, плевать на дипломы с отличием,
на воротничок отутюженный, на галстук, на степень, на звание,
скандал по горелому ужину и высшее образование.
На то, что подумают нижние, на то, что не выспятся верхние.
Мы на лето спрячемся в хижине без страха, упрека и техники.
Мы будем кострами, прогулками, гитарами и хороводами,
шагами бегущими гулкими, закатами или восходами.
И время найдется для каждого, певца, автостопщика, странницы:
учить наизусть и ухаживать, прощать, но ни разу не стариться.

Успеем во всем поучаствовать, познать все богатства несметные:
мы счастливы, счастливы, счастливы.
На вечные веки бессмертные.

2016

2026 — год единства народов

Преподаватель кафедры цивилизационной журналистики Стефания Антоновна Конькова была приглашена в Махачкалу президентом Клуба писателей Кавказа Миясат Шейховной Муслимовой.

Стефания Антоновна не только публикуется в журнале «Дагестан» и антологии «Поэты России — Дагестану», но и переводит стихи кавказских поэтов.

✅ Конькова С. А. отмечена специальным призом на VIII Международном конкурсе имени Салиха Гуртуева «Есть родина, а значит, счастье есть»;
💫 получила почётную грамоту за вклад в поддержку и развитие современной многонациональной российской литературы;
🎥 выступила на ГТРК Дагестан в передаче о культуре и стихами о защите бездомных котов Махачкалы;
🤝 для студентов филологического факультета Дагестанского государственного университета она провела встречу в качестве переводчика — и поделилась важным советом:

«Побывайте не как турист в стране языка, с которого переводишь, чтобы вдохнуть этот воздух, коснуться камней и листьев её несомненно великой истории, услышать говор её людей, ветров и рек...»

Ничего никуда не делось и не исчезло.
Это песня, откуда можно слова и ноты
Все убрать, и оставить глухонемую бездну.
Только мы не слова и ноты, иное что-то.
Связь чернил и бумаги -
Нервно и нерушимо.
Сны для рукописи в столе, для гитары в кофре...
Небо в ласточках, неизбежное - шторы, ширма
В мире, где ледяные руки и крепкий кофе.
Даже при лобовом, в амнистии амнезии
Помнить: нас большинство, ибо вечно двое.
Наши птицы дождя упадут в чернозем России.
Прорастут в сердце смерти -
И станет оно живое.

А времени не было.
Времени не было здесь так долго.
Оно было очень занято. Плавало в море наперегонки с дельфинами. Выискивало жеоды и обточенные волнами стекла да ракушки из песка.
Надев бесконечное платье розового рассвета, к середине становящееся ослепительно-синим, а к завершению черным с густыми блестками звёзд, оно собирало в ладонь потерянные корабли.
Время носило венок из степных колосьев, мальв и листьев юкки, острых настолько, чтобы выколоть глаза всем, кто посмеет не так посмотреть.
Время строило себе дома и дворцы, чтобы позже сравнять их с горячим песком.
В одной руке Времени — ловец недосмотренных снов. Если досмотреть, будет неинтересно.
В другой руке Времени — чашка кофе размером с гору. Выпьешь такого кофе и узнаешь все языки мира, все легенды будут ластиться к ногам кошками, все сделки будут тебе подвластны.
Но закончится действие чудесного напитка, и раскаленный песок станет тебе последней постелью.
И мерно качающиеся перья ловца снов — последнее, что выхватит твой гаснущий взгляд.
В третьей руке Времени — мерцающая гирлянда. Она нужна, чтобы танцевать у воды. Это самое главное занятие во всех мирах. Без него скучно жить и некрасиво умереть.
Времени нет для тебя, оно само по себе.
Бывалые говорят, иногда здесь видят девушку. Одета она как хиппи. Белое кружевное, длинное небесно-морское окутывает ее, летит за ней, а пламя волос поджигает сердце за сердцем.
Да вот и твоё сердце горит уже, ведь видел ее и ты.
— Сколько время, — спросил ты тогда. Она пила кофе в кафе на берегу.
Девушка что-то говорит, но ты не можешь разобрать слов. Она достает из кармана ловец снов и смотрит сквозь него на тебя.
Так, как никто не умеет смотреть.
И где теперь искать тебя, по какому берегу развеяно твое сердце?
Чей ты сон теперь?

Из серии «Лица русского Логоса»: поэты.
Разные города, годы, национальности, обстоятельства съёмки. Но Космо-Психо-Логос не знает границ. Кадры снимались без задачи впоследствии собрать их в какое-то целое, просто сохранить мгновение — как эти поэты хранят создаваемую вечность.... не задумываясь, просто потому что.

Артавазд Сарецян
Марина Кудимова
Кира Грозная
Анатолий Аврутин
Камиль Дадаев
Вера Калмыкова
Юрий Поляков и Всеволод Шиловский
Арсений Ли и Алла Поспелова
Миясат Муслимова

Автор фотографий — Стефания Данилова (Конькова)

...это выглядело как надежда, звучало как надежда и возможно, даже пахло именно так, но ещё все это было похоже на ковид, поэтому без ольфакторности.

Углубиться в дела - лучший анестетик и нейролептик, который вообще можно представить.

В метро за усталыми покерфейсами каждый хранит какой-то осколочек.
Осколочек, который мечтал стать зеркалом и отразить все небо на свете на этом и на том.

Но было  "это все мне?..."
Где синее, там и золотое.
Воздух общий, как тетрадь.

Мерцающая взвесь блесток песен Магелланова Облака, Ночных Снайперов и Помни Имя Свое.

Слова так обостренно опасны, если есть те, кто могут посмотреть сквозь них.

Выгуливание декоративной темноты на иссиня-черной блестящей, со стразами, шлейке.

#атласпамяти
сентябрь 2026

"Махачкалинского кота" услышал весь Дагестан....
...а вечером я выкрала еще одного!

С 02:00 по ГТРК Дагестан, в передаче "Разговор по пятницам" легендарного Салама Абдурагимовича Хавчаева рассказала о том, как на меня запрыгнула кошечка Мафият, и как я собираюсь украсть Ахметхана. "Они чувствуют, что попадут в стихи и попадут домой..." Говорю о видимом повышении уровня внимания к дагестанским котам, обращаюсь к дагестанцам с просьбой заботы о них в наступающий период холодов. Исполняю переводы мужа с 09:50 - Сунаханум Касумова, стихи о любви к Москве.

Спасибо дорогой Миясат Шейховне за приглашение.
Смотрите здесь

Задумывала, горечь ты моя,
Тебе письмо послать со старой почты,
Замысловатым именем на -ят
Укрыть себя, и переделать почерк.
Но Каспий мудр и слишком добр ко мне,
Такая вольность не благословима.
Какое золото таится там, на дне,
Как невечерний свет проходит мимо...
Ключ брошу в море, что иголку в стог,
Не вознесусь и не пойду ко дну я.
Перебинтует голубой платок
Мне голову больную.
... Здесь на табасаранском говорят,
Что дорог муччвур лишь к обеду.
Я местная, мне имя Мафият,
Я никогда отсюда не уеду.

В мой гостиничный номер пришел котенок. Будем с ним спать. Мурчит.
Это в Махачкале.

К чему местоимения, к чему
Служебные словечки и предлоги,
Когда идти сквозь эту светотьму,
Творя дороги.

И если все украдено уже,
Всё тыщу раз произошло со всеми,
Ризома множит глупые клише
на главный сервер.

На будущем снегу стихи прочти,
Безвременья подводное течение.
И свет электролампочки почти —
Как невечерний.

2026
Арт: Александра Деркач-Полищук